Страница 94 из 104
Миша улыбался в 32 зуба. Тогда я достал газету, развернул ее на нужной странице и показал статью. Михаил углубился в чтение, а мы с интересом наблюдали, как улыбка у Миши еще больше расширялась, преодолевая отметку в 34, а потом и в 36 зубов. Прочитав и обсудив статью, Миша рассказал, что он ассистирует при операциях, и за эти 4 дня отстоял почти на 30 операциях.
- Чего это тебя, новичка, стали так часто привлекать или проявил себя, как надо?
- Знаешь, Коль, просто большой поток раненых, а штат у нас ограниченный, вот и привлекают. Хотя да, многие поменьше меня привлекаются. Ты ж знаешь, что я чувствую или вижу - правильно все у человека или есть нарушения. Вот во время одной из первых операций, в которой я ассистировал, оперирующий хирург не дочистила рану, у солдата было глубокое поражение, кровь заливает и толком не видно гноя, и собралась сшивать. Я вмешался и потребовал перепроверить, а в это время Вера Евгеньевна оперировала рядом за соседним столом. Так она аж развернулась к нам и подошла, уточнить, почему я так решил и вмешиваюсь в работу хирурга. Ну, я в общих словах объяснил, что чувствую неправильность. Так меня теперь часто, как рентген используют. Когда у врача сложный случай привлекают, чтобы описать внутреннее стояние пациента.
«В общем, раскрыл ты свои тайные способности ясновидящего, экстрасенс ты наш, но раз ради дела, значит, все правильно сделал», - подытожил я.
- Девочки наши как, освоились уже?
- Куда они денутся, Николай, с подводной лодки. Сегодня они сменились после ночной смены, но после обеда обязательно появятся у своих подопечных.
- А еще, знаете что, ребят, смотрю и вижу, что в госпиталь, на службу Отечеству становятся и опытные врачи, и молодые санитарки, и работают в каком-то порыве души, не от звонка до звонка, а пока могут, так можно сказать. Все тут работают сутками. А среди врачей нередки голодные обмороки, даже при мне один из наших основных хирургов упала.
- Чего, плохо кормят, что ли?
- Нет, кормят тут для военного времени достаточно хорошо и пациентов, и нас - медиков. Просто идет поток раненых, и врачи сами не уходят поесть, чтобы не отвлекаться от своей основной работы. Каждая минута на счету. Пока продолжался обед, можно было помочь какому-то горемыке и спасти ему жизнь, вот и не едят, а работы-то много и устают сильно. А, что еще было интересного, вот вчера приходил отряды пионеров. Они дежурят в палатах не ходящих, например, стакан воды подают, кормят, пишут и читают письма, даже с самодеятельностью выступили, ставили сценки, где высмеивали фашистов, спели песни и рассказали стихи о скорой победе над врагом, в общем, развлекали солдат.
- Ты им про Ваню расскажи, редкий случай, пусть сценку поставят, как повара фрицев в плен берут.
- А что, это мысль, редкий случай и смешной, если подумать.
«Ну да, тем более Иван тут прохлаждается. Кстати, как у Шубина, ребят состояние?» - спросил Николай.
«Да вроде у Шубина, Женьки, Ваньки абсцессов нет, заживление идет, а так по-разному. Из наших раненых 3 калеками остались - отхватили кому руки, кому ноги, двое умерли – их бы сразу бы на операционный стол, а так 2-3 дня болтались на передовой в мороз. Еще многие умирают от гнойных воспалений, вызванных стафилококками и стрептококками. Режем, что можем, а зараза уже в крови и в новых местах вспыхивает, эх, если бы пенициллин, о котором пишут, что панацея, то было б легче.
- Вот будет тебе тема, разработать пенициллин советский в будущем, после войны, да направление изготовления протезов и колясок для инвалидов продумать такое, чтоб удобно было, а не абы что, типа выструганная деревяшка на ремешках.
- Да я ж хирургом буду, а не ученым микробиологом или ортопедом.
«Вот именно, умеешь отрезать, умей и заменить, - сказал я в ответ, - да Михаил, по поводу пенициллина, ты тут в больших медицинских кругах стал вращаться, которые имеют выход на руководство Наркомата здравоохранения страны, поэтому расскажу, что я читал в прессе об этом открытии. Проанализируем ситуацию, а дальше подумаем, что уже лично ты сможешь сделать», - завершил я свою речь.
Мимо нас проходила заведующая отделением.
- Михаил, что это вы так бурно обсуждаете, что ты даже не переоделся в чистый халат, так всех пациентов и проведывающих перепугаешь.
- Виноват, Вера Евгеньевна, сейчас исправим, а обсуждаем мы вопрос пенициллина.
- Вопрос пенициллина, интересно, что новенького вы тут придумали.
«Да есть соображения, хотелось бы, чтобы и вы уделили минут пять времени и послушали бы нас», - ответил я на ее вопрос.
Мимо по коридору периодически проходили ходячие больные, врачи после операции, медсестры, катящие на каталках с операций или на операцию раненых. Михаил убежал переодеть халат. Мы коротко рассказали о себе, провели пиар-акцию о боевом пути Михаила и девочек, рассказав, за что они получали ордена и медали.
Пока Николай рассказывал о бывшем полку и новом батальоне, ожидая Михаила, я размышлял, как говорится, «о вечном» и, как это «вечное» подать. В прошлой жизни, читая книги о попаданцах, многие выращивали пенициллин в промышленных или индивидуальных объемах, поэтому стало интересно узнать о этом антибиотике хотя бы общие факты. Что я вынес из этого? Получить пенициллин кустарным способом так, чтобы он сохранялся длительное время, как сохраняются антибиотики в 21 веке нереально. Можно самому вырастить этот грибок, который выделял бы в жидкую искусственную среду продукты своей жизнедеятельности, чаще желтого цвета, которые и можно пробовать использовать для индивидуального лечения. Флеминг, открывший эту субстанцию, недооценил свое открытие, а его работу продолжили ученые из Оксфорда Говард Флори и Эрнст Чейн, которые выделили препарат в чистом виде и изучили его терапевтические свойства. 12 февраля 1941 инъекция пенициллина впервые была сделана человеку, а в 1943 году Говард Флори передал технологию получения нового препарата американским ученым и в США было налажено массовое производство антибиотика. В СССР первые образцы пенициллина получили микробиологи Зинаида Ермольева и Тамара Балезина, обнаружившие в 1942 году более сильный штамм, продуцирующий пенициллин, но при хранении полученный антибиотик терял свои свойства и вызывал повышение температуры у пациентов. Функционеры Наркомата здравоохранения СССР оказались недальновидными медиками, потеряв два года на приобретение, а потом и на организацию производства пенициллина. Американцы просто отказались продать СССР технологию производства. В реальной истории по совету русского эмигранта - сотрудника этой фармацевтической фирмы в 1944 году технологию производства купили у профессора Флори, и с 1945 года в Советском Союзе начались испытания пенициллина, разработанного по западному образцу.