Время гона

- вам лучше бы сесть на городской автобус или маршрутное такси, идти до автостанции далеко...

- А где остановка? - Соня растерянно оглянулась.

- Остановка за тем домом, - мужчина указал направление и Соня с удивлением заметила, как дрожит у него рука. Она вежливо поблагодарила и отправилась в указанном направлении. Поворачивая за угол, поражённо увидела, что парочка смотрит ей во след.

Автобус подошёл быстро, что обрадовало Соню, потому что ноги в летних тонких туфлях стали замерзать. Людей было немного, и все они внимательно смотрели на неё. Она пожала плечами и попросила кондуктора высадить её у автостанции. Та как-то испуганно посмотрела, но пообещала. Автостанция была маленькой, но зал ожидания неожиданно выглядел чистым, без характерной для этих помещений вони. Из трёх касс открытой оказалась лишь одна, да и в ней никого не было. Соня постояла перед расписанием и обрадовалась: ближайший автобус на Демидово отходил через тридцать минут. Удивило лишь, что в зале не было ни души. Она несмело постучала по тарелочке для денег, торчащем в окошке кассы, и услышала, как вдалеке торопливо стучат каблуки. Вскоре в окне показалось недоумевающее женское лицо с вопросительно вздёрнутыми бровями.

- Э-э,... здравствуйте! - женщина молча кивнула головой, в её взгляде явственно читалось любопытство, - мне нужен билет до Демидова, на ближайший автобус, - Соня ничего не понимала, кассирша смотрела на неё, как на свалившуюся с луны, - что? Билетов нет, что ли?

У женщины, наконец, прорезался голос: - а вы разве не знаете? До десятого марта рейсов на Демидово не будет.

- Как?! Совсем?! - у Сони ноги подкосились от такого известия, - а как же добираться в райцентр?! Мне очень надо! Выходит, я застряла здесь до десятого марта??

Кассирша сочувственно сказала: - ну-у, наверно, вы можете попробовать нанять такси. Только, я думаю, никто не согласится...

Соня попятилась, оглянувшись, увидела вдоль стены ряд пластиковых сидений, расстроенно опустилась на одно из них. - Всё пропало! Её побег накрылся медным тазом!

Щёлкнула задвижка двери, кассирша вышла в зал ожидания и присела рядом с Соней. Она оказалась совсем молодой, кажется лет двадцать, не более. Вздохнув, сказала: - вы напрасно хотите сбежать от Айка, он всё равно вас найдёт. И таксисты вас не повезут, я думаю.

- Что? Откуда вы знаете, что я хочу...сбежать?? - Соня развернулась к девчонке всем телом, поражённо уставилась той в лицо. Та виновато улыбнулась:

- так все знают, что Айк свою пару нашёл! У нас ведь посторонние люди бывают очень редко, а сейчас, во время гона, и вообще никто не едет, вон, даже рейсы на это время отменяются! А вы почему от него уехать хотите? - она с любопытством смотрела на Соню, - потому что он вас насильно из леса привёз, да? Вы испугались, наверно, только вы не думайте, что Айк плохой, он хороший, хоть и строгий. Таксисты вас не повезут, потому что он ругать их потом будет, а им его обижать не хочется. У нас любая женщина с радостью бы за него замуж пошла, только ему никто не нужен был. А теперь вот вас нашёл, даже и не волчицу вовсе. У нас в городе есть несколько таких пар, когда жена - человеческая женщина. - она хихикнула, - говорят, они мужей во время гона на цепь сажают, чтобы те со своей любовью уж слишком сильно не приставали.

Соня улыбнулась, представив, как за дверью дома беснуется в волчьем обличье посаженный на цепь Айк. Или он же, в голом виде и на толстой цепи, закрытой на амбарный замок.

- а вы его совсем не любите, да? - Кассирша с интересом заглядывала Соне в глаза, - совсем-совсем? И даже он нисколько вам не нравится?

- Нет! - та возмущённо мотнула головой, - и не люблю, и не нравится! Да и вообще - это уголовное преступление - похищение человека!

