Словоточие

«Теперь скажи мне, что ты видишь…»

Теперь скажи мне, что ты видишь?Когда познание себяВдруг стало нищим.Стало лишним.А под тобой горит земля.Когда все траты и потериТак безнадежно губят жизнь,Что ты уже распят, потерянИ обескровлен до души.Ты в сырь,Ты в серь,В сирень,В сиротствоКричишь до хрипа о любви.Не слышат.Смейся, плачь, юродствуй!Ты здесь один.Мы здесь одни.Когда ты век бежал за эхом,Стирая сердце до прорех,И встретил, встретил человека,Но жалок этот человек.Когда ты осознал по телуВсю хрупкость лбов,Всю хриплость слов.Всё в мире,Всё,Всё опустело.И космос стар.И ты не нов.Все наши судьбы – эпос, хаос.Все наши свечи – в темноте.Чертовски мало просто пауз.Чертовски сильный шум везде.И бездна смотрит с каждой крыши.И у нее твой лик, твой взгляд.Теперь скажи мне, что ты видишь?Теперь я слушаю тебя.

«Все хорошо. Привет-пока…»

Все хорошо. Привет-пока.Зима, зима… Да нет, не мерзну.Снег опустился с потолкаИ пропитал собою воздух.Все хорошо. Вы где-то там.Вы где? Молчание и шорох.Каким молиться здесь богам,Чтобы не тлеть как мокрый порох?Все хорошо. Болит? Слегка.Слегка болит, слегка болею.У вас холодная рукаИ обжигающая шея.Все хорошо. Простите мнеНевозвращенство листопада.Ах, пани, счастье на землеНе больше, чем наивность взгляда.Все хорошо. Да, Вам пора.Уйти, уснуть, не в этом дело.Здесь билось сердце у ребра,Пока ему не надоело.Все хорошо. До новых встреч.А может, посидите рядом?Да, да, пора. Рубите с плеч,Но не смотрите виновато.Все хорошо, опять клише,Не запирайте двери, пани!Вдруг станет сыро на душе,И ты устанешь жить. Устанешь.

«Шагая по стеклам разбитых прелюдий…»

Шагая по стеклам разбитых прелюдий,Не веря уже ни газетам, ни людям,Из боли любви и земного бессильяОна собирала непрочные крылья.Грустила тайком, не любя театральность,По шрамам и ссадинам знала реальность:Закрытые перед лицом ее двери,Вкус смерти последней отчаянной веры,И чуждость свою, и свою одинокость,Разбитый в побеге от прошлого локоть.А кошка у ног неизвестной породыУчила ее чувству гордой свободы,Учила гулять по обшарпанной крыше,Учила, что люди почти что как мыши,И если любить, то не жалких, не слабых,И если уж падать, то только на лапы.Они уходили вдвоем вдоль прибоя,Прозрачные крылья сжимая в ладонях,Вдоль долгого неба, осенних морозов,Шагая по стеклам, по людям, по звездам.

«Что ты можешь сказать мне нового…»

Что ты можешь сказать мне нового?Что стихи – это только плешьНа затылке всего прошедшего? Что ни шерсти с них, ни рубля?А я знаю. Я сам растраченный. Покатился по полю – срежьЭти маки и эти маковки. А не то зацветут поля.Да, я знаю, я сам исписанный. Я подгрудный еловый сбор —Принимать по стакану вечером, пока звезды стоят кругом.Только, кажется, не закончится этот долгий бездарный спор:Спор любовника с импотенцией, спор поэзии с топором.Да, я знаю. И тоже, в принципе, соглашаюсь порой молчать,Потому что слова бессмысленны, не заменят простой сохи,Не залечат простой царапины, не окупят твою печаль.Но когда я целую женщину – продолжаю писать стихи.

«Ничего не пугайся и держи меня в холоде…»

Ничего не пугайся и держи меня в холоде,Так сбивается жар истеричного хохотаРаскаленной души, обнаженной до выкрика,До голодных стихов беспощадного выводка.И границы – тесней, и реальное – кажется,И под каждым лицом вместо истины – сказочник.Твои руки безумные на плечах моих спаяны,В этом что-то от Брута, в этом что-то от Каина.Мы сорвемся в туман, мы останемся в вечности,В этом что-то от неба, от его безупречности.Твои руки безумные раздевают сознание,Обрывай тормоза и включай зажигание.Бесполезны слова и нелепы потребности,Гроб руби на дрова, и тогда мы согреемся.Горячо? Горячей! Пусть дотла, до духовного.Ты не хочешь обжечься? Так держи меня в холоде.

«Странная женщина: тонкая, тихая…»

Странная женщина: тонкая, тихая,Вяжет судьбу и сидит у окна,Время ее не стремится, не тикает,Медленно льется подобием сна.Звездное небо в ней, рядом с ней холодно,Но без нее – словно нечем дышать.Тихая, тонкая, острая. Больно мне.Острая, вечная, словно душа.Словная, славная, млечная, тонкая,Шепчет молитвы в прозрачную тьму,Любят таких не касаясь, не трогая,Не задавая вопрос почему.Только любить. Только верить признаниям.Плыть в этом шепоте гаснущих звезд.Сонно баюкать и греть пониманием.Только любить. И любить – лишь всерьез.