Страница 40 из 52
— Спасибо…
Щеки светоча зарделись, а ноги задрожали, ведь школа была уже совсем рядом. Еще было довольно рано, и никого из одноклассников они пока не встретили. В раздевалке было почти пусто: висело только три пуховика, да и в коридорах в основном встречались младшеклассники.
В самом классе за своими партами неожиданно рано сидели Ксюша, Валя и Наташа. На вновь прибывших они не обратили никакого внимания, а просто молча смотрели на пустую доску. Злата помахала рукой прямо у Ксюши перед глазами, но девушка ее не заметила.
— Плохо дело, — пробормотала принцесса.
По крайней мере она договорилась с Васей, что сегодня он осмотрит Ксюшу, Валю и Наташу. Быть может его врачебный опыт сможет им чем-нибудь помочь. Если речь идет о пришлом, то никакие лекарства и магия не помогут, но здесь определенно дело нечисто, так что в ход пойдут любые средства.
— Мы можем что-то для них сделать? — тихонько спросила Маша, кивая на тех, кто изрядно попортил ей кровь за все эти годы. На глаза светоча навернулись слезы.
Ответить Злата не успела, потому что в класс уже ввалилась группка одноклассников. По привычке они подшучивали друг над другом, на ходу обменивались ссылками на видео, стонали по поводу окончания четверти, но все это разом прекратилось, когда они увидели Машу. Первым опомнился Кирилл Андреев.
— Обалдеть!
Пока все остальные приходили в себя от увиденного, он уже был возле парты Златы и Маши и соловьем заливался, воспевая неземную красоту обеих девушек. Вскоре к нему присоединились и остальные одноклассники. Столько комплиментов и завистливых взглядов Маша за всю свою жизнь не получила, сколько за последние пять минут.
Каждого, кто заходил в класс ожидал сюрприз. Все наперебой пытались привлечь внимание Марии Шереметьевой, неожиданно для нее самой ставшей звездой дня. А Злата чуть отстранилась, чтобы на удалении наблюдать за своей прекрасной работой. От ее взора не укрылось и выражение лица Макса Орлова, когда тот за несколько минут до звонка переступил порог. Самого спокойного парня во всей школе посетило доселе неведомое чувство, о котором он раньше только читал и слышал от других. Ревность.
На пятом уроке Злата вдруг поняла, что больше не выдержит и минуты безделья. Все ее тело затекло и требовало разминки. Недолго думая, она подняла руку и сказала:
— Можно выйти?
Разумеется, никто перечить ей не стал. В коридоре принцесса сделала несколько приседаний, пробежалась на месте и уже хотела приступить к растяжке, как заметила яркую шевелюру и ее (это даже Злата признавала) шикарного обладателя. Марк Антоний одинаково великолепно выглядел и в светских нарядах Срединного королевства, и в строгом костюме школьного учителя. И этот сердцеед сейчас направлялся к ней. Злата хотела было нырнуть обратно в класс, чтобы избежать встречи, но решила, что это будет выглядеть слишком по-детски. Поэтому вместо позорного бегства, она выбрала неприятную встречу.
Чтобы не быть подслушанными, Злата отошла от двери и поравнялась с женихом в середине коридора.
— Я как раз к тебе шел.
— Так урок же.
— А я знал, что ты долго сидеть за партой не сможешь.
Спорить с этим Злата не могла и не стала.
— Зачем ты меня искал?
Марк Антоний огляделся по сторонам, убедился, что рядом никого нет, и наклонился к невесте:
— Вот за этим…
Мягкие губы легонько коснулись губ принцессы.
— Чт…
Злата открыла рот, чтобы возмутиться, но почувствовала неземной вкус котоградского шоколада. Конфетка таяла на языке, заставляя принцессу жмуриться от удовольствия. От гнева и возмущения не осталось и следа.
— Откуда?
— С собой привез. Для тебя. — Марк Антоний протянул ей белоснежную коробку, доверху наполненную конфетами от самых лучших котоградских шоколатье.
— Спасибо!
Злата прижала коробку к груди и закружилась на месте. Глаза девушки сияли — лучшей награды для Марка Антония и не нужно было.
— Иди на урок, пока тебя не хватились.
— Ага!
Злата вприпрыжку добралась до класса и скрылась за дверью, а Марк Антоний остался стоять посреди коридора в гордом одиночестве. Он не собирался ее сейчас целовать, да еще в школе, но не смог сдержаться. Однако кроме разочарования ничего не получил. Она не ответила.
— Ты чего такая довольная? — спросила Маша у подруги, когда та вернулась после долгого отсутствия — урок должен был вот-вот закончиться.
— Потом расскажу. Конфетку хочешь?
После уроков они вместе отправились к Машиному дому, чтобы не упустить ее бабушку, если та соберется к подругам по клубу.
Мария была счастлива, когда учебный день наконец закончился. Столько внимания она никогда не получала и очень утомилась. И как только все эти красавицы живут под постоянными взглядами поклонников? Нет, себя красавицей она, конечно же, не считала, но сегодня все наперебой пытались убедить ее в обратном.
— Это, кажется, не мое, — сказала Мария, когда они подходили к ее дому.
— Ты о чем?
— О внимании. На меня сегодня все глазели!
— Так это же здорово!
— Не уверена.
Злата уже заготовила целую речь, чтобы переубедить подругу, но вдруг увидела Элеонору Федоровну и остановилась.
— Что случилось?
— Тс! — Расстегнув пуховик, принцесса активировала кулон с сапфиром и только потом ответила: — Давай-ка проследим за твоей бабушкой.
Мария согласно кивнула, и они двинулись следом за объектом. Скрываться не было никакой необходимости, ведь действовал артефакт. Однако у этого были и свои минусы: прохожие их не замечали и так и норовили на них натолкнуться.
Долго идти не пришлось. У на зиму выключенного фонтана в виде русалок Элеонора Федоровна остановилась. В этом месте часто назначали свидания, а вот что здесь забыла бабушка со стажем, было непонятно.
— О-бал-деть… — протянула Злата.
Маша же стояла молча, но с подругой была полностью согласна. К Элеоноре Федоровне спешил представительного вида старичок с длинными пушистыми усами. В руках у него были билеты в театр.
— Не, Машка, бабушка твоя — точно не пришлый!
— Почему? — от удивления губы светоча еле двигались.
— Влюбилась твоя бабушка — вот почему. Теперь ясно, почему ее поведение так изменилось. Сговорились они все, что ли?
— Ты о чем? — Мария неотрывно смотрела на пожилую пару и никак не могла понять собственные чувства. С одной стороны, она была рада за бабушку, если та действительно смогла полюбить кого-то после смерти обожаемого мужа. А с другой, она не могла представить ее рядом с кем-то другим кроме дедушки. К тому же, светоч пока не исключала того, что бабушкой мог завладеть пришлый — слишком уж разительны были перемены.
— Да Милочка наша тоже по амурной стезе пошла.
— Людмила Семеновна? — Маша наконец отлипла от влюбленных и повернулась к подруге. — А она здесь причем?
— Так я ее тоже подозревала, — пожала плечам Злата. — Только все без толку. У меня теперь и подозреваемых не осталась.
— Подожди. А почему бабушка или Людмила Семеновна не могут быть пришлыми? Ну и что, что у них… гм… появились отношения.
— Не, не пришлые они. Любовь этих гадов отпугивает.
— А если…
— Нет! — оборвала ее Злата. — Я уверена. Доверься моему чутью.
Мария кивнула. Выбора у нее все равно не было.
Пока принцесса и светоч играли в детективов, Василий проводил осмотр пациентов. Для этого ему вовсе не нужно было находиться рядом, как это было заведено у человеческих врачей. Достаточно было всего нескольких волосков с головы пациента. С этим ему подсобила Злата.
Деловито разложив инструменты на кухонном столе, дворецкий приступил к работе. Времени это заняло не больше двадцати минут, и вскорости он уже звонил принцессе:
— Ну что? — спросила она.
— Они здоровы. Совершенно здоровы, Злата. Я бы даже сказал, что до встречи с пришлым, дела у них были намного хуже.
— Быть того не может!
— Знаю. Сам удивился.
— Ладно, обсудим это дома. Я скоро буду. Вась?