Страница 40 из 129
- Тогда ты умрешь.
Лина выбила стакан из ее рук и бросилась в ванную, заперла дверь изнутри.
- Я могу открыть без ключа, ты же знаешь, – послышался голос Фэй. – Лина, ты должна пить, иначе твои силы иссякнут.
- Я не буду. Только не это.
Девушка села на край ванной и тяжело вздохнула. Аромат, солоноватый запах крови доносился даже на расстоянии, в деснах уже привычно начало зудеть.
- Не будешь пить из пакетика, не научишься справляться. Когда они придут, не выдержишь и набросишься на них.
- Не правда, Самуил и Николас - сильные вампиры, они разорвут меня на части гораздо быстрее.
- Лина, когда ты смотришь в глаза вампиру, ты лишаешь его воли, гипнотизируешь, они не смогут даже двинуться с места не то, что защищаться. Послушай, милая, я знаю, как тебе плохо. Всем нам очень не хватает Влада, но нужно бороться, жить дальше. Есть враги, которые должны заплатить за это. Скоро начнется война, и если ты научишься контролировать свои чувства, ты сможешь уничтожить тех, кто виновен в смерти твоего любимого. Пусти ненависть в свое сердце, пусть она дает тебе силы жить. Я уйду сейчас, оставлю тебя одну, а ты подумай об этом. Вместе с Ником и Самуилом вы сможете отомстить.
Лина подошла к зеркалу, посмотрела на свое отражение и тихо вскрикнула. Ее внешность сильно изменилась. Та девушка напротив не могла быть ею. Она слишком красива, у нее длинные волосы блестящие, волнообразные. Красивое лицо, а глаза, словно яркие изумруды, прозрачные и чистые. Несомненно, Лина себя узнала, но в ней произошли странные перемены, словно художник добавил краски, нанес новые штрихи, и портрет засиял, ожил. Она тронула щеки – кожа нежная, гладкая, веснушки исчезли, а губы казались сочными, алыми. Зачем ей эта новая внешность, если тот, кто мог бы ею любоваться превратился в пепел. Девушка провела рукой по волосам, и тут ей в глаза бросились ножницы, они стояли в маленьком стаканчике на раковине. Протянула руку. Взяла… Расправила рыжий локон и чиркнула стальными лезвиями, потом еще… еще… С диким остервенением она отрезала роскошные пряди, и те падали к ее ногам золотым водопадом. Закончила. Посмотрела на свое отражение вновь. Волосы шапкой обрамляют тонкое лицо, рваные, неровные кончики липнут к щекам. Фэй права, теперь, когда у нее есть такая сила, она может отомстить за свою покалеченную жизнь. Если она должна питаться кровью вампиров, то это будут ее враги. Она усеет землю их трупами. Гнев начинал подниматься из глубин ее существа. Черная ненависть, вязкая, липкая обволакивает сознание, поглощая в нем все, что было раньше – доброе, светлое. Да… Да.. Да… Фэй права, ненависть сильнее боли, она заставляет сердце снова биться, а легкие жадно втягивают воздух. Месть… она сотрет с лица земли тех, кто отнял у нее счастье. У девушки в зеркале изменилось выражение лица, глаза блеснули зеленым всполохом, она открыла рот, рассматривая клыки. Сам Бог или Дьявол сделал из нее орудие против тех, кто отнял у нее самое дорогое – ЛЮБОВЬ.
Через несколько минут Лина вышла из ванной и нашла подругу. Та сидела у окна и молча смотрела вдаль, на снежную равнину. Девушка положила ей руки на плечи и тихо сказала:
- Я буду учиться, Фэй. Я буду стараться, как только смогу. Я хочу, чтобы все те, кто убивал Влада, сдохли. Не будет им пощады. Только у меня к тебе одна просьба…
- Какая? – Фэй обернулась, с удивлением осматривая резкие перемены во внешности Лины. В глазах колдуньи засверкала радