Страница 9 из 41
«Убери в комнатах, вымой окна, натри пол, побели кухню, подстриги под окнами семь кустов роз, разбери семь мешков фасоли (белую отдели от коричневой), познай саму себя и намели кофе на семь недель»
Из фильма «Золушка» 1947
* * *
Чувствую себя униженной. Ведь, наряд совсем не подчеркивает мои прелести, а наоборот: скрывает их, чтобы случайно никого не соблазнила. Платье в пол. Талию практически не заметно, как и грудь, что спрятана за фартуком. Выреза нет. Только ряд мелких петель с пуговками, вплоть под горло. Просто тебе писаная красавица. Волосы, пришлось спрятать под чепчик, — одни лишь матерные слова в голове.
— Неплохо, — комментирует Лирон, когда я спускаюсь вниз, пытливо оглядывая дом.
Что в коридоре, что в гостиной все выглядит практически одинаково: темные стены, красные пыльные ковры, тяжелые гардины с паутиной и душный воздух. Этому дому явно не хватает женской руки. Здесь нужны, как минимум, влажная уборка и ежедневное проветривание каждого помещения.
— И сколько времени продлится мой рабочий день? — спрашиваю раздраженно, смотря, как наглый маг беспардонно сидит на диване, попивая чашечку кофе.
Развлекается, свинья, пока невинных женщин убирать заставляет.
— От зари до зари, — не поведя и бровью отвечает Лирон, заставив меня вспыхнуть от гнева (хорошо, что не в прямом смысле этого слова).
— Что??? И я... — но больше выразить свое недовольство не успеваю, ведь из дверей выходит высокий мужчина, в красной ливрее, с золотыми пуговицами и нарядной униформой, и прежде чем я взрываюсь гневной тирадой, чувствую звонкую пощечину от его руки.
— Молчать, дура. Слугам запрещено разговаривать в присутствии знати. Простите за неудобства, эйре де Фракас. Девчонка будет наказана за непослушание.
— Эдвард, будь с ней мягче. Она немного... «куку», — маг делает характерный жест пальцем у виска.
А я стою, как вкопанная, чувствуя жгучую боль на щеке. Так унизительно. Несправедливо. Невежливо. Я всего выражала свое мнение, а тут... И так больно становится на сердце, что очень хочется хлопнуть дверью, убежать и расплакаться в каком-то темном уголке. Но не могу себе позволить такую роскошь, как слезы. Только не возле этих черствых уродов.
Между тем так называемый «Эдвард», что, видимо, является моим новым начальником, хватает меня за шиворот и силой тянет на улицу.
Сопротивляться ему не успеваю, поэтому едва не выпадаю из дверей дома, заметив, что на дворе совсем стемнело.
— Девчонка, — процеживает седой, испещренный морщинами мужик.
— Катарина, — выжимаю из себя имя, потому что лучше быть Катариной, чем «девчонкой».
— Мне не важно, как тебя зовут. Чтобы больше ни разу не видел, как ты открываешь свой грязный рот в присутствии знати. Поняла?
Его глаза горят таким праведным гневом, что только киваю головой, боясь получить еще одну пощечину, которые, этот урод, наверняка, любит раздавать направо и налево.
— А когда к тебе обращаются, то в ответ: или киваешь головой, или коротко и четко отвечаешь, склонив голову так низко, насколько тебе суставы позволяют.
Еще раз киваю головой и опускаю вниз глаза. Ну его... Смотреть на это чудище. Еще отхвачу случайно, если его руки будут чесаться.
— Теперь относительно самих обращений. Эйр де Фракас сказал, что ты совсем темная и ничего не знаешь. Поэтому запомни, как молитву перед сном, что к магам слуги обращаются, добавив перед фамилией слово: «эйр», если это мужчина и « эйра», если женщина. К обычным смертным можно говорить: «сэр», «леди», «мадам». А теперь пойдем за мной во дворец, там горы работы. Нужно до рассвета успеть почистить серебро и подготовить несколько комнат, для визитов гостей.
— К рассвету? — восклицаю перепугано. — А спать когда?
— Спать? — удивленно ползут вверх брови начальника. — Спать будешь, когда выполнишь все поручения. Кстати, сегодня будешь работать в паре с Лейрой. Она тоже новая, но во дворце уже месяц, поэтому быстро введет тебя в курс дела.
На этом наш диалог и мое «обучение», кажется, закончились. Эдвард явно не любит болтать. Он скупой, злой, равнодушный сухарь. Еще и длинный, как лестница. Фу... Ненавижу подобных типов. Такое впечатление, что в этом королевстве нормальные мужчины перевелись, а остались одни только козлы.
Итак, догоняя его широкими шагами и путаясь в тканях платья, я впервые попадаю во дворец. Но рассматривать и удивляться нет времени. Ведь мы быстро ныряем в какие-то темные переходы и на всех парах мчимся куда-то вперед. Чудо, что ни разу не споткнулась и не поцеловала носом землю. В такой то темноте! Не мешало бы этому допотопному королевству завести электричество или придумать приборы для ночного видения. Это же можно голову разбить, как минимум. А как максимум: то и вовсе заблудиться, умереть от голода и стать скелетом в углу. Ох… Куда же мою несчастную душу те принцессы принесли? Хочу обратно на планету Земля!
Как только вижу свет впереди, что сочится из открытых дверей, то с облегчением выдыхаю, ведь наконец попадаю в пункт назначения. Это небольшая комната: с низким потолком и кучей шкафов, наполненных столовым серебром. Также здесь есть высокий деревянный стол и рыженькая девочка (на вид ей лет пятнадцать), которая держит в руке тряпку и изо всех сил натирает кастрюлю.
— Сэр Эдвард, — вскрикивает перепугано бедняга и склоняет голову так низко, что чудо, как не ударяется лбом об стол.
— Лейра, сегодня тебе сказочно повезло. Работать будешь вместе с Катариной. Она новенькая. Надеюсь, что к рассвету все серебро будет блестеть, потому что если нет... — его брови грозно ползут вниз.
В ответ рыженькая кивает, а начальник удаляется, прожигая меня уничтожающим взглядом. Наконец... На душе сразу легче становится, когда это чучело выходит вон.
— Катя, — подхожу к служанке и протягиваю руку для приветствия.