Страница 57 из 93
Я понимаю, почему Инициация так же называется Пробуждением. Ведь я именно разбудила в себе вновь приобретенную силу стихии, древние знания, расовую мудрость, накопленную веками. Голова гудела от огромного количества новой информации, которую надо как-то систематизировать и уложить в голове. Новые заклинания, новые способности. А я-то боялась, что не смогу их выучить. Они все здесь, на поверхности, надо только взять их и применить.
Каратель заботливо протянул мне руку. Я вцепилась в длинные сильные пальцы, залитые кровью, наплевав на нашу вражду. С надеждой посмотрела в серебристые глаза, ожидая увидеть в них ответ на терзавший меня вопрос. Но Райвен лишь покачал головой. Он тоже ничего не знал. Или знал, но предпочел молчать об этом. Значит, мы все ещё в связке. Но теперь, по крайней мере, я могу его вылечить. Чем я, собственно, и занялась, заметив множество мелких ран и порезов на теле пернатого. Он удивился, но промолчал, терпеливо ожидая, пока я закончу.
Отойдя от него, чтобы оценить свою работу, я задумалась, что теперь, с новыми силами, я могу не только усиливать или ослаблять, но и лечить, и даже убивать.
– Ты опять замечталась, мелкая? – насмешливый голос карателя оторвал меня от размышлений, и я поняла, что до сих пор стою в круге телепорта посреди Сион. На этот раз мне даже не захотелось его ударить, слишком я была рада завершению Испытания.
Лениво отмахнувшись от мерзкого зубоскала, я зажмурилась, пытаясь защитить глаза от ярких лучей солнца. Мы уходили на рассвете, а сейчас уже, наверное, полдень. В такое время темные стараются скрываться под плащами, чтобы безжалостное солнце не спалило нежную кожу. Раньше для таких случаев у меня в сумке хранилась темная накидка с капюшоном, но от неё остались только жалкие лохмотья, которые мне пришлось сжечь. Может, пришло время зайти в торговую лавку и обновить свой гардероб? А то новой мифриловой рубашке тоже порядком досталось, но её хотя бы можно починить. Любой кузнец в два счета залатает дыру и вновь придаст металлу первозданный блеск и красоту.
Но времени на размышления мне не дали. Сильные пальцы вновь сжали мое запястью и настойчиво потянули за собой. Я попыталась упираться чисто из принципа, но мои старания увенчались очередной насмешкой карателя.
– Я слишком голоден, чтобы зависать здесь, – в подтверждение своих слов Райвен плотоядно усмехнулся и, не дав мне опомниться, дернул. Я чуть ли не бегом последовала за шанаром, проклиная его всеми возможными мне способами.
– Отпусти меня, – рявкнула я ему в спину. – Иначе как только покинем деревню, я превращу тебе в камень.
– Причинение вреда члену клана карается изгнанием из клана, – не сбавляя темпа, напомнил мне пернатый. Я заткнулась, прекратив все попытки к сопротивлению. Я могу уйти сама, но изгнание – это слишком большой позор и унижение. Меня уже выкинули однажды, и второго раза не будет. Похоже, карателю это было известно не хуже, чем мне, так как он продолжал самодовольно улыбаться и даже начал насвистывать похабную песенку.
Дотащив меня до контрольной точки, шанар растворился в вихре мгновенного телепорта. Вот так просто взял и растворился, уверенный, что я последую за ним в Шаенон. Мстительно усмехнувшись, я огляделась по сторонам. Может, стоит задержаться на полчасика? Заставить его понервничать? Так ведь он вернется, а потом, когда мы окажемся в крепости, действительно накажет. Когда пернатый обещал выпороть меня, я ему поверила. Глядя в пронзительные, серебристо-зеленые глаза невозможно было не поверить, что он действительно исполнит свою угрозу. И если мне дорог мой зад, стоит поторопиться.
Признаться, меня бесконечно бесит вся эта ситуация. Райвен распоряжается мной по праву сильного, указывает мне, что делать, угрожает, насмехается, а мне остается только молча ненавидеть его да изредка огрызаться. Это еще повезло, что сломанный нос сошел мне с рук. А то ведь в ответ он вполне мог сломать мне руку или ногу, или уши оторвать.
Вздохнув, я шагнула в угасающий портал и переместилась в Шаенон. Не успев опомниться, я оказалась прижата к стене храма Альвин, а пальцы карателя сомкнулись на моем горле. Узнав, кто меня схватил, я перестала пытаться вырваться и с каменным лицом выслушала его гневную, эмоциональную тираду о том, что мне все слишком легко сходит с рук. В какой-то момент мне неудержимо захотелось заржать, потому что более забавной ситуации в моей жизни не было. Злейший враг отчитывает меня за то, что я заставила его волноваться. Но, прислушавшись к голосу разума, я сдержала свой безумный порыв и тем самым, скорее всего, сохранила себе здоровье.
Успокоившись, Райвен медленно, один за другим, разжал пальцы, позволив мне дышать. Признаюсь, со сдавленным горлом у меня не было возможности высказаться, как, впрочем, и желания. Может, мне просто смириться? Принять эту ненависть так же, как я приняла силу своей стихии? Может, если перестать сопротивляться, огрызаться, будет не так больно?
Я смотрела на слипшиеся от крови белые пряди, на потемневшие от злости глаза, способные заморозить море, и понимала, что я могу это сделать. Могу заключить себя в непроницаемую скорлупу и терпеть, терпеть бесконечно. Но никто, ни одна душа уже не достучится до моего сердца. Хотя, желающих что-то не видно.
– Вот вы где!
Быстро сменив выражение лица со зверского на дружелюбное, шанар обернулся и шагнул к Шаксасу. Я еще раз поразилась двуличности этого мерзкого карателя.
Потирая саднящую шею, я угрюмо смотрела на сияющего орка, осыпающего нас поздравлениями. Молодой он еще, а уже Заклинатель. Хотя, я все равно младше по меркам темных. И вполне понятно, что орки интуитивно стремятся меня опекать. Ну, после того, как подавят в себе жажду крови.
– Ну и видок у вас, – проворчал Шакс, стирая с моей щеки сгусток крови Мага Тьмы или кого-то еще. – Краше на костер кладут.
Я, не оценив юмора, помрачнела еще больше. Но потом, напомнив себе про толстую непробиваемую скорлупу, выдавила улыбку. Пусть вся боль остается внутри, все эмоции, все чувства, я все спрячу под маской, я это умею.