- У-у-у, - собеседница разочарованно отодвинулась от Сони, - а все радуются, что он, наконец-то влюбился и теперь у него семья будет! Плохо-то как! - она на секунду задумалась, потом засветилась улыбкой: - а может вы его ещё полюбите? Поживёте с ним и поймёте, какой он классный мужчина? И нам хорошо будет, а то, когда у вожака пары нет, всей стае плохо. Вас как зовут?

- Соня меня зовут, - нехотя ответила девушка, - только вам это ни к чему, я всё равно уеду и забуду о вашем...городишке. Влюбился, говорите? - она иронически хмыкнула, - ну-ну. Он вот исчез сегодня с утра и даже не соизволил сказать, когда появится! Как-то уж очень пренебрежительно его любовь выглядит!

- Вы, наверно, на нас обиделись, за то, что в стае обсуждали, как вы... ну... как Айк с вами в лесу обошёлся, да? - девчонка сочувственно покивала.

Соне не хотелось обсуждать с кассиршей свои душевные страдания, всё же она сказала, стараясь, чтобы её голос звучал спокойно: - а вы как думаете? Кому будет приятно, что за ним подглядывают, подслушивают, а потом треплются на каждом углу! Да и вообще, публика у вас - как мешком из-за угла стукнутая - все хмурые, мрачные.

Девчонка всплеснула руками: - ой, Соня, вы не знаете, что ли?

- Что я не знаю? С другой стороны, я и знать-то ничего не хочу о том, что у вас делается! - она хотела встать, но собеседница ухватила её за руку и затараторила:

- так ведь Айк велел этим, которые за вами подглядывали, утром быть на заброшенной заимке. Они в пивбаре рассказывали, как следили за вами с вожаком, а он узнал. Говорят, разозлился - ужас, как. Он ведь им запретил болтать об этом, а они не послушались. Теперь он их накажет. - Девчонка сникла и отвела глаза, прошептала: - поэтому все и ходят такие мрачные и грустные. Там, у заброшенной заимки, знаете, сколько могил?

Соня не успела ответить. На улице хлопнула дверца машины, и в зал ожидания вошёл предмет их обсуждения. Кассирша подскочила, испуганно пискнула: - здрасьте, Айкен Георгиевич! - тот махнул на неё рукой:

- кыш отсюда! - и, потом, Соне: - ну что, нагулялась? Поедем домой? - он протянул ей руку.

Она внимательно посмотрела на него снизу вверх: - да уж, красивый мужик. Сильный, уверенный в себе, спокойно глядит на неё, не сомневаясь в ответе.

Она усмехнулась, встала, игнорируя протянутую руку: - мой дом в Красноярске, а ты предлагаешь ехать в тюрьму. - Он, нахмурившись, мазнул взглядом по кассирше, которая, открывая дверь, любопытно оглянулась на них:

- поедем, Соня. Ещё нужно заехать в обувной магазин, купить что-то потеплее тебе на ноги, - уголок рта дёрнулся в усмешке: - чтоб ты не замёрзла, когда в следующий раз будешь убегать. - Она с неприязнью посмотрела на него и, дёрнув плечом, когда он хотел взять её за руку, быстро вышла на улицу. Его чёрный монстр стоял у дверей автостанции. Соня отвернулась от распахнутой перед ней передней дверцы и полезла на заднее сиденье. Он засмеялся и пошёл вокруг машины, садиться за руль. В окно за ними наблюдала девчонка-кассирша.

***

Айк - волк бежал по улице, и гнев застилал ему глаза. Он снова вспомнил, как кричала и отбивалась, из последних силёнок, его Соня, когда он неожиданно напал на неё. Стыд и раскаяние душили его, но также и ярость, направленная на тех, кто превратил боль и ужас его пары в повод для смеха.

Заброшенная заимка, расположенная в десятке километров от Междуреченска, представляла из себя охотничий дом, построенный почти сотню лет назад из толстых сосновых стволов. Крытый дранкой, которая с годами покрылась мхом и поросла травой, он врос в землю, глядя на окружающую его тайгу мрачно и настороженно. Когда-то охотники зимовали в нём, отправляясь в глухие леса бить пушного зверя. Со временем людские города и посёлки, разрастаясь, вытеснили зверей, а за ними ушли и охотники. Уже несколько десятков лет заимка пустовала, и лишь протекающий невдалеке ручей, прыгая с камня на камень, нарушал тишину весёлым журчанием.