Приключения Василисы.

— Породистую кобылу назвать Муркой?

— А что? Нельзя? Дядя сказал: лошадь моя, могу дать любую кличку.

Парень вдруг захохотал. На них оглядывались, понимающе хмыкали. Василисе хотелось позвать на помощь, но она не стала этого делать, чтобы не прослыть истеричкой. Молодой человек проявляет галантность, а она готова бежать от него как от упыря.

— Кажется, я понял.

— Да? — Господи, что он уже успел придумать?

— Это твоя первая лошадь? У меня сестренка, когда отец подарил ей пони, назвала его Пушком.

— Вообще-то да, первая, — Лисса присмотрелась к парню. Симпатичный. Впрочем, они все тут ничего. Но у этого постоянно в глазах пляшут веселые чертики. И молоденький. Может ее ровесник или старше на год или два. Она смущенно улыбнулась. — Глупо, да?

— Немного, но пока она не привыкла, лучше придумай другую кличку. — Иван улыбнулся улыбкой старшего брата, а не заинтересованного мужчины. И у нее тут же возникла отличная идея.

Внутренне корчась от смеха, Лисса заговорила голосом обиженного ребенка, у которого старший злой брат только что отобрал конфету.

— А Муркой никак нельзя? — она покосилась на свою лошадь. О ней успел позаботиться Брысь. Мамука разговаривал с княгиней и капитаном охраны, дружинники занимались обустройством лагеря, не забыв выставить дозор по периметру рощи.

Иван окинул ее удивленным взглядом.

— Тебе сколько лет?

— Двадцать.

— Вот те на. Кто тебя одну отпустил в такое путешествие?

— Я не одна, — она все так же прижимала к груди книжку.

Парень только сейчас обратил внимание на название и закатил глаза.

— Сказки читаем? Все понятно. А ну марш к ручью умываться и чтоб из рощи никуда.

Лисса закивала головой, закусив губу, чтобы не расхохотаться. Ее только что записали в младшие сестренки. Ура! Не все Иваны дураки.

— Я могу побыть одна?

— Естественно. Только не задерживайся долго. Надо напоить коней.

Иван ушел к ожидавшим его друзьям. Она же, получив пару минут отдыха, встала на колени у родника, положила книжку на траву и тщательно умылась, не забыв сполоснуть от пыли руки и шею. Потом подумала, застегнула рубашку на все пуговицы и зашнуровала жилетку. Жарко, конечно, но чтобы создать нужный образ, нечего выпячивать грудь на всеобщее обозрение.

Сзади загремели ведра, предупреждая, что кто-то идет. Девушка поспешно вскочила на ноги и пустила к роднику парня, успевшего раздеться по пояс и разуться до босых ног.

— Я не помешал?

— Нет-нет. Я как раз собиралась уходить.

Обогнув молодого человека по дуге, Лисса выскочила из кустов и бросилась к лагерю. Ни минуты покоя. И так теперь будет изо дня в день. Надо привыкать, а то она как дикая кошка ото всех шарахается.

Пошатавшись среди суетящихся людей, девушка чуть не споткнулась о веревки шатра княгини, потом нашла Мурку, мерно жующую траву, сняла с нее сумку с продуктами и пошла к общему кругу, где двое парней, расстелив прямо на траве огромную скатерть, раскладывали еду.

— Добрый день, — приветствовала она их, протягивая сумку. — Можно я вам помогу?

Парни опешили, и она решила, что нарушила пункт устава, не позволяющий им пускать посторонних к своему столу. Но дружинники быстро пришли в себя, заулыбались и указали ей на доску, нож и три булки хлеба.

— Порезать сумеешь?

— А то!

Присев на траву, Лисса положила рядом сумку, которую парни так и не взяли, и стала резать хлеб на столовский манер. Дружинники переглядывались, явно не зная, как себя с ней вести, а потом все же осмелились представиться:

— Василий, — кивнул черноволосый парень с голубыми глазами.

— Ярослав, — у второго были длинные русые волосы, стянутые на лбу кожаным ремешком, серые глаза и не по возрасту атлетическая фигура.

— Василиса, — представилась она.

— А откуда вы едете, Василиса? И куда держите путь?

— Еду к подруге в гости. Мы давно не виделись. Ее семья постоянно переезжает с места на место. И батюшка отпустил повидаться напоследок: они уезжают жить в другую страну.

Лия и Тонас, обсуждая с ней легенду для путешествия, особо настаивали по возможности не врать и говорить правду. Люди в этом мире живут долго. Мало ли. Вдруг пути опять когда-нибудь пересекутся. Тогда ложь аукнется такими неприятностями, что вовек не разгребешь.

Так слово за слово, разговорились. Парни оказались нормальными, без заскоков. И когда остальные потихоньку подтянулись к «столу», девушка уже вовсю смеялась над шутками дружинников. Сама рассказала пару смешных историй из своего детства. Вскоре подошел Иван, сел рядом и по-дружески пихнул ее в плечо, чуть не свалив Лиссу на рядом сидящего парня.

— Ну, ты... — Лисса потерла ушибленное плечо и пихнула Ивана в ответ. Но дружинник даже не шелохнулся, только расплылся в улыбке.