Страница 42 из 68
Отец на предложение дочери заявил, что честь советского офицера неподкупна, на что Ося ему сказал: «У, крыса!» – но бить не стал, не хотелось возвращаться в тюрьму… А через неделю отец позвал Олю на разговор: «Приходи. Есть о чем поговорить». Возможно, его допекли «Информационные бюллетени», что в машинописном варианте выпускала Оля тиражом в двести экземпляров. В бюллетенях подробно описывалась жизнь полковника во всех подробностях, известных только близким, – благо у человека всегда есть что скрывать, даже у полковника. Кроме «дела Латинских», бюллетени широко освещали многие правовые вопросы, связанные с эмиграцией, конфликты в семьях «отказников» и т. п. А возможно, полковника вызвали в соответствующую организацию и сказали: «Хватит валять дурака. Кончилось твое время. Скоро дочери не понадобится твое разрешение. Спеши хватануть свой кусок, полковник…»
Словом, отец пригласил к себе дочь. Сам, впервые за десять лет. Ему хотелось выторговать одно условие – чтобы Оля в своем очередном бюллетене написала, что… понимает его отцовские чувства, чувства настоящего патриота своей Родины.
– Черт с ним, – решил Ося. – Пиши, что он хочет. Иначе помрет от страха… Ну а старуха что?
– Старуха, – сказала Оля, – требует деньгами. Из расчета двадцать рублей в месяц на двадцать лет вперед. Четыре тысячи восемьсот рублей!
– Нехило! – ответил Ося. – Ладно. Соберем как-нибудь. Квартиру продадим… Пусть живет старушка!
Так закончилась эпопея семьи Латинских.
Виктор Федорович – человек из Ташкента
Когда я проснулся, поезд стоял. Солнце жирно текло в щели оконной шторки. Раздвинув полоски жалюзи, я прочитал на фронтоне неказистого здания вокзала: «Ламар, штат Колорадо»… Доброе утро, Колорадо! Помнится, на факультетских вечерах в моем бакинском институте мы пели под гитару песню со словами: «Девушка из штата Колорадо – та-та-ти-та. Девушка из Колорадо-Спрингс»… Где же тот знаменитый Колорадо-Спрингс, столица зимних всемирных Олимпийских игр? Вероятно, там, где даль морщат ломаные контуры Скалистых гор. А здесь, на Великих равнинах, где притулился убогий городишко Ламар, унылая для глаз скучища. Тот же безликий пейзаж, который я проспал, пересекая Канзас…
Наскоро приведя себя в порядок, я отправился завтракать. Официантка с обольстительными бедрами, обтянутыми эластиком брюк, встретила меня улыбкой. Не старайтесь, пани, на этот раз я не дам вам провести себя за нос – выужу из меню только то, что оплачивает фирма… Кофе, омлет с сыром, булочку с джемом. Заказал и отвернулся к окну. Вероятно, мой вчерашний дружок, мессенджер Боб, еще дрыхнет. Да и вообще в ресторане пока было пустовато.
Завершив трапезу, я расписался на счете, тем самым подтвердив законность своего завтрака, и, поднявшись, направился к заветной двери, что вела на смотровую площадку…
Вау! Так это я оказался самым соней – салон был заполнен пассажирами, усердно глазеющими на штат Колорадо сквозь стеклянные стены смотровой площадки. И впрямь американцы не упустят то, за что уплачено… Виновато улыбаясь, я разыскал свободное кресло и торопливо нырнул в его податливые кожаные объятия.
За прозрачной стеной, словно меха гармони, растягивались хмурые февральские поля, точно как где-нибудь в средней полосе России. Вот тянется низкое белое строение, огражденное кольями с перекладинами, наподобие кошары. Блеснула спина реки. Появилось небольшое озерцо с какой-то игрушечной с виду плотиной… Степь, степь. И вновь участок, огороженный проволокой, со сторожевыми вышками по углам, в центре участка – глухое строение, возможно тюрьма. А может, что-нибудь по военной части?
Надо заметить, что за время пребывания в Америке я ни разу не видел человека в военной форме – ни разу и нигде, кроме как в охране Белого дома и на Арлингтонском кладбище. Не видел и военной техники. Только списанный гигант-авианосец, что стоит для обозрения на Ист-ривер, в Нью-Йоркском порту. Хотя в Колорадо, возможно, военные мне наконец повстречаются. Здесь, согласно справочнику, размещается Главная академия ВВС США, Агентство по аэрокосмической обороне, Центр секретной документации, Служба национальной безопасности и множество других ведомств, сотрудников которых отмечает военная форма…
Минут двадцать поезд гнал себя вдоль «специализированных» свалок. Вначале – долгое кладбище автомобилей. Пауза. Кладбище холодильников. Пауза. Кладбище кухонных раковин и ванн. Пауза. Кладбище телевизоров… Уф! Наконец выбрались к открытому пейзажу. Степь сменилась холмами, похожими на застывшие волны океана. Где-то там, вдали, холмы переходили в гряду Скалистых гор – красоту и гордость штата Колорадо. Там, говорят, и впрямь удивительные ландшафты – каньоны, горные реки, водопады, леса и снега, снега, снега горного плато с царственной вершиной Элберт, взметнувшейся более чем на четыре тысячи метров. У самого предгорья раскинулась столица штата – Денвер, ультрасовременный город, с небоскребами, вокзалами, аэропортом, с населением в полмиллиона человек, среди которых затерялся и Лев Яковлевич Резников, некогда известный в Ленинграде врач-уролог, вернувший многим мужчинам «второе дыхание». Он уехал, не выдержав козней, которые беспрестанно чинили ему на работе. Поначалу Лев Яковлевич мыкался в этом Денвере, похоронил здесь любимую жену. Потом обжился, привык, устроился на работу к собственному сыну – тоже урологу – консультантом. Самостоятельно практиковать ему было запрещено – возраст…
За обзорным стеклом открывалась широкая панорама, точно я сидел не в салоне вагона, а на гребне одного из холмов. Движение поезда утратило резвость – состав преодолевал подъем. Профиль дороги изменился, стал извилистым. Наш тепловоз черным жучком появлялся то справа по ходу, то слева, волоча за собой серебристое туловище состава: семь грузовых вагонов, за ними – пять пассажирских, и замыкали состав еще семь грузовых… Над прозрачным потолком, в небесной сини, кругами парили две крупные птицы. Ястребы? Соколы? Или орлы? Возможно, с высоты они принимают поезд за гигантскую серебристую змею…
Так незаметно подкралась станция Ла-Джуна. Одноэтажное кирпичное строение в мавританском стиле, со стрельчатой удлиненной аркадой. Самого городка что-то не видно, только вокзал с почтой, баром и автомобилями на привокзальной площади, большинство из которых своей формой напоминали огромные корыта, – старые американские «вездеходы», мощностью в двести-триста лошадиных сил. А людей не видно – только пассажиры, вышедшие поразмяться. Пока я решал для себя, последовать ли их примеру, раздался звон колокола, и зычный голос дежурного возвестил отправление… За вокзалом, на вспомогательном пути, я наконец увидел другой состав. Те же пассажирские вагоны под конвоем грузовых. Видимо, состав дожидался нас, чтобы отправиться по однопутке в обратную сторону. И это в Америке, в сверхдержаве… Или так специально задумано для экзотики – эдакий туристский маршрут времен «золотой лихорадки», времен освоения Дикого Запада…
Проводить время на обзорной площадке можно по-разному. Одно дело – просто разглядывать через стекло пейзажи Колорадо, другое дело – набрать на поднос чипсов, кисленьких конфет, булочек с кремом или мороженого, поставить все это на откидной столик и, время от времени протягивая руку к подносу, окидывать благосклонным взором окрестности.
В проеме двери я заметил седенького мужичка, среднего роста, в черной кожанке и с клетчатым шарфом на шее. Широкие обшлага бесцветных брюк не дотягивались до щиколоток, предъявляя миру яркие носки, выступающие из сникерсов на баскетбольной подошве. Конечно, ничем особенным незнакомец не отличался – американцы одеваются как хотят, но я сразу дотумкал – свой человек, из России…
Мужчина приблизился к буфетной стойке. Деловито уложил на поднос горку булочек с кремом, кока-колу в пластмассовом стаканчике, порыскал глазами и направился к свободному креслу, что стояло подле моего. Уселся, уперся ногами о подставку и тотчас принялся уплетать булочки, разглядывая при этом свои вздыбленные колени…