Страница 19 из 52
Он поднял на нее взгляд. Девушка смотрела на него своими большими голубыми глазами, слезы блестели в них, пышные темные ресницы дрожали, нижняя губа слегка дернулась. Она моргнула. Слеза покатилась по щеке. Такая большая. На таком маленьком бледном лице.
— Ты... нет... — она замотала головой, закрыв уши руками, — убирайся, — прошептала она.
— Я знаю, это трудно, но...
— Убирайся... пожалуйста... умоляю тебя, уйди, — шептала она. Алиса подняла на него глаза, полные мольбы.
Егор несколько секунд смотрел в ее лицо, затем вышел из комнаты. Он сел на пол около дверного проема в коридоре и навалился спиной на стену.
Алиса схватила телефон и снова набрала папиного друга.
— Алиса? Привет. Ты... уже в курсе... — он констатировал факт.
— Это... правда? — девушка всхлипнув спросила, хотя все уже было ясно.
— Алис, ты... держись, ладно? Егор с тобой? Не отходи от него, пока мы не решим проблему, — говорил Александр Борисович спокойно. Алиса знала его с детства — папин друг, с которым они вместе учились в институте.
— Не хочу... пожалуйста... я не хочу, — она заплакала, — пусть он уедет отсюда. Здесь Миша и Дима, все будет нормально. Я буду в порядке, честно.
— Нет-нет, эти ребята мне нужны, я уже вызвал их к себе. Егор мне, конечно, тоже нужен, но я не могу тебя оставить одну. Он за тебя головой отвечает, поняла? Так что просто слушайся его и никуда не высовывайся. Алис, держись там, все будет нормально, я должен бежать.
Он отключился, а Алиса так и осталась стоять, не шевельнувшись. Затем медленно опустила телефон и закрыла глаза. В голове шумело. Сквозь этот шум она слышала, как в коридоре Егор раздает указания по телефону, нервничает. Он выглядел и вправду озабоченным, когда вбежал к ней в комнату. Что мешает ему сейчас закончить начатое тогда? Отца нет. Да никого нет.
Алиса вышла в коридор и уставилась на широкую спину мужчины. Он стоял в нескольких метрах от нее и продолжал говорить по телефону. Видимо, почувствовав, что не один, он резко обернулся и замер, глядя девушке в заплаканные глаза.
— Жду отчет каждые пол часа, все.
Он закончил разговор и убрал телефон в карман брюк. Они так и стояли в разных концах коридора. Алиса ждала: знала, что монстр непременно появится, и хотела, чтобы все закончилось побыстрее. Она так устала.
Что на этот раз? Расплывешься в гадкой улыбке? Подойдешь и схватишь за горло? Давай же, удиви меня. Егор провел рукой по гладко выбритому подбородку, затем засунул руки в карманы.
— Мне жаль. Правда. И... я знаю что ты... вы. Что вы не хотите меня здесь видеть, но у меня приказ. Так что...
— Валяй, — она прервала его и слегка приподняла подбородок, показывая, что не боится.
— Что? — он будто не понял.
— Ну, что ты там собирался? Ты же зачем-то вернулся. Вот я, здесь. Отца нет, — ее голос дрогнул на этой фразе, — парней тоже здесь нет... — она хотела говорить твердо, но голос сорвался и она продолжала, теперь уже давясь слезами и заикаясь, — так что давай! Можешь спокойно убить меня... закопать во дворе... меня еще долго никто не хватится...
Егор свел брови и сделал к ней несколько шагов. Алиса дернулась, зажмурилась и коротко выдохнула, когда мужчина привлек ее к себе, прижал, положив одну руку на спину, а другую на ее затылок.
— Да че ты несешь, глупая? Ну, хватит уже. Хватит.
Он сказал это хрипло, тихо, в самое ухо, и погладил трясущуюся девушку по голове, мягко прижав к себе еще сильнее. Она вцепилась рукой в его рубашку и разрыдалась. Страшно. Непонятно. Неправильно. Что это? Если хочет убить, почему обнимает?
От него приятно пахло дорогим одеколоном, совсем немного. Алиса чувствовала это, уткнувшись носом в его широкую грудь. Всего секунда — ей нужна всего секунда этого приятного спокойствия, потом она вернется в реальность. Дайте. Всего. Секунду.
Неизвестно сколько они так простояли, когда девушка все же отстранилась от Егора и, не взглянув на него, торопливо ушла обратно в комнату, закрыв за собой дверь. Он остался стоять, задумчиво запустил руку в свои густые волосы, глядя ей вслед. Спустя несколько секунд дверь снова распахнулась, но девушку он не увидел. Она просто не может находиться в комнате с закрытой дверью. Клаустрофобия. Однозначно.
Остаток ночи он провел в библиотеке на втором этаже. Перед ним был ноутбук с изображениями с камер видеонаблюдения. Сколько он не спал? Сутки, может, чуть больше. Но сейчас не время. Надо что-то придумать. Нужно уехать, здесь слишком опасно. Только как справляться с девчонкой, если она не прекращает нести свой бред? Нельзя ее упустить.
Алиса уснула уже утром. Поспала несколько часов беспокойным сном и, проснувшись, почувствовала себя уставшей и опустошенной. Девушка оглядела себя в большое зеркало: измятая безразмерная футболка бледно-розового цвета, широкие домашние шорты до колен. Выглядит, как привокзальная бомжиха, да и плевать. Она умылась и стала расчесывать свои густые темные волосы. На душе было тяжело, сердце словно сдавили тисками. Отца больше нет. Она одна. Мысли об этом не укладывались в голове. Снова вернулась та, уже знакомая ей боль утраты. Только тогда ее мама умирала от тяжелой болезни, и все знали, что ее дни сочтены. Когда мамы все же не стало, Алиса словно почувствовала облегчение: закончились боль и страдания. Да и отец был рядом, а сейчас... все так внезапно. Страшно и одиноко.
Позвонить Сашке? Нет. Алиса не хотела сейчас ни с кем говорить, плакаться, выслушивать соболезнования и глупые слова. Интересно, на папиной Родине уже знают? Наверное, им сообщили. И, как по команде, телефон Алисы зазвонил. На экране появилось фото, где она обнимает свою родную тетю Анну из Норвегии. Алиса ответила на звонок, отложив расческу. Она выслушала соболезнования, ее плачь и причитания. Та пообещала, что постарается приехать на похороны. Они еще недолго поговорили и попрощались, договорившись держать связь.