Страница 33 из 75
Я просто не собираюсь падать в его объятия и позволять своим губам касаться его губ. Следовательно, тут было не о чем беспокоиться.
К тому же, этот поцелуй был случайностью.
Странной, безумной и невыносимо сексуальной... случайностью.
Сегодня мы сможем поработать вместе без какого-либо сексуального напряжения, которое на нас недавно напало, и вернёмся к своей привычной взаимной ненависти. Завтра я проведу вечер, работая с Верой в "Сарите" и сделаю ещё один шаг вперёд к своей мечте.
Моей мечте, которая избавит меня от "Лилу" и подарит мне свою собственную, пятизвёздочную кухню.
Ни один мужчина не стоил того, чтобы забыть об этой мечте.
Даже долбаный Уайетт Шоу.
На экране моего телефона загорелось очередное сообщение.
"Явись уже, женщина. Я хочу тебя видеть".
Отряд бабочек промаршировал в моём животе, и этого было достаточно, чтобы считать меня врушкой, но я мысленно постаралась стоять на своём. Цели. Не забывай про свои мечты, Кайа. И возможность всей твоей жизни, которая не включала в себя твоего босса. Мне просто надо было сконцентрироваться и перестать думать о том поцелуе, и тех тёмно-карих глазах и всех этих тайных улыбках, к которым я так быстро пристрастилась.
ГЛАВА 11
Четыре часа спустя мне пришлось проговаривать себе свои мечты как заклинания, чтобы они исполнились. Я решила, что если я достаточно сильно поверю в них, это принесёт какие-то плоды. Но это было довольно сложно сделать, когда у кое-кого были совсем другие идеи в его большой глупой голове.
Проблемы начались, когда Диллон и я вошли в "Лилу" и собирались начать подготовку к вечерней смене. Уайетт почти сразу нас заметил. Он тут же вышел из своего офиса и медленно помахал рукой. В другой его руке был холодный кофе со сливками, от которого я не смогла отказаться. Несмотря на то, что Диллон приподняла брови и хитро улыбнулась.
Я постаралась отреагировать нейтрально и просто сказала ему "спасибо". И вот тут он достал своё оружие. Он прикрыл глаза так, что его взгляд стал тем сексуальным взглядом, который пускал мурашки по всему моему телу, уголки его губ приподнялись в улыбке, и он проговорил:
— Привет.
Простое "привет" не должно было рождать во мне все эти безумные эмоции и заставлять меня паниковать, но именно это и случилось. А всё почему? Потому что это был Уайетт и до недавнего времени он предпочитал рычать и огрызаться, а не использовать слова.
Потом все стало ещё хуже. Час назад он подошёл и помог мне нарезать лук и травы. А десять минут назад принёс мне бутылку холодной воды и поставил её рядом со мной, не говоря ни слова и, не спросив меня, нужна ли мне вообще эта долбаная вода. Похоже, его очень заботило, хорошо ли я пью.
Я не хотела этой воды. Мне всегда было жарко на кухне и потом всегда хотелось пить. Может быть, сегодня мне хотелось пить даже сильнее. Ну, хорошо. Я могла признать это. Любой захотел бы пить, если бы Уайетт разгуливал рядом, вёл себя мило и не кричал...
Также на кухне сегодня было очень жарко. Я же уже говорила? Всё дело в том, что он должен был сначала спросить, хочу ли я воды.
Я медленно вдохнула и решила, что если я подолблюсь головой о стену, я не решу ни одну из своих проблем.
— Вот ты где, — Уайетт обошёл угол стола, на его лице появилась одна из его тайных улыбок, когда наши глаза встретились. — Я могу обсудить с тобой пару вещей?
У меня перехватило дыхание, но мне удалось выдохнуть:
— По поводу кухни?
Один уголок его рта приподнялся.
— Да. По поводу кухни, — он кивнул в сторону офиса. — Пойдём.
— Прямо там? Ты уверен? — я сказала это мягко, чтобы не обратить на себя внимание всех людей на кухне.
Но он уже прошёл вперёд меня и не обратил внимания на мои жалкие возражения.
"Сильная, независимая женщина, — прошептала я сама себе. — Крепкая, как гвозди. Помни об этом".
Я нехотя последовала за Уайеттом в его офис и тут же к своему стыду почувствовала, как покраснела с ног до головы. Особенно мне стоило игнорировать тот угол, где стоял его стол, если я не хотела случайным образом воспламениться от своих нервов.
Сев на стул напротив него, я оказалась зажатой между книжной полкой, где аккуратно были расставлены призы, награды, записные книжки и коммерческие руководства, и шкафом с документами. Дверь я намеренно оставила открытой. Я надеялась, что Уайетт воспримет это как знак, что я исправилась. И также, что я не доверяю ему.
Даже несмотря на то, что я не исправилась и доверяла ему.
Он всё понял по моему лицу и когда сел на стул, я заметила, как его улыбка начала с каждой секундой становиться всё хитрее и хитрее.
— Ты выглядишь уставшей сегодня, Кайа. Ты хорошо спала прошлой ночью?
— Если тебе интересно, то плохо, — сказала я резким тоном. — Я вообще почти не спала.
Он наклонился вперёд, положив локти на стол.
— Мне жаль это слышать.
В его голосе послышалось что-то скрытое, какой-то намёк, который он хотел, чтобы я уловила, а мне было довольно любопытно поймать эту наживку. Его тело казалось расслабленным, и я не могла не обратить внимания на то, что мешки у него под глазами были уже не так заметны. А глаза уже не были красными.
— А ты, кажется, неплохо отдохнул.
Он улыбнулся ещё сильнее, что заставило моё сердце остановиться и ослабило мою решимость держаться от него подальше.
— Вчера я спал лучше, чем за все эти месяцы. Как младенец. Я проснулся сегодня утром, и я должен сказать тебе, что я чувствую себя отлично.
Я на долю секунды закусила губу, но тут же смогла спрятать свою реакцию.
— Как мило.
Он издал горловой звук, который напоминал смех. Только я знала, что это не мог быть смех, потому что Уайетт не смеялся.
— Думаю, я должен поблагодарить тебя за это.
Нет.
Нет.
Нет.
Мы не будем этого делать. Не сейчас. Не здесь. Никогда.
Дело в том, что у меня классно получалось все отрицать. Если честно, я была в этом деле лучше всех. Но если он решил поговорить со мной о том, о чём я думала, тем более перед самой сменой, то ещё немного и я должна была превратиться в жалкую лужицу. В итоге, вся смена превратилась бы в катастрофу, и тогда Эзра примчался бы из своего отпуска, чтобы уволить меня. И я никогда не получила бы "Сариту" и мне пришлось бы переехать назад к родителям. И, о Боже, мне пришлось бы выйти за Нолана.
Чёрта с два.
Вместо того чтобы позволить Уайетту понаблюдать, как я схожу с ума, я проглотила всю эту кипу страхов, нацепила спокойное выражение лица и спросила:
— Ты, кажется, сказал, что хотел бы обсудить план на сегодня?
— Сегодня придут важные гости, о которых я бы хотел, чтобы ты знала.
Я достала из фартука блокнот и приготовилась делать записи. Мы опять были на знакомой нам территории, и это было хорошо. Всё что мне было нужно, это чтобы он потом покричал на меня и почти довёл до слёз — и тогда мы на сто процентов стали бы снова нормальными.
Уайетт быстро рассказал мне о ВИП-гостях, которые должны были прийти сегодня вечером — в основном это были люди с деньгами или местные политики или и то, и другое. К сожалению, нам бы пришлось следить за этим всю смену, а в особенности за каждым невнимательным официантом, который неизбежно влиял на закулисную работу. Это был не самый увлекательный опыт, потому что было крайне неприятно работать на кухне с людьми, которых мало волновала техника безопасности, санинспекторы, но мы с этим мирились. Мы также обсудили персонал и некоторые вопросы, о которых он хотел поговорить. Мы завершили разговор обсуждением нового блюда, которое он хотел добавить в летнее меню.
— Рыба и чипсы вряд ли тянут на прогрессивное блюдо, — сказала я ему, нахмурившись, услышав о его новой идее.
— Да, но мы сделаем их по-своему. Это будет офигенное блюдо.