Декабристка

1998 - 1999 год

Александр уехал учиться в другой город, что располагался от нас далеко. Я же уже взрослела без него, хотя по - своему и скучала по нему. Мои родители ожидали Сашкиного приезда на зимние каникулы, но Александр в письме им написал, что сильно занят, так как устроился на работу и с другой стороны не хочет их сильно обременять. Следует признать, что родители любили Александра больше, чем Петьку, которого не задевало то, что родители,  по сути,  пренебрегали им - своим родным сыном в угоду тому, кто не являлся их ребёнком по крови. У родителей же было иное мнение в данном вопросе. Они считали, что обязаны восполнить их приёмному сыну потерю родителей в автомобильной аварии и сильно переживали из-за того, что Александр отказался приехать на Новый год, так как они рассчитывали его встретить со всеми фанфарами. А Сашка не приехал.

- Ждите меня летом, - писал он в своём письме,  - А затем желал всем здоровья и интересовался делами каждого из нас. Родители написали для Сашки ответное письмо, рассчитывая на то, что он передумает и явиться к ним хотя бы на зимние каникулы. Они никак не могли взять в толк, а  на какую же такую работу Сашка устроился, что у него совсем ни на что нет времени, даже на них. Отец с матерью боялись, что из - за своей работы их приёмный сын может бросить учёбу. Но мои родители не знали своего Александра. Как потом показало время, Сашка оказался упёртым парнем и он смог совмещать учёбу и работу, хотя ему было очень тяжело. Так прошло ещё полгода, пока не наступило долгожданное лето. За это время я тоже продолжала усиливать свои позиции в учёбе,  и мне удалось окончить учебный год хорошей ударницей, так как быть суперской отличницей мне и не хотелось. Иногда я любила влезать в какие - то драки, потому что с раннего детства не любила какую - либо несправедливость, проявляемую кем -то  по отношению к кому - либо. Мне просто не нравилось, что некоторые личности себя считали пупом земли.    Я думала, что таких ребят нужно достойно наказывать, чтобы в будущем им было неповадно показывать своё превосходство перед более слабыми, чем были они. Такой я и росла. Только росла немного быстрее, чем мои одноклассники. И по росту я превосходила многих ребят, своих ровесников, за что получила от них прозвище - "долговязый жираф". Вскоре прилагательное "долговязый" исчезло из моего прозвища и осталось существительное жираф. Так я и жила с этим прозвищем до окончания 9 класса. Вначале приходилось всех бить, кто посмел  называть меня так.  

- Посмотрите, жираф сверху спускается, . атас, - кричали пацаны, едва меня увидев, а потом от меня хорошо получали по своим репам.

Учителя всегда считали, что зачинателем драк была я и вызывали родителей в школу. Хорошо, что моя мама была значительнее мудрее учителей и понимала, что я не тот человек, которому захотелось подраться просто так.

- Татьяна Ивановна, вы уверены в том, что виновата только моя дочь? - начинала она очередной такой разговор с классной руководительницей, после того, как минут десять до этого выслушивала её жалобы в мой адрес.

- Вы не разобрались в ситуации. Обвиняете только мою дочь. А нужно вызывать родителей всех зачинщиков конфликта и их участников, конечно, тоже. Вы не правы. Моя дочь хорошо учиться.

- Марина, ваша дочь плохо влияет на мальчиков. Вы понимаете?

- Татьяна Ивановна, на мою дочь, как я думаю,  дурно влияете вы. Как вижу, вы невзлюбили её. Очень плохо. Мой Вам совет - в каждом конфликте учеников нужно уметь разбираться. Со всеми нужно разговаривать, каждую сторону нужно выслушать.

Да, я не ладила с  классухой. Мы не находили с ней общего языка. Меня она не любила за то, что я была из самой обыкновенной рабочей семьи. Перед детьми из богатеньких семей, если их оценивать по сельским меркам, она готова была расшибиться в лепёшку и встать перед ними на колени. Тамошние папы и мамы подкидывали Тай Вай всякие безделушки, которым она была безумно рада, как будто бы ей подарили мешок золота.  Правда, не дарили шикарных подарков, но потратить деньги на  дешёвый сервиз ума у родителей богатеньких деточек  хватало. Тай Вай была в диком восторге от дарённых ей очередных сервизов. Моим же родителям классухе нечего было дарить. Заработанных отцом денег едва хватало на оплату коммунальных услуг, на еду, а то, что оставалось, отправлялось Петьке на учёбу в город. Сашка же от денег отца отказался и высылал их обратно, мотивируя тем, что нам и самим не хватает.

Так проходило время. Настало долгожданное лето 1999 года.

Тогда мне должно было исполниться 10 лет. Как всегда июнь начался привычными мошками, которые докучали жителям волжского юга. Они начинали донимать людей и домашних животных уже в конце мая.   К  середине июня их становилось так много, что они становились хозяевами всей Вселенной нашего южного мира. Мошки лезли в уши, в рот, старались залезть под закрытую наглухо одежду, надетую на человеке, если находили свободный зазор. На целый летний месяц они становились хозяевами жизни. Люди укрывались от этих насекомых в домах, собаки рыли в земле глубокие ямы, если они не были домашними. А дикие кошки искали свободную крышу любого  дома, чтобы там укрыться от назойливых насекомых. Как же было жалко коров. Бедные бурёнки вынуждены были терпеть мошек, полностью облеплявшие им уши, глаза и нос. Животины, спасаясь от жалящих укусов мошек, уходили на берег Волги, где их спасал дувшая на них с реки моряна , то есть ветер. А бывало и так, что не было и его. Тогда коровы по брюхо погружались в воду и так могли стоять до вечера, чтобы как - то спастись от назойливых мошек. Только Волге было всё равно, что происходит на её берегах. Река величаво несла свои воды в Каспийское море. Я любила её с самого детства. Но наблюдать за рекой я любила тогда, когда ранним утром, примерно, в пять часов утра на востоке вставало раннее утреннее солнце и красным заревом своих лучей вначале освещало Волгу. Свет звезды отражался по всей поверхности воды, создавая множество жёлтых бликов. Было красиво. Лишь изредка по реке проплывали пассажирские пароходы, чаще плыли грузовые корабли. Только казанки то там, то здесь летели по синей, зелёной или чёрной глади воды. А если они были без дела, то лежали на берегу реки, брошенные своими хозяевами. Такой была Волга. И даже настроение реки могло меняться каждый день, как у капризной женщины. Река могла быть и суровой и тогда от её нрава страдали люди. Кому везло, те оставались живы. Волга могла быть и доброй, позволяя летними вечерами искупаться отдыхающим в её водах. Могла быть и капризной, недовольной, не позволяя любителям - рыбакам поймать им рыбу их мечты. Такой была моя Волга для меня. И она же помогала мне не так сильно скучать по Александру. Воду же я боялась только тогда, когда предпринимала попытки подойти к берегу. А так реку я любила. Наконец, подходил месяц - июль и я радовалась тому, что скоро у меня будет день рожденья и, наверняка, на него попадёт Александр. Ведь в своём письме он обещал приехать. Со своей учёбы вернулся наш "отличник" Петька и он так сильно важничал перед домашними, потому что он сделался "городским пижоном", а мы были голытьбой крестьянской. В общем,  кто мы были в его глазах? Деееревня.