Страница 63 из 104
«Товарищ старший лейтенант, проснитесь, вас командир батальона, капитан Щеглов вызывает», - теребил меня за плечо солдатик.
«Ну, если сам командир «батальона щеглов» вызывает, тогда надо идти», - серьезно сказал я. До моих солдат дошел смысл моего ответа и раздался громкий смех.
- Ладно, парни, отставить смех, эти красноармейцы основной удар под Волоколамском на себя приняли, хоть и щеглы.
Нас встретил подтянутый капитан, с немного подкрученными вверх усами. Я представился, доложив, что возвращаемся с выполнения задания из-за линии фронта и пытаемся выйти в расположение нашего полка. Также сказал, что мы спокойно обошли два батальонных «секрета» и такую же операцию смогут проделать немецкие егеря, то есть профессиональные охотники: «Сам понимаешь, чем это может грозить – подведут свои части и ударят вам во фланг или в тыл».
«А что за операцию проводили, может, поделитесь информацией, что там у немцев, а то наша разведка ничего особого не сообщает, текущие перемещения у немцев, не более».
Скрывать эту информацию смысла не видел, поэтому сообщил, что нашей группой были взорваны склады с топливом для танков и БТРов и взорвали мины и тол в штабах артполка и 2-й танковой дивизии. И затишье на нашем участке фронта обусловлено именно этой причиной, пока командиров не заменят.
«Ничего себе, разведка!» - присвистнул Щеглов.
Поручив ротному организовать усиление охраны фланга, Щеглов накормил нас завтраком, чему мы были безмерно рады, как раз в это время повара подвезли свои кухни в расположение батальона и кормили солдат. Выпили мы разведенного спирта за Победу, офицеры батальона «погрели уши», слушая об обстановке в тылу у немцев, а мы послушали, как у них тут дела. Потом комбат связался со штабом своего полка и сказал нам, что ему приказали доставить нас лично в штаб полка, поэтому он и будет сопровождать нас. Расстояние небольшое, около терх километров до деревни Чесмены, так что домчимся быстро.
Мы загрузились в кузов полуторки, в кабину сели шофер с капитаном Щегловым и грузовик направился к Чесмене.
Прибыв в штаб полка, мы наткнулись на нашего Шубина. Оказывается, наш полк численностью порядка 600 человек фактически «прикомандировали» к дивизии Панфилова, определив зону ответственности в километр слева от Волоколамского шоссе. В штабе полка к местным командирам добавились и пришедшие к соседям Шубин, Недогаров, Горяев. Командир полка, немолодой полковник, как старший по званию, вел беседу, выспрашивая нас обо всех перипетиях этого похода.
Я рассказывал о подпольщиках, о выявленном предателе, о пойманной немцами нашей диверсионной группе, о результатах в обследовании местности вокруг западной части Волоколамска и самой диверсии. Иногда меня дополняли бойцы группы, рассказывая о своих наблюдениях.
Оказывается, после нашей радиограммы был организован ночной вылет бомбардировщиков, которые достаточно успешно отбомбились и вернулись без потерь. А следующим днем выходили на связь подпольщики Волоколамска, сообщив о результатах диверсии и массовых облавах, проводимых немцами в городе. Эта радиограмма была принята радистами при штабе 16-й армии.
«Товарищ командир полка, товарищи офицеры! - в штаб полка ворвался командир штабной роты, - Там генералы приехали, Панфилов и еще кто-то, виноват, не знаю его в лицо».
Все быстро стали выходить на улицу, накидывая на себя полушубки. Этот кто-то оказался самим Константином Константиновичем Рокоссовским.
Полковник, отдав честь, приветствовал командующих армией и дивизией, кратко представив стоящих полковых офицеров Рокоссовскому.
Панфилов взял слово: «Товарищи командиры, мы с Константином Константиновичем прибыли провести непосредственно рекогносцировку перед новыми боями, а также посмотреть на боевой дух нашей армии».
В свите генералов я увидел и дивизионного комиссара Лобачева, мы поздоровались, отдав рукой честь друг другу.
Все офицеры снова зашли в избу сельсовета, где сейчас располагался штаб полка. Командир 1075-го стрелкового полка сообщил, что для уточнения взаимодействия к ним в штаб прибыли руководство полка соседей, товарищи Шубин, Горяев и Недогаров. Товарищи встали из-за стола по стойке смирно. Также сегодня в расположение нашей части вышла разведгруппа полка подполковника Шубина под командованием старшего лейтенанта Кольцова, очень удачно проведшая диверсии в Волоколамске. Тут по стойке смирно встал уже я.
«Садитесь товарищи, - сказал Рокоссовский, продолжив, - товарищи комполков, доложите общую обстановку на вверенных вам участках».
Вначале полковник кратко доложил обстановку на своем участке, потом слово взял Шубин. После этого Рокоссовский заслушал соображения комполков и полковых штабистов по предполагаемым действиям врага.
«Есть еще у кого соображения по организации обороны или нашего контрудара?»
Я решил не соваться с тактическим вопросом выставления дополнительных постов в лесу, где мы спокойно прошли в тыл нашего полка. Это можно решить и на уровне Щеглова, хотя дело серьезное – там, судя по карте, полоса леса широкая - полк спокойно пройдет и никто его не увидит.
«Кольцов, а как вы думаете, командование танковой армией погибло или нет?» - спросил меня Лобачев.
Я встал, оправил китель, и еще раз начал рассказ.