Страница 139 из 222
— Почему не сто? — Лисса оглянулась на бабушку. Цифра ее позабавила. Со сроком жизни магов и драконов это все равно, что на месяц выслать.
Лия улыбнулась и, взяв кончики ее волос, несколько раз прошлась по ним расческой.
— Потому что слишком хорошо нас знает. Десять лет мы еще потерпим, но, Василиса, ты не представляешь, как сложно вести торговые и производственные дела через управляющих. За десять лет нас воровством лишат половины состояния, которое естественным образом перекочует в казну Беренея, правда, мы в накладе тоже не останемся. Главное, что ты сейчас здесь, с нами.
Лисса кивнула, соглашаясь. Ей нравилась бабушка и, судя по тому, с какой теплотой Лия к ней относилась, она ей тоже нравилась. Дедушка впечатлил ее до глубины души, и она была уверена, что со временем они подружатся. Да и то, что Марьяна следила за ней, ее вовсе не удивило. Наоборот, было бы странно, отпусти она ее так просто, не оставив себе ни единого шанса в любой момент найти и надрать уши или выручить из беды. Возмущало другое. Кто посмел копаться в ее вещах, да еще взламывать чужие заклинания? Скорее всего, Аня опять подсуетилась в пользу своего брата. Больше никто к суме не прикасался. И если так, то стоит вернуться в Слободу уже для того, чтобы надрать ей уши. Еще подруга называется. Интересно, Кош в курсе, как за него старается сестрица? Или сам ее об этом и попросил? Что-то на Земле у Ани не наблюдались таланты свахи, а тут дня нельзя было прожить, чтобы не услышать от нее про брата.
— Василиса, не спи, — Лия закончила плести ей замысловатую косу и, завязав на конце ленту, опустила ее на пол. — Не вздумай такое богатство стричь.
— Не буду. Но как я буду жить среди людей, с таким-то цветом?
— Замаскируй, накинь иллюзию.
— Как? Я не умею колдовать, — Лисса оглянулась. — Ничего себе, как ты это сделала?
Лия сменила цвет волос с бирюзового на темно-русый и с улыбкой взирала на нее.
— Просто попросила их поменять цвет. Поскольку я делаю это редко, они согласились.
— О-о-о! — протянула Лисса и засмеялась: значит это у нее наследственное. Не одна она умеет разговаривать с собственной косой. — Я попробую. Только надеюсь, она мне не ответит. После пробуждения в саркофаге в обнимку с мумией, общения с тобой и дедом (про призрака она пока что умолчала, Лия и так смотрела на нее с сочувствием), обращения в дракона и обратно, если мои волосы заговорят со мной, я пойму, что окончательно свихнулась и весь этот мир — плод моего больного воображения.
— Бедненькая.
Лия погладила ее по голове, и усмехнулась, когда Лисса возмущенно увернулась, пробурчав:
— Я не маленькая.
— Давай отложим эксперименты с цветом твоих волос до тех пор, пока ты наешься и отоспишься.
— Хорошо, — сдалась Лисса, и, не выдержав, зевнула так, что чуть не вывихнула челюсть. — Прости, но если я сейчас же не займу себя делом, то усну.
— Чем предлагаешь заняться? — Лия встала вместе с ней.
Лисса заговорщицки улыбнулась.
— Пойду на кладбище копать могилу.