Бац!

— Так точно, сэр. Он сейчас в камере. Если вам не трудно, постарайтесь навестить его. Он плачет, стонет и трясется в углу, обставленном зажженными свечами.

— Просит много свечей? Может боится темноты? — предположил Ваймс.

— Может быть. Игорь говорит, что у него с головой не в порядке.

— Не позволяй Игорю сменить ему голову! — быстро сказал Ваймс. — Я спущусь туда сразу, как только смогу.

— Я пытался поговорить с ним, но он только бессмысленно глядел на меня, сэр. Как вы узнали, что мы нашли именно его?

— Я собрал все стороны и куски необычной формы, — ответил Ваймс, усаживаясь за стол. Моркоу поглядел непонимающе и он продолжил: — Складывающаяся головоломка, капитан. Но и частей с небом тоже полно. Тем не менее, я уверен, что почти собрал ее потому, что нашел уголок.

— Что может разговаривать под землей?

— Сэр?

— Ну ты в курсе, что гномы что-то выслушивали под землей? Ты еще рассуждал, что кто-то мог быть пойман в ловушку? Но может существует что-то такое… Я не знаю… Что-то сделанное гномами, что может разговаривать?

Моркоу нахмурил брови. — Вы говорите о кубе, сэр?

— Я не знаю. Говорю? Это ты скажи мне!

— У забурившихся в шахте было несколько, сэр, но я уверен, что ни один не мог заваляться под Анк-Морпроком. Их обычно находят в твердых скальных породах. И все равно, вы бы не услышали их. Я никогда не слыхал, чтобы их находили разговаривающими. Гномам пришлось потратить несколько лет, чтобы только понять, как работает один из них!

— Отлично! Итак. Что Такое Куб? — сказал Ваймс, кидая взгляд на корзину для бумаг. О, как хорошо. Ни одного напоминания от А. И. Пессимального.

— Это… м-мм… это как книга, сэр. Которая говорит. Вроде крыжовника. Большинство из них содержат толкования гномьих законов древними законниками. Они очень старые… магические, я полагаю.

— Полагаешь? — спросил Ваймс.

— Ну, техномантически Устройства выглядят как будто они были построены из…

— Капитан, я опять потерял нить. Что это за Устройства, которые ты называешь с заглавной У?

— Кубы — это такая разновидность Устройства, сэр. Никто не знает из чего они сделаны и для каких первоначальных целей. Возможно, что они старше, чем сам мир, их находили в вулканических и самых глубоких горных породах. Большинство из них принадлежат забурившимся. Они бывают самых разных видов…

— Постой, не хочешь ли ты сказать, что когда их выкапывают, то в них заключены гномьи голоса, звучащие миллионы лет назад? Я совершено уверен, что тогда не было…

— Нет, сэр. Гномы записали свои голоса позже. Я не слишком хорошо разбираюсь в этом. Думаю, что когда их нашли, они воспроизводили звуки природы такие, как текущая вода или пение птиц, или грохот падающих камней. Скальты научились стирать эти звуки, чтобы освободить место для слов. Я так думаю. Я слышал об одном кубе, в котором звучал лес. Десять лет лесных звуков в кубике сторонами два на два дюйма.

— Устройства высоко ценятся?

— Очень высоко, особенно кубы. Стоят того, чтобы перекопать гору гранита, как у нас говорят… э, у нас — у гномов, не стражников, сэр.

— Так значит перекапывание нескольких тысяч тонн анк-морпоркской грязи могли бы окупиться?

— Кубом? Да! Так в этом все дело? Но как он попал сюда? Обычный гном может за всю жизнь ни разу не увидеть даже один. Только скальты и большие шишки пользуются ими! И почему бы ему говорить? Все гномские кубы включаются специальным словом!

— Понятия не имею! Как они выглядят? Не считая того, что они кубические?

— Я их не так много видел, сэр. Они, э-ээ, около шести дюймов высотой, похожи на старую бронзу и они посверкивают.

— Зеленым и синим? — резко спросил Ваймс.

— Да, сэр! У них было несколько штук в шахте на Паточной.

— По-моему, я их видел, — ответил Ваймс. — И уверен, что они заполучили еще один. Голоса из прошлого, а? Как так получилось, что я никогда не слышал об этом раньше?

Моркоу запнулся. — Вы очень занятый человек, сэр. Вы не можете знать все.

Ваймс усмотрел в этом подозрение на попрек. — Хочешь сказать, что я ограниченный, капитан?

— Ох, нет сэр. Вы интересуетесь каждым аспектом полицейской работы и криминологии.

Иногда было просто невозможным читать лицо Моркоу. Ваймс даже не пытался пробовать.

— Я упускаю многое, — сказал он. — Но этот случай касается Кумской Долины, я знаю. Слушай, в чем секрет Кумкой Долины?

— Я не знаю, сэр. Не думаю, что такой вообще есть. На мой взгляд, самым большим секретом был бы тот, чья сторона атаковала первой. Вы знаете, сэр, обе стороны заявляют, что им устроили засаду.

— Как по-твоему, это звучит достаточно интересным? — спросил Ваймс. — Имело бы это значение сейчас?

— Кто начал первым? Должен сказать, что да, сэр! — ответил Моркоу.

— Но я полагал, что они всегда воевали со времен сотворения?

— Да. Но Кумская Долина была первым официальным сражением, сэр.

— И кто выиграл? — спросил Ваймс.

— Сэр?

— Вопрос нетрудный. Кто выиграл первую битву в Кумской Долине?

— Можно сказать, что всех смыло дождем, сэр, — ответил Моркоу.

— Они прекратили схватку из-за какого-то дождя?

— Из-за большого дождя, сэр. Выше в горах разразилась гроза, резко поднявшася вода несла камни. Сражавшиеся были сбиты с ног камнями, в кое-кого ударила молния.

— Что полностью сорвало все планы, — сказал Ваймс. — Ну ладно, капитан, у тебя есть хоть какая-нибудь идея, куда эти засранцы направились?

— У них был запасной туннель…

— Да уж спорю, что был!

— И они обрушили его за собой. Я отправил шахтеров копать…

— Можешь отпустить их. Скальты могут прятаться в домах, могут скрываться на улице в повозке, могут надеть шлемы и кольчуги, чтобы сойти за городских гномов. На этом хватит. Мы поддерживали возмущение народа. Но сейчас их надо отпустить. Уверен, мы сможем их снова собрать вместе.

— Да, сэр. Скальты сбежали так быстро, что бросили некоторые Устройства. Я сберег их для нужд города. Они должно быть были смертельно напуганы. Они только забрали кубы и сбежали. С вами все в порядке, сэр? Вы выглядите немного не в себе.

— На самом деле, капитан, я необъяснимо весел. Не хотел бы ты послушать, как я провел свой день?

Душевые в здании Городской Стражи были предметом для пересудов. Ваймс платил за них из собственного кармана, после того язвительного замечания Витинари об их стоимости. Они были довольно примитивны — не более чем разбрызгиватели от лейки, присоединенные к бакам с водой на верхнем этаже, но после ночи, проведенной в анк-морпоркском подземелье, мысли о помывке казались весьма привлекательными. И все равно, Ангва никак не могла решиться.

— Просто чудесно, — сказала Салли, нежась под струями воды. — Что с тобой?

— Слушай, я как-нибудь сама, хорошо? — отрезала Ангва, застыв перед кабинкой. — Сейчас полнолуние, понятно? Волк набрал силу.

Салли опустила губку. — Ох, понятно. Это ведь больная тема для тебя К.У.П.А.Н.И.Е.?

— Тебе обязательно надо было сказать это? — спросила Ангва и заставила себя шагнуть на плитки.

— А как ты обычно моешься? — спросила Салли, передавая ей мыло.

— Принимаю холодный душ и представляю себе, что это дождь. Не смей смеяться! И смени тему разговора, немедленно!

— Ладно-ладно. Как тебе девушка Шнобби? — сказала Салли.

— Смуглянка? Дружелюбная, хорошенькая.

— Совершенная физическая красота? Изумительные пропорции? Ожившая статуя?

— Ну… в общем, да, — признала Ангва.

— И это девушка Шнобби?

— Похоже, что она считает себя ею.

— Ты хочешь сказать, что Шнобби ее заслуживает?

— Послушай, Шнобби не заслуживает даже Верити Пушрам, а у нее редкостное косоглазие, руки, как у грузчика, и она зарабатывает на жизнь, стряпая моллюсков, — ответила Ангва. — Такова жизнь.

— Это его бывшая девушка?

— Он обычно ее так называл. Насколько я знаю, физическая сторона их отношений заключалась в том, что она лупила его сырой рыбой каждый раз, когда он оказывался поблизости.