Страница 21 из 73
- Сегодня, - проронил Владлен, - этот цех будет опечатан. Все сотрудники будут внесены в соответствующую базу, и относительно них проведут следственные действия. По каждому отдельно. Всех, кого признают виновными, ждет штраф или тюремное заключение, в зависимости от тяжести совершенного преступления и решения судьи. Остальных мы отпустим. Так что, если ваши сотрудники невиновны, они могут ни о чем не беспокоиться, госпожа Анна.
Сердце закололо с удвоенной силой. Мне хотелось наброситься на этого мерзкого Войчика и выдрать ему глаза, но умом я понимала, что так не помогу делу, только сделаю хуже.
- Так что прошу всех покинуть помещение и не расходиться. Общежитие тоже будет опечатано на время следственных действий.
Звучало так, как будто в крышку гроба забивали гвозди.
- Погодите, - промолвила я, преграждая дорогу уже вознамерившемуся выгонять всех прочь из здания Войчику. – Что значит, будет опечатано общежитие? А где прикажете жить на время следственных действий?!
Владлен смерил меня полным недоумения взглядом.
- Госпожа Анна, но ведь у вас есть квартира? Возможно, для вас мы сделаем исключение и позволим забрать из здания общежития вещи. Разумеется, под моим присмотром. Повторюсь, вы можете не беспокоиться. Вам не будет нанесено никакого ущерба.
Мне захотелось закричать. Никакого ущерба?! Он собирается выселить моих людей на улицу, а говорит о том, что со мной все будет в порядке?!
- Дело не во мне, - покачала головой я. – Эти люди! – я кивнула в сторону работниц, наводнивших коридор. Все они были бледны и испуганы, явно не представляя, что делать дальше и куда идти. Мне самой было тошно от своей беспомощности, и я отчаянно искала выход. Хоть что-нибудь, что способно им помочь! – Они ведь прожили здесь столько лет! Им просто некуда идти!
- Вас не должно это беспокоить. Вы проработали здесь всего неделю, - пожал плечами Войчик. – Я знаю, что вы новый человек в городе, и подвезу вас до вашей квартиры после того, как покончу с этим, не волнуйтесь. Что ж до этих людей, то после опечатывания швейного цеха и общежития они все отправятся в следственный изолятор, - он осмотрел толпившихся в коридоре испуганных женщин. – И, возможно, им не придется заботиться о поиске жилья. Государство сделает это за них.
Он выдержал долгую, мучительно болезненную паузу, и добавил:
- У нас весьма комфортабельные тюрьмы. Преступницы должны быть благодарны, что их жизнь так обустраивают. А вам, госпожа Анна, я предлагаю не расстраиваться, а радоваться. С вас только что сняли огромную обузу.
Глава девятая. Рене
Энергетические нити, нанесенные на карту, перепутались так, словно это был клубок, попавший в лапы излишне игривого кота. Когда я пытался выпрямить их или хоть как-то пойти вдоль хотя бы одной, чтобы четко определить траекторию, они извивались, выгибались, как живые, и отказывались поддаваться.
- Ой, нелегкая это работа, - пробормотал я себе под нос, вновь хватаясь за заколдованный карандаш и пытаясь выпрямить хотя бы ту линию, с которой определился, одну-единственную, - тащить из болота целый мир…
Мне, разумеется, никто не ответил. Массивный стол и десяток стульев – не самая лучшая компания, а самое главное, не слишком склонная к диалогу, так что не следовало и ожидать, но должен же я хоть кому-то пожаловаться, если живым людям нельзя!
Пытаясь избавиться от горечи во рту, я осушил до дна стакан с водой и едва не пролил ее на карту. Нити вздыбились, подскочили, перепутались наново, кажется, еще сильнее, чем было до этого, и вновь улеглись, вызвав у меня только тихое хмыканье – я и не сомневался, что станет еще хуже.
Карты баланса, разложенные по бокам, мигали в основном зеленым цветом. Никаких черных пятен. Моя сестра Эдита со своим мужем Себастьяном не просто так работала несколько лет, не покладая рук, это дало отличный положительный эффект. Каждый раз, когда она приходила в гости, центральную карту я прятал – показывал локальные мониторы, подтверждающие, что система баланса идет на лад.
Она шла, да. И чем больше она выравнивалась, тем сильнее пыталась избавиться от оставшихся преград. От людей и объектов, которыми жонглировала во времена своего правления Матильда, пытаясь выкачать все больше и больше магии из мира.
Да, нынче система стабильна, но ее надо выровнять. Чтобы энергетические нити не натягивались до упора так, словно вот-вот лопнут. Это как старые починенные трубы; пока что все хорошо и вода по ним течет, но если не провести реконструкцию, то будет беда. Последствия-то мы убрали, но мир существовать самостоятельно не сможет, пока не восстановится до конца…
- Господин Рене, - в кабинет заглянули. – Можно?
Я взглянул на Тома. После того, как он получил за растрепывание лишней информации, парень стал тише воды ниже травы.
- Что ты хотел? – мрачно поинтересовался я.
- Я могу подождать, если вы заняты…
- Нет, - я покачал головой, закрывая карту и стараясь не смотреть на особо внушительный узел рядом с этим проклятым швейным цехом, все не дававшем мне покоя. – Я уже закончил. Говори, что случилось. Истинные опять хотят меня видеть?
- Ну что-то вроде того, - подтвердил Том. – Пойдете?
- Не пойду. Можешь передать им, что это я им начальство, а не они мне. И если они считают, что могут позволить себе ничего не делать, то пусть бы хоть не мешали.
Я нисколечко не сомневался в том, что что-то они да делали. Вредили, например, настолько активно, насколько это вообще было возможно. Сунули свой нос, куда не надо, искали возможности меня подставить. Пока что неудачно, но как долго еще удастся удержаться? Этого я не знал.
Томас то ли не понял отказа, то ли передал мне еще не все новости – но продолжал топтаться на пороге. Я наконец-то свернул все карты, сверился с часами – у нормальных людей сейчас дело близится к вечеру, значит, и мне в качестве исключения можно раз вовремя прийти домой.
Или попробовать заглянуть к Анне…
Ссора, признаться, получилась очень глупая. Если б она хоть попробовала меня выслушать! Ее предшественница натворила много дел, прежде чем наконец-то явилась ко мне за своим шансом на счастье. По-хорошему, мне бы отдать ее в угоду балансу, да и дело с концами. Но швейный цех привлекал слишком много внимания, в нем сходилось много энергетических нитей, а я знал, что если пострадает местная Анна, то та, из другого мира, погибнет тоже. А уж она-то ни в чем не виновата!
Была. Пока Томас и Эмилия не решили, что ее обязательно надо втравить в это дело и отправить в швейный цех. Лентяи!
Я назвал ее невестой по одной простой причине: хотел защитить. Она-то ни в чем не виновата. Но у нее имя той Анны, внешность той Анны… Найдут – могут быть проблемы. Некоторым людям просто не успеваешь объяснить, что ты другой человек, просто похожий.
Мою невесту не тронул бы никто. Хранитель Времени не должен нарушать правила баланса, но один раз можно. А никто не хочет вставать на пути у мужчины, который одним поворотом песочных часов способен лишить молодости или превратить все нажитое в прах.
Но я должен был объяснить ей все. Сам. Лично. А не психовать, как придурок, хлопать дверью и вестись на девичьи истерики.
- Томас, что тебе еще? – я наконец-то вспомнил о том, что мой помощник до сих пор стоит на пороге и, кажется, не решается что-то сказать.
- Госпожа Анна…
- С ней что-то случилось?
- Нет! С ней все в порядке! Но у нее на работе, вероятно, стрессовая ситуация…
- Быстрее говори, - я прищурился.
- Сегодня отдел по борьбе с экономической преступностью выдал документ о закрытии швейного цеха и об аресте всех сотрудников до выяснения обстоятельств, - пробормотал Томас. – Но вы не переживайте! Госпожу Анну никто арестовывать не будет, ее в тех списках нет! Ну, просто ей придется подыскать другое место работы… Что-то не так?