Страница 11 из 37
И пока мне на плечи падали мои же распущенные волосы, в кабинете воцарилась гробовая тишина. Только парень, улегшийся на меня почти целиком, едва дышал, а жилка на его шее надулась и билась быстро-быстро прямо под тонкой иглой заколки, выдавая его страх.
Одно неверное движение – и дешевый, но чудовищно острый металл прорвал бы плоть.
Я отпустила парня на миг раньше, чем он пришел в себя. Уже через секунду он оттолкнул бы меня всей массой своих мышц и тренированного тела, но я успела отскочить в сторону и невозмутимо встать возле ректора.
Гарпий был гораздо сильнее меня, а значит, в честной схватке быстро взял бы верх. Поэтому честных схваток я не допускала.
– Откуда ты научилась этому всему? – спросил мильер Рессел без капли осуждения, словно нападать на будущих академистов в стенах его учебного заведения – это абсолютно нормальная практика. – Для человеческой девушки ты довольно быстра и ловка. Это редкость.
Я прикусила губу, не зная, что ответить, потому что говорить правду было не слишком хорошим решением. Вряд ли он обрадуется, узнав, что моим учителем был лучший вор и разбойник пятнадцатой провинции Шейсары. Мой сводный брат, объявленный вне закона по всему царству.
– Не знаю, всегда умела, – проговорила я вяло. – С детства была быстрее сверстников, ну и… тренировалась перед поступлением в академию, конечно же.
– Похвально, – кивнул дракайн так, словно поверил, хотя, судя по его проницательному взгляду, все было как раз наоборот. – Что ж… Я впечатлен. Физический аспект испытания, думаю, вы прошли. Но на данный момент мы возвращаемся к прежнему: для обучения в Самоцветах необходимо обладать хотя бы минимальными магическими знаниями. Иначе, поймите, даже если я приму вас, рано или поздно, но вы все равно будете отчислены, как не способная справиться с программой.
У меня пульс застучал в ушах, горло сдавило.
Я… не умела ничего. В магии я была полный ноль.
Говорят, некоторые человеческие девушки способны говорить со змеями и читать заклинания. В них нет стихийной магии, как в мираях или мильерах, но они способны зачаровывать предметы, а чужое колдовство для них не так опасно. Таких девушек наги издревле ищут и забирают в свои города, как большую ценность. Ходят слухи, что когда-то такой девушкой стала Иллиана Тангрэ – нынешняя царица Шейсары и жена Торриена Золотого змея(*).
Когда-то в детстве я тоже мечтала, что у меня какая-то там особенная кровь. Клянусь, я обшарила весь лес рядом с домом, два болота и одно поле в поисках змей, чтобы с ними поговорить. Опасная была затея, между прочим! Одна из пойманных рептилий меня даже укусила, и я едва не умерла. Зато стало ясно, что дара говорить со змеями у меня нет. А значит, и дара к чтению заклятий.
А когда родителей убили, я и вовсе больше не пыталась открыть в себе мифические таланты. На тот момент мне исполнилось всего десять лет, а нужно было еще как-то выжить.
– Дайте ей шанс! – донесся глубокий женский голос сзади, и я, покраснев, сразу узнала в нем Ханну.
Оставалось дождаться ответа главы академии.
– Шанса заслуживает каждый, – повторил Рейнариш-шер-Рессел, словно это была его любимая поговорка. – Хорошо, давайте так, Фиана. Если сейчас вы поймете, кто из десятерых присутствующих парней пытается вас атаковать магией, я подписываю приказ о вашем зачислении. Но если вы не сможете даже просто ощутить этого… не будет никакого смысла. Физическая подготовка – это важно, но если боец не способен почувствовать колдовской удар, то он не сможет его и отразить. А значит – умрет.
По спине прокатилась дрожь.
– Я никогда не делала ничего подобного… – проговорила негромко. – Но я постараюсь.
Ректор кивнул и, дотронувшись до моего плеча, развернул меня так, чтобы я стояла спиной ко всем присутствующим и никого не видела. Сам отошел назад и стал что-то шептать остальным.
– А теперь будьте внимательны, Фиана, – четко проговорил дракайн, когда шуршание позади меня прекратилось.
Он подошел ко мне, завязал мне глаза какой-то лентой, отчего я вздрогнула, слишком ярко вспомнив события вчерашнего вечера.
По коже запрыгали горячие мурашки.
– А теперь почувствуйте сторону, откуда доносятся всполохи вредоносной магии.
А я осознала лишь, что рядом со мной больше нет никого. И понятия не имела, в какой стороне находятся все те, кто по заданию должны на меня напасть. Я не только не чувствовала их магию, я и их самих не ощущала!
Как мне угадать правильный ответ?
В голове бешено бился пульс. Меня бросило в жар.
А из-за проклятой повязки кожу, как вчера, начало щипать. Словно все вернулось и прямо сейчас где-то в стороне раздастся тихий, проникновенный шепот мастера ядов, а затем я почувствую на себе его губы…
Я встряхнула головой, пытаясь отогнать непрошеные видения.
Меня потряхивало.
– Я специально прошу вас ощутить именно вредоносную магию, – продолжал тем временем ректор. – Потому что именно этот тип колдовской манипуляции является самым ярким. Когда кто-то просто колдует рядом с вами, как правило, наше внутреннее чутье остается спокойным. Но если удар направлен именно на нас, нервные клетки, ответственные за чувствительность к волшбе, пытаются подсказать это мозгу. Эти нервные клетки есть у каждого мага. Даже если маг не знает о том, что он маг. Даже если он в принципе почти не способен к колдовству. Природа наделила свои создания чувствительностью к смерти. И вы должны найти это в себе.
Ректор Рессел говорил очень складно и понятно. Но я ничего этого не ощущала. Ничего!
На глаза, скрытые маской, навернулись слезы.
Неужели мне придется возвращаться домой? Неужели я не поступлю в академию и никогда не стану настоящим воином?
Неужели я не найду следы убийц моих родителей?
Под ребрами заныло от расстройства. Словно огромный комок боли нарастал со скоростью лавины, и я боялась, что разрыдаюсь прямо у всех на глазах.