Страница 14 из 91
— О, парень! Хорошо, что ты пришел. Тут тебя уже спрашивали несколько раз, — радостно воскликнул трактирщик.
Зал опять был полупуст. Совместно с хозяином мы сдвинули вместе три стола, как и в прошлый раз. Арни сел поближе к нашему сооружению, в качестве охраны. Пока мы шли, я сказал Кристе и Роду, с какой песни начну выступление. Ее мы уже исполняли дома, так что ребята заиграли сразу, а я запел. Начинать решил с вступления к фильму «Труфальдино из Бергамо». Больше всего мне нравились две последние строчки — чтоб зрители мои щедры сегодня были… Мы решили, что стоит вставлять между куплетами дополнительные музыкальные проигрыши, чтобы не надорвать горло. Затем я исполнил песню из «Бременских музыкантов»:
Во время пения слегка пританцовывал, отбивая чечетку, закончив выступление колесом. Народ дружно выразил восторг, начав громко хлопать и требовать продолжения. На музыку и крики потихоньку стали подходить еще посетители. Трактирщик и двое парнишек активно забегали между вновь пришедшими.
Самое время напомнить про желание попить, что аж есть охота… В этот раз зрители сообразили быстрее. Из группы роскошно одетых благородных ко мне полетел золотой:
— Чего нибудь… — неопределенно покрутил пальцами поднятой руки, один из франтов.
— Удивишь, еще получишь, — высокомерно процедил его сосед.
Мы быстренько посовещались и на сцену вышли двое наших парней, в качестве поддержки, которых мы договорились использовать, только если будут хорошо платить. Сняв верхние плотные рубахи, все остались в тонких свободных рубашках. На шею повязали платки и в руки взяли, как шпаги, наши деревянные посохи.
Пока мы быстро подготавливались, Криста и Род исполняли проигрыш. Как только мы облачились, я выскочил на импровизированную сцену и запел песню, которую слышал в своем мире в исполнении Миронова:
Пока я пел, парни изображали бой на шпагах. Это была крутая показуха с прыжками, кувырками, даже пару раз колеса крутили. На словах «уноси готовенького», Нэт медленно упал, а затем откатился к краю импровизированной сцены. Следующий куплет мы изображали бой вдвоем с Питом, затем опять включился Нэт, одетый в жилетку и с новым платком на шее. Дальше, они снова вдвоем фехтовали, а я лишь пел, слегка притопывая ногами.
Представление с изображениями боев на шпагах, мы растянули минут на двадцать. Посетителей еще добавилось, по-моему, уже были заняты все места. Часть зала вскочила и пыталась подпевать нам. На лицах аристократов, заказавших нам песню, исчезло высокомерие. Слушали они нас с удовольствием и один даже подпевал. После окончания номера, франт, обещавший нам золотой, ухмыляясь, бросил нам еще одну монету.
В это время из дальнего угла к нам начал проталкиваться мужик абсолютно бандитской наружности. Кричащие и хлопающие посетители замолкали при его приближении и расступались перед ним. Подойдя, он хлопнул золотым по столу, изображающему сцену.
— А теперь, пацаны, изобразите что-то подходящее для нас, — криво улыбаясь, хриплым голосом сказал он: в его голосе больше звучала угроза, чем просьба. И сел на ближайший к сцене стул. Арни и так сидел весь напряженный, а тут прямо как натянутая струна стал. Подмигнув Арни, чтоб расслабился, я напел Кристе и Роду мотивчик. Пока они проигрывали вступление, мы с Нэтом и Питом надели рваные рубашки, жилетки и повязали на пиратский манер платки. Взяв в руки по кинжалу, мы выскочили на сцену, и я начал исполнять песенку из мультфильма «Бременские музыканты»:
Мы танцевали брэйкданс с кинжалами в руках. Парни, расположившись с двух сторон, выдавали по максимуму. Я же только обозначал движения, не делая их полностью. Все же, как-никак, после болезни, да и устал уже.
Когда мы закончили, народ сдержанно хлопал, неуютно чувствуя себя под взглядом выглядящего бандитом, мужика. Его же компания улюлюкала, свистела и хлопала нам от души. Он сам довольно улыбался. Хлопнув по столу еще золотым, прохрипел:
— Давай еще.
Подбежав к мешку с реквизитом, я повязал на бедра платок, набросил на шею несколько ниток бус, а в руки взял карты. Ребята уже играли подсказанный мотив. Пит и Нэт продолжили танцевать брэйкданс. Выбежав на середину, я, танцуя в цыганском стиле, запел из тех же «Бременских музыкантов»:
К концу песни зал трактира превратился в музей скульптур. Франты и Арни сидели неестественно выпрямившись, с бледными лицами и выпученными глазами. Трактирщик держался за сердце. Бандит был невероятно доволен: хлопнув по столу еще одной монетой, он довольно заржал, и, кивнув своим друзьям, в полной тишине, подкидывая и ловя кинжал, пошел к выходу.
Даже после того, как они вышли, народ сидел молча, как пришибленные. Я же, схватив деньги, бросился собирать реквизиты, кивнув парням на Арни, который сидел соляной статуей. Они правильно меня поняли. К тому времени как я все собрал, парни уже дотолкали вялого Арни до дверей. Мы выскочили из трактира уже все вместе. Свистнув своим, мы рванули подальше отсюда. Сейчас Арни был явно не способен меня нести.
На полученном от исполнения, адреналине, мы за пятнадцать минут долетели до дома. Оба магистра стояли, округлив глаза, глядя, как мы заскакиваем на полной скорости во двор, а следом, двое мальчишек тащат за руки, а двое подталкиваот в спину, затаскивая Арни. Все попадали на траву, а Арни так и остался стоять, там, где его бросили.
Посмотрев на лицо нашего охреневшего главного охранника, магистры подскочили и начали ощупывать его. После того, как один из магистров начал помахивать у него перед глазами раскрытой ладонью, а второй врезал какой-то палкой по коленке, Арни ожил. Найдя меня глазами, он заорал:
— Идиотка! Ты что, совсем рехнулась?! Горячкой мозги выпалило?! — размахивая руками, как мельница, кричал наш благородный.
Магистры шустро, не по возрасту, отпрыгнули от изображающего ветряную мельницу, графа. Четверо моих парней вскочили с травы и встали между Арни и мною.
Мда. Не хватало еще, драки между своими. Подхватившись и махнув команде, чтоб расслабились и отдыхали, я подбежал к Арни, судорожно соображая, чем бы его успокоить. В памяти всплыла картинка, как обычно поступала дочь моего товарища, стараясь успокоить рассерженного отца. Решив проверить результативность данной методы в этом мире, обхватил психованного за талию, и, прижавшись к боку, затараторил: