Страница 23 из 52
— И даже друзья не заходили?
— Мя-а-ау мя мур мяу. Мяу мяу-ня! Мя мяу няу мур мя! — «Ваше Высочество, вообще никого! Рыжеусый орден это подтверждает!»
— Ясно. Спасибо, Бонифаций. Продолжай нести дозор.
— Мяу!
Кот почтительно склонил голову, а Злата потрепала его по голове.
Когда молодая пара отошла от больницы, к полосатому дозорному подбежал маленький котенок и что-то быстро стал рассказывать, от волнения подпрыгивая на месте. Бонифаций все внимательно выслушал, затем кивнул и скрылся в неизвестном направлении.
А Злата шла, смотря себе под ноги. Ей все не давала покоя мысль, что она упустила что-то очень важное. Только вот что?
Опасаясь что принцесса в таком состоянии может споткнуться или обо что-нибудь удариться, Василий предложил ей руку, и девушка с благодарностью ее приняла. Дворецкий успокаивал себя тем, что это была вынужденная необходимость. И даже почти договорился с совестью. Почти.
— Вась, я не хочу пока домой. Давай немного погуляем, ладно? Мне подумать нужно.
— Хорошо. Куда ты хочешь пойти?
— Мне все равно. Сам решай.
Дворецкий кивнул и на следующем перекрестке повернул на лево. Он уже давно заприметил небольшой уютный скверик. Дворники туда редко забредали, поэтому дорожки были устланы ковром из разноцветных листьев. Да и случайных прохожих Василий там тоже еще ни разу не встречал. Иногда, когда Злата была в школе, парень позволял себе прогуляться по этому мягкому покрывалу из листьев. Под новыми яркими в некоторых местах еще можно было разглядеть прошлогодние, а может быть и еще более старые. Василию уже давно хотелось привести сюда свою принцессу, но все никак не находил предлога. Не мог же он ее пригласить на свидание.
Пока они шли, уже стемнело, и вдоль дорог зажглись фонари. Кое-где лампочки не горели или и вовсе отсутствовали. Есть у некоторых представителей человеческого рода интересная особенность выкручивать казенные лампочки в подъездах, когда свои перегорают. Или разбивать фонарные от нечего делать. И логика у таких людей до безобразия проста: а зачем что-то покупать, если «за все и так уплочено налогами» или а почему бы мне не попрактиковаться в бросании камней»? Это из той же оперы, что и «а за мной хоть трава не расти». Коты, впервые попавшие в мир людей из Срединного королевства, искренне недоумевали: как можно быть такими двуличными? Ведь считается, что все друг другу помогают, что свобода одного заканчивается там, где начинается свобода другого и так далее и тому подобное на тему человеколюбия. Тогда почему они на данном конкретном примере показывают, что им наплевать, случиться ли что-нибудь с другими в темном переулке или подъезде как раз там, где была выкручена лампочка? И даже попав в мир людей во второй, третий или десятый раз, коты так и не могли этого понять.
— Ой! — тихонько вскрикнула принцесса, когда они подошли к скверу. Задумавшись, она зацепилась носком сапога за хорошо спрятанную в листве корягу и едва не упала, однако сильные мужские руки ее поддержали. — Спасибо, Вась.
— Ты не ушиблась? — слегка охрипшим голосом спросил парень. Обычно его хозяйка не была такой неловкой. Видимо ее действительно что-то сильно гложет. Он, конечно, догадывался что именно, но в последнее время Злата редко делилась с ним своими размышлениями. При других обстоятельствах Василий дождался бы, когда девушка сама ему все расскажет, но ее поведение в последнее время его сильно беспокоило. — Ничего не болит?
— Вась, ну ты прям как курица-наседка! Что со мной могло произойти? — Злата склонила голову набок, улыбнулась и внимательно посмотрела в лицо другу. — Вась, что тебя гложет? Я же вижу, что с тобой творится что-то неладное.
От удивления у дворецкого приоткрылся рот, но парень тут же его закрыл. Это же надо! Оказывается, все то время, что он переживал за свою хозяйку, она сама волновалась.
— Принцесса… — Василий прокашлялся, чтобы скрыть свое смущение. — Я просто беспокоился о тебе. В последнее время ты почти не улыбаешься. Я понимаю, что ты себе места не находишь, потому что не знаешь, что со светочем. Да и расширяющийся разрыв между мирами тебе радости не приносит. Но мне почему-то кажется, что это не все.
Василий перепугался, потому что стоящая возле него девушка внезапно начала издавать странные звуки: сначала фыркала, потом похрюкивала и только после этого громко расхохоталась. Парень растерянно на нее смотрел, не зная, что делать. Может быть, у нее началась истерика? Тогда нужно…
— Со мной все в порядке, — сквозь смех сказал Злата, прервав мысли своего друга. — Просто нужно было сбросить напряжение.
— Ясно. Я понял.
Вскоре Злата действительно успокоилась и смогла говорить своим обычным голосом:
— Прости, Вась, что заставила тебя беспокоиться. Я вся ушла в свои мысли и совершенно забыла, что ты за меня переживаешь, — она слегка усмехнулась и погрозила парню пальцем. — Хотя иногда ты чересчур меня опекаешь.
— Ничего не могу с собой поделать, — Василий улыбнулся в ответ. У него словно камень с души упал: его принцесса снова была похожа на саму себя. — Прости за наглость, но, может, ты мне уже все расскажешь?
— Уболтал, котяка языкастый! — рассмеялась девушка и взяла парня за руку, потянув его за собой в беспросветную тьму всеми забытого городского сквера. — Пошли уже, чего стоять на месте!
— Узнаю свою принцессу, — пробормотал Василий и послушно пошел за хозяйкой.
Не горящие фонари отнюдь не смущали молодую пару, решившую прогуляться в этом безлюдном месте. Если бы на их месте были обычные люди, то они наверняка бы уже раз десять упали или подвернули ногу, ведь с виду безобидный маленький сквер таил в себе немало опасностей. Однако котам они были нипочем, ведь кошачье зрение не оставляло шансов ночной мгле сбить их с пути.
Они шли медленно, держась за руки. Василий больше не сопротивлялся, позволив себе насладиться этими минутами уединения, представив на миг, что девушка, идущая рядом с ним совсем не принцесса, а он сам не ее дворецкий, не ее слуга, а по меньшей мере друг. Хотя бы друг…
— При… Злата, насчет светоча. Хочешь я завтра проникну к ней в квартиру? Ты же знаешь, что мне это совершенно не сложно.
— Знаю. Спасибо, но не нужно. Я боюсь ее спугнуть. Я все никак не могу понять, почему она не выходит со мной на связь. Могла бы хотя бы позвонить. Я сама ей несколько раз звонила, но она не берет трубку. А домашнего у них нет. Надеюсь, что она скоро объявится. Я чувствую, что с ней все в порядке, но все равно душа не на месте.
— Если ты так чувствуешь, то это действительно так. Я никогда не сомневался в твоей интуиции.
— Спасибо. Надеюсь, что ты прав. Кстати, разрыв уже в два раза увеличился. И с каждым днем он растет все быстрее. Вась, я боюсь, что мы можем не успеть.
— Успеем, — уверенно произнес дворецкий. Он остановился, взял девушку за подбородок (узнал бы Его Величество — казнил бы не раздумывая) и посмотрел ей в глаза. — Я всегда рядом.
— Я знаю… — прошептала Злата, как завороженная глядя на губы Василия.
Она приподнялась на цыпочки, а парень медленно склонил голову и остановился в каком-то сантиметре от лица принцессы. Сглотнув, он усилием воли заставил себя отстраниться.
— В общем, спасибо за поддержку, — пролепетала Злата, пытаясь скрыть разочарование.
— Не за что, — так же тихо ответил Василий, надеясь, что его сердце скоро перестанет биться с такой бешеной скоростью. — Кхм… Марк Антоний тебя больше не достает?
Дворецкий и сам не понял, как осмелился это спросить. Он очень надеялся, что принцесса примет этот вопрос за обычное беспокойство, а никак не за ревность. Однако он зря волновался. Девушка фыркнула и пожала плечами, а затем, с трудом сдерживая раздражение, ответила:
— Все как обычно. Он почему-то решил, что я его собственность. Тоже мне вождь наглорожих нашелся! Он еще не знает, какая его семейная жизнь ожидает! Я не мама и не собираюсь быть покладистой кошечкой!
Василий улыбнулся. А ведь принцесса действительно еще не раз заставит пожалеть Марка Антония, что он решился на ней жениться. Но парень тут же помрачнел. Но ведь герцогский сынок будет иметь полное право держать ее в своих объятиях. Да и златошерстые наследники для Срединного королевства слишком важны. И Василий прекрасно знал, что его хозяйка никогда не поставит свое личное счастье впереди благополучия своей родины. Слишком многое зависело от этой молодой девушки.