Дети двух миров

– Этак к концу плавания ты превратишься в толстого, в меру упитанного мужчину в полном расцвете сил, – процитировала Ева Карлсона.

– Ничего подобного, – отправляя в рот очередное пирожное, не согласился Конэ-Эль, – эльфы не толстеют.

– Значит, ты будешь первым в мире толстым эльфом.

Конэ-Эль чуть не поперхнулся:

– Это почему?

– По кочану и кочерыжке.

– Чего?

Крем с пирожного оставил на верхней губе эльфа белый след, отчего Конэ-Эль стал выглядеть умилительно. Ева не выдержала и засмеялась:

– А мальчик-то наш повзрослел… Вон и усы уже выросли.

– Какие усы? Ты о чем? Эльфы – это тебе не гномы, у нас не бывает усов и бород.

– Значит, ты будешь первый в мире толстый и усатый эльф, – продолжала издеваться Ева.

– Это почему усатый?

– Вот видишь, по первой части вопрос уже не возникает, – закатилась от смеха девушка.

– Да ты… да я… ну, ты и вредина! – с обиженным видом Конэ-Эль отправил в рот еще одно пирожное.

– Я тоже тебя люблю, – веселое чмоканье в щеку сгладило все обиды.

День за днем «Летящая звезда» на всех парусах продолжала свой путь к Кармансену. Покинув воды Мирейского моря, она понеслась по волнам Торийского океана.

Дневные часы Ева предпочитала проводить на верхней палубе, любуясь безбрежным видом моря или наблюдая за слаженными и ловкими действиями команды. Разглядывая матросов, она заметила одну поразительную деталь их внешности. У некоторых из матросов кожа имела слегка зеленоватый оттенок, но не это больше всего поразило Еву. Ей удалось разглядеть у них за ушами самые настоящие жабры. Своими наблюдениями девушка поделилась с эльфом. В течение пары дней они вдвоем гадали, придумывая всевозможные объяснения данному факту. Когда все версии оказались исчерпанными, и на ум больше ничего вразумительного не приходило, они, улучив подходящий момент, подошли к капитану Грану.

– Кэп, – обратилась к нему Ева, – не сочтите мою просьбу за наглость, но мы с моим другом поспорили, и хотим, чтоб вы рассудили нас.

Капитан Гран усмехнулся и с интересом посмотрел на них.

– И что от меня требуется? – набивая трубку, поинтересовался Прон Гран.

Посмотрев на эльфа, Ева кивнула ему, дескать – давай, спрашивай.

– Некоторые из ваших матросов выглядят несколько иначе, вот мы и гадаем, с чего бы это?

– А конкретней? – капитан прикинулся, что не понимает, о чем речь.

– У некоторых членов вашей команды нам удалось разглядеть подобие жабр, да и кожа у них странного цвета. – Ева накручивала кончик косы на палец, показывая, что ей очень неловко, но любопытство берет верх.

– А… вы про это… – задымил трубкой капитан.

Девушка и эльф переглянулись, словно задавая друг другу один и тот же вопрос – ответит или пошлет куда подальше?

– И что вы решили? – прикрыл глаза капитан. – В чем спор?

– Ну, понимаете, я думаю, что это представители расы, живущей на территории Легана, а Конэ-Эль считает, что это выходцы с другого континента. – Коса наконец-то была отпущена на свободу.

Прон Гран хмыкнул и покачал головой.

– Так кто же из нас прав, капитан? – поинтересовался эльф.

– Да, кто? – подхватила девушка.

– А никто… – Грану явно не по душе пришелся заведенный разговор, но он все же ответил. – Это полукровки, дети женщин Мираклиса и тритонов.

– Русалок? – переспросила Ева.

– Ты что?! Я же сказал – тритонов! – возмутился капитан. – Ни одна русалка в жизни не сойдется с жителем побережья. Они настолько высоко ценят свое благородное происхождение, что о кровосмешении даже мысли не допускают. А вот тритоны – те большие любители вскружить своими речами и пением головы местных девушек, и совершенно не брезгуют интимными встречами с ними. В результате этих общений рождаются полукровки – тринши.

– Девушки различные, с тритонами встречаются, иногда от этих встреч тринши получаются, – вспомнила назойливый мотивчик Ева.

– И много их? – продолжал расспрашивать эльф.

– Не то чтоб очень, околосотни на весь Мираклис.

– А чем они занимаются? – продолжила задавать вопросы Ева.

– В основном в море ходят на различных кораблях. Им на берегу ни в жизнь работы не найти, а вот в морском деле триншам цены нет. Ловкие, проворные, да и в случае чего… Впрочем, я уверен, что этого случая не произойдет.

– Какого такого случая? – Еве очень не хотелось случайных сюрпризов.

– Я о шторме, но нам это не грозит. Ни один здравомыслящий капитан не отправится на Кармансен в сезон штормов, а он как раз закончился. Так что дойдем без сюрпризов.

– Вот и слава богу, – согласилась девушка.

Конэ-Эль считал точно так же, ему не терпелось поскорей оказаться на суше. Океан бесспорно прекрасен, но пошла вторая неделя постоянной качки, и это начало его выматывать. Хотелось ощутить под ногами твердую почву.

– Зато я вам гарантирую увлекательное зрелище через пару дней, – заинтриговал капитан Гран.

– И что мы увидим? – купилась Ева.

– Через два дня войдем в воды Чертердака – царство тритонов. Увидите огромнейший коралловый атолл, в подводной части которого выстроены замки тритонов. Я сам не бывал в них – ребята рассказывали.

– ???

– У моих мальчиков будет «родительский день», – сострил кэп. – Их папашки приплывут.

Прон Гран презрительно сплюнул, открыто показывая свою «любовь» к тритонам.

– Выходит, что тринши дышат под водой, словно рыбы?

– Как тритоны, леди, как тритоны, – поправил Еву капитан.

Ева смутилась, вот ведь – ляпнула не подумав, сравнила матросов с селедками. Хорошо хоть капитан не из обидчивых, и не заострил на этом внимание.

– Спасибо, что уделили нам время и все разъяснили, – Конэ-Эль почувствовал, что Грана притомила беседа.

– Рад быть полезным, – стал откланиваться капитан.

– Ой, одну минуточку, капитан, одну минуточку, – остановила его Ева.

Эльф посмотрел на девушку – что еще удумала эта неугомонная?

– Да? – Прон Гран мысленно выругался, вспомнив всю родословную морской нечисти.

– Подождите меня тут, я только добегу до нашей каюты и обратно. Хочу угостить вас бутылочкой отменного эля, – мило улыбнулась Ева.

Ее затея понравилась как капитану, так и эльфу, который забеспокоился, что Ева продолжит пытать Грана расспросами про тритонов и их детей. Естественно, девушка ни в какую каюту не пошла, а, спрятавшись от глаз капитана, материализовала бутылочку янтарного напитка. Выждав немного времени, хитрюга вернулась, и мило улыбаясь, вручила Прону Грану презент. С любопытством разглядывая «Клинское светлое», капитан похрюкивал от изумления.

– Никогда такого не видывал, это откуда ж такое чудо?

Сияя, словно начищенный пятак, Ева осталась довольна своей проделкой. Ну не все же им местный эль пить, пусть попробуют наше, российское.

«Я поддерживаю отечественного производителя», – рекламным слоганом промелькнула гордая мысль.

– Из одной очень-очень далекой страны. Тамошние умельцы варят отменный эль, правда, они его называют пивом. По вкусу отличается, но думаю, что вам понравится.

– Потом попробую, по случаю. – Бутылка исчезла в кармане кителя.

Капитан откланялся и направился на камбуз, чтоб, как он выразился, «вздрючить падл… то есть нехорошего кока, за паршивый обед».

До «родительского дня» оставались сутки. Тринши явно нервничали. Потомки тритонов вовсю наводили марафет и суетливо шныряли по кораблю. Их состояние в какой-то мере передавалось и остальным членам экипажа. Даже Прон Гран несколько иначе стал вести себя.

– Чего это они? – недоумевала Ева. – Не могу взять в толк.

– А ты у капитана поинтересуйся, вы же с ним друзья, – подначил Конэ-Эль.

– Вот возьму и спрошу – повелась девушка. – Не вижу в этом ничего особенного.

Улучив подходящий момент, Ева без лирических отступлений задала капитану вопрос, не дававший ей покоя.

– Тут есть с чего нервничать, – не выпуская изо рта свою любимую трубку, ответил Прон Гран. – Если три гонам что-то вдруг не понравится, или не приведи Творец, кто-то из их сыночков обидит своего папашку, то можешь смело начинать молиться своим богам.