Страница 33 из 83
Дэвид тяжело вздохнул. Принять реальность никак не получалось. Ну ладно Натан – по меркам магов он мальчишка, но Стан! Он молод, но уже не юнец, прошел достаточно, на войне показал себя талантливым полководцем и умел располагать к себе народ, несмотря на сложный характер. Его с удовольствием слушались даже старики – молодой, дерзкий, яркий, со своим мнением и удачей. Он предлагал и все отлично получалось. Дэвид заслуженно гордился им, и тут такое… Привык к легким победам! Расслабился, вот и доигрался!
Но все это лишь эмоции, а требовалось решать. И как же быть? Стать судьей для собственного брата – врагу бы не пожелал, но, если заключен договор такого уровня, назад пути нет.
Его отвлек легкий звон магического поля и вязь-предупреждение. Он развернулся. Советник королевской семьи Талликов – Высший эльф Лантр стоял возле стола, а рядом с ним пространство скручивалось разноцветным вихрем, медленно сходясь в одну точку. Через милилиту уже ничего не говорило о дальнем переходе. Тяжелый взгляд стальных глаз-звезд полоснул не хуже кинжала. Дэвид отлично понимал, чем так недоволен эльф, но изменить ничего не мог.
– Здравствуй, Вестник.
На мгновение вспыхнула надежда, что Лантр возьмет роль судьи, но Дэвид отогнал от себя эти мысли. Это его ответственность и обязанность, значит, как бы не было плохо, придется выполнить то, что обязан.
Вестник лишь кивнул на его приветствие, поправляя манжет рубашки, что выглядывал из рукава модного в этом сезоне жако, и обронил:
– Лишние эмоции, Дэвид, не помогут тебе принять правильное решение.
Дэвид хмыкнул. Словно он об этом не знал. Но как усмирить волнение, если все участники разбирательств не были ему чужими, не считая правда лэру Джесс. А больше всего раздражало то, что эльфы поставили им условие, потребовали его исполнения, а сами умыли руки, словно бы это не их принцесса рушила весь договор. И предъявить им претензии Дэвид не мог – слишком многим он был им обязан.
Дэвид вздохнул и хмуро заметил:
– Я знаю. Но не так уж просто судить брата, которого сам воспитал.
Лантр подошел к зеркалу в золоченой оправе, поправил воротничок-стойку и уголок вышитого платка, выглядывающего из нагрудного кармана жако.
– Значит плохо воспитал, Дэвид, – он развернулся к нему, подошел к рабочему столу и присел на его край. – Натан идет по самой границе. Еще шаг, и он перейдет черту и тогда ему не поможет никто.
– По границе?! – Дэвид удивленно изогнул бровь. – А, по-моему, он ее перешел. Натан знал, что девушка едет к Стану, видел, что брату она не безразлична, от него не скрывали, что свадьба включена в договор с эльфами, но он позволил себе все, что хотел. – Раздражение снова дало о себе знать в сжатых кулаках, но Дэвид с усилием разжал пальцы. – Он проигнорировал все! Честь семьи! Свое положение и обязанности! А главное – Натан пошел против Стана! Как он вообще посмел поцеловать Джесс?!
– Это ты у меня спрашиваешь?! – криво улыбнулся Лантр.
– Нет! У меня просто в голове не укладывается все то, что я тебе озвучил! – Дэвид бросил в его сторону недовольный взгляд. – И не надо иронизировать, пожалуйста. Это не тот момент.
Временами Лантр очень сильно напоминал Дэвиду Стана или наоборот – Стан напоминал Лантра. Все-таки Вестник был их предком. Что Стан, что Лантр одевались по последнему писку моды, и одинаково любили иронию, к месту или нет. Прямо как сейчас, когда ситуация мало того, что была крайне сложной, так могла сказаться на всем: от внутренних отношений в семье до статуса Талликов на мировой арене. Тут не вовремя чихнешь, и это уже сказывается на уровне коруны в сравнении с другими денежными единицами мира. А тут такой позор! Дэвид больше всех в Альянсе радел за честность и открытость отношений, и пожалуйста! Опровержение всех его доводов через поступки родных. Позор!
– Да уж. Ситуация сложная, но не настолько, как рисуешь ее ты, Дэвид.
– Да?! – Он с наигранным удивлением посмотрел на Вестника. – Не настолько?! А насколько же? Что может быть хуже, когда собственный брат забыл, что значит честь семьи?
– Ее предательство, Дэвид, – взгляд Вестника потемнел. – Ее предательство. – Он выпрямился, оглядываясь в поисках чего-то. – Натан, конечно, поступил крайне некрасиво, но он влюбился и он молод.
Дэвид, недоумевая, смотрел на Лантра – такой трактовки от него он не ожидал.
Лантр повернулся к столу, потом оглянулся на шкафы, и Дэвид уточнил:
– Что ты ищешь?
– Уже нашел, – Вестник подошел к шкафу с книгами, пробежался пальцами по их корешкам и вытащил фолиант «Кодекса чести семьи». Он распахнул его, пробежал взглядом по страницам, кивнул на какие-то свои мысли и произнес: – Его влюбленность, Дэвид, смягчает ситуацию, но, правда, не обеляет его. Мало ты ему объяснял, что допустимо, а что нет.
Дэвид недовольно пробурчал:
– Спасибо, что напомнил мне об этом, Лантр, – и не удержался от иронии. – Это очень помогает успокоиться.
Он хотел подойти к Вестнику, чтобы посмотреть какой из законов он заново перечитывал, но Лантр с громким хлопком закрыл книгу, поставил ее на место и подхватил со стола графин. Плеснув в два бокала воды, он протянул один Дэвиду.
– Выпей. Успокойся. И ты еще спрашиваешь у меня в кого пошел Станислав?