Страница 26 из 52
Сквозь пелену Алиса слышала, как говорили люди, хлопали двери заведения, в которое она пришла в поисках помощи, почувствовала, как ее аккуратно перекладывают на носилки. Рукам, вдруг, стало так свободно, но они неимоверно заболели — кровь хлынула к изголодавшимся по ней пальцам.
Она пришла в себя в больничной палате. Рядом сидел папа. У него был траурный вид, он будто постарел на десяток лет. Он винил себя в случившемся и не мог простить, клялся, что больше подобного не допустит, долго обнимал дочь, которая плакала, уткнувшись в его сильную грудь.
Алису отпустили из больницы в тот же день, так как серьезных травм у нее не было. Рассечение на лице, раны на руках, содранный локоть и еще по мелочи. Отделалась синяками, ссадинами и глубокой психологической травмой.
Весь следующий день Алиса с отцом провела в полиции, она рассказала обо всем, что с ней произошло, описала всех преступников, даже набросала портрет одного. Только его она запомнила так отчетливо, чтобы нарисовать его лицо. Но полиция так никого и не нашла. Обнаружили только брошенный автомобиль, но тот числился в угоне. Мужчин словно след простыл, словно их не было. Словно это все был лишь страшный сон.
Почти месяц девушка не выходила из своей комнаты. Сашка была все время рядом, она очень помогла Алисе, когда ей было плохо и страшно. Она спала урывками, постоянно просыпалась с липким ощущением страха, ей казалось, что она заперта в багажнике или в подвале, кричала во сне. Почти полностью оправиться от произошедшего удалось лишь через полгода и то после курса психотерапии, на котором настоял отец — ему было больно смотреть на дочь, от которой осталась лишь бледная тень.
Психотерапевт помогал Алисе справляться со страхами, она научилась некоторым приемам борьбы с приступами паники в замкнутых пространствах, которые появились у нее после происшествия. Девушка и не думала, что у нее такая слабая психика. Или любая на ее месте рехнулась бы после такого?