Страница 42 из 128
− Эра Манчини? А ее имя?
− Эра Анна Манчини. Вы знакомы с ней?
− Нет, − я облегченно выдохнула, узнав, что это не Алира. Одновременно леденея от известия от возвращения магической чумы. Только не снова. Не теперь, когда я вновь обрела семью. Не здесь, в большом городе, где ее смертоносное дыхание может беспрепятственно поразить не тысячу, а десятки тысяч человек. Но в этот раз я не откажусь от сражения, даже если оно станет для меня последним.
− Я уже сообщил главе управления магии, − вернул меня из воспоминаний голос доктора Руссо. − Дэсмонд скоро будет здесь.
− Уже здесь, − услышала я у двери ставший до боли родной голос. Голос человека, так нужного мне сейчас. Моего Дэсмонда.
Всколыхнувшиеся во мне горькие воспоминания вместе со страхом новых потерь затуманили мой разум, и я бросилась в объятия мужа, не обращая никакого внимания на стоящего рядом Теодора. Дэсмонд обнял меня крепко и нежно одновременно, будто желая более никогда не отпускать. Он склонил голову, осторожно целуя меня в висок, а его руки в это время медленно скользили по моей спине, успокаивая и защищая от всего мира.
− У тебя есть уникальная возможность первым поздравить меня с женитьбой и поприветствовать новую герцогиню Ривельскую, − Дэсмонд повернулся к Теодору, не выпуская меня из объятий.
− Не могу сказать, что эта новость стала для меня неожиданностью, дорогой брат, − усмехнулся Теодор. − Я от всей души поздравляю вас, − добавил он затем совершенно серьезно. − Когда ты хочешь объявить об этом?
− Не сегодня. Элена против немедленного оглашения, и, в свете последних событий, я склонен с ней согласиться.
− Жизнь новой герцогини слишком ценна, чтобы подвергать ее опасности в больнице, − кивнул Теодор. − Особенно теперь. Возможно, что случай эры Манчини единственный, но я бы не стал на это рассчитывать. Во время прошлой эпидемии мы так и не смогли установить возбудителя болезни, и сейчас сложно делать какие-то прогнозы.
− Поэтому я забираю свою жену отсюда прямо сейчас,− руки Дэсмонда сжались на моей спине чуть крепче, будто он просил не возражать ему. Но я и не собиралась этого делать.
− Эра Неро, − Теодор обратился ко мне как к замужней даме, и мне, слыша такое обращение впервые, было очень непривычно. − Я буду благодарен, если вы перед уходом оставите описание открытого вами способа лечения.
Пока я записывала схему лечения, Дэсмонд и Тэодор что-то негромко обсуждали в другом конце кабинета. Наконец, закончив, я подошла к мужчинам.
− Доктор Руссо, я очень благодарна вам за все, что вы для меня сделали, − улыбнулась я Теодору. − Сейчас я должна буду уехать на некоторое время, но, надеюсь, что смогу скоро вернуться и лично принять участие в тестировании нового метода лечения.
− Что ты имела в виду, говоря, что должна уехать? Уехать куда? − спросил Дэсмонд, когда мы оказались в его экипаже.
− Туда, откуда я однажды сбежала, и где могут быть ответы на те вопросы, которые сейчас стоят перед нами. В Лючеррино. Город, едва не погибший от чумы.
Несколько минут Дэсмонд просто молчал, не сводя с меня тяжелого взгляда. Я видела, как желание запретить мне даже думать об этой поездке борется в нем со стремлением поддержать принятое мной решение. Наконец, не в силах больше сдерживать свои чувства, он перетянул меня к себе на колени и крепко сжал в объятиях, крадя из моих губ дыхание в обжигающем поцелуе.
− Ты понимаешь, насколько опасна твоя идея? − спросил он, когда к нам вернулась способность разговаривать.
− Настолько же, насколько она необходима, − я по-прежнему находилась в кольце его рук, прижимаясь к его широкой груди. Пусть мир вокруг нас мог обрушиться в любой момент, но я не желала упускать ни одного мгновения дарованного нам счастья.
− Упрямица, − Дэсмонд потерся носом о мой висок, зарываясь в волосы. − Но ты же понимаешь, что теперь тебе придется назвать мне свое последнее имя и рассказать то, что ты скрываешь о своей семье.
− Мне просто было больно вспоминать об этом. О покинутом доме. О тех, кого я любила и потеряла. Но теперь боль утихла. Мы вместе, и ты со мной.
Я прижалась к Дэсмонду еще теснее. В кольце его рук было так тепло и уютно, и мой мир сузился до пространства экипажа, в котором мы были вдвоем.
− Эра Анна Манчини, она как-то связана с Алирой Манчини? − спросила я мужа после долгого молчания.
− Это мать Арона и Алиры Манчини. В юности мы с ними много общались. А ты знакома с Алирой?
− Да. Мы познакомились с ней вскоре после того, как я приехала во Френцу, и довольно часто встречаемся, чтобы выпить кофе. Что-то не так? − Я скорее почувствовала, чем увидела, как нахмурился Дэсмонд.
− Пока не знаю. Но совпадений становится слишком много, чтобы считать их случайными. И грань между ними и судьбой очень тонка.
− Ты думаешь, что то, что случилось с эром Бруни и с эрой Манчини имеет одну и ту же природу?
− Да, это более чем вероятно. И так как потенциал эры Манчини был очень низким, то магию накапливали долго, а потому ее резкое удаление из магического контура привело к фатальным последствиям. К магической коме.
− Тогда единственным разумным объяснением природы магической чумы является ее искусственное происхождение.