Страница 5 из 22
Июль 1994 года
В тот год, когда я впервые познакомилась с Сашкой Волонским, мне исполнилось пять лет. Помню, что считала себя такой взрослой, самой умной. Какой же глупышкой я всё - таки была. Мне казалось, что пять лет - это так здорово. Очень хотелось понежиться в постели, поваляться.
Июль 1994 года
- Ух, ты, Наташа, у тебя сегодня день рождения, - говорила я себе в тот день, как помню, когда мне исполнилось пять лет.
Я не знала тогда, сколько было времени, когда я соизволила проснуться, но знала, что сегодня день моего рождения. За день до этого, мне об этом сказала мама, которую звали Мариной. О, она тогда была у меня очень молодая и такая красивая. Каждый вечер родители меня отправляли рано спать, а сами продолжали заниматься своими делами. Даже старшему брату, их любимому Петеньке дозволялось с ними остаться. Он был старше меня на восемь лет. Я считала, что он тоже ребёнок и должен рано ложиться спать, как и я. Нет, был папа принципиально убеждён в том, что я маленькая и мне нужно рано ложиться спать.
- Цыц, Натка, - говорил мне папка в таких случаях, если пыталась возмутиться. - А ну айда, в постель. Мала ещё выступать, - и я, зажав от злости свои кулачки в замок, уходила в свою комнату, где мама уже успевала мне приготовить постель.
- Доченька, моя! - ласково приговаривала она. - А ну ка раздевайся. Укладывай свои вещи на стульчик и одевай пижамку. Взрослая, уже, - и так бывало каждый вечер.
Затем мама целовала меня в щёчку, не забывая обнять, а затем, уходя, выключала свет. Мне долго приходилось елозить в постели, прежде чем получалось уснуть.
- У, они все против меня. Сидят там и Петька там. А я тут, - я готова была в такие минуты всех наказать, кто заставлял меня так рано отправляться в постель.
Только вчера мама сказала, что завтра 10 июля и у Наташки, то есть у меня день рождения. Я запомнила, что она сказала. Только я не знала, а будем ли мы его отмечать. Может, про меня все забыли? Мы только недавно переехали жить на новое место в село под названием, кажется, Сероглазово. Папа так говорил маме. Я ещё толком не знаю место, куда мы переехали.
- Урааааааа! У меня сегодня праздник. Мне исполнилось пять лет. Я большая девочка. И Петюня больше мне не авторитет, - кричала я от радости, вскочив с постели и начав прыгать по ней.
Посмотрев на соседнюю кровать брата, я заметила, что он уже куда - то с утра испарился, наверное, подался к своим дружкам. Неожиданно в комнату заглянула мама и посмотрела на меня с немым укором.
- Проснулась принцесса. Давай одевайся, заправляй постель и мыть руки, потом завтракать.
- Мама, Мааааааам! - стала я её звать.
- Живо, Натка. У меня ещё много дел.
Я обиделась на маму. В молчании оделась, кое -как заправила постель и отправилась умываться под нашим железным умывальником, в котором вода то лилась, то сикала. Всё зависело от того, как я дёрну его за язычок. Схватив в руки кусочек туалетного мыла, я смогла намылить пену на них, а затем умыться, не забыв почистить зубы. Фу, зачем умываться. Я не стала бы, если бы меня не заставляла мама.
- Натка, ты снова разбрызгала воду, - посетовала заглянувшая в кочегарку мама, увидев, как я умываюсь. - Аккуратно можешь?
- Мааааама, - захныла я ей в ответ . - Я же не специально. Умывальник виноват, что так льёт воду.
- Ладно, Наташа, вытирай полотенцем лицо и руки и иди завтракать. Я сама тут приберусь.
- Мама, а где папа? Он же не забыл про меня.
- Натка, отец на работе. Иди, садись за стол. Я тебе приготовила твою любимую молочную манную кашу. Давай.
- Спасибо, мамулечка, ты у меня лучшая, - и бросилась на радостях обнимать маму.
- Давай, егоза, там тебя и компотик поджидает.
Снова обняв маму, я отправилась на кухню вприпрыжку, где меня ожидали каша и компот. Сев самостоятельно на стул, я никого не ожидая, приступила к своей трапезе, как вдруг мне помешали насладиться вкусом манной каши. Чужая большая ложка залезла в мою тарелку, чтобы её съесть.
- Поделись, сестрёнка. Я тоже голодный, - прозвучал над моим правым ухом голос моего драгоценного старшего братца Петюни. - Не вредничай, Натка. Ты же хорошая девочка. Поделись со старшим братом. Дай мне тоже покушать.
Я не на шутку разозлилась.
- Это моя каша. Мама мне приготовила. Отстань. Как дам я тебе - и уже хотела дать брателло звонкую затрещину в его большой лоб большой металлической ложкой.
Ой, я так испугался такой малявки. Мала ещё, - не испугался меня братик и вдобавок выпил из стакана мой компот.
- Я тебе устрою, - пригрозила я ему, как неожиданно для меня братец схватил меня за уши обеими руками и стал их дёргать от всей души, в шутку приговаривая.
- С днём рожденья, Натка. Расти большой, не будь лапшой.
Только ненавистный братец сумел вспомнить о моём дне рождения. А мама и папа забыли. Закончив дёргать мои бедные маленькие ушки, он иронично произнёс.
- А спасибо сказать? Натка, не хочешь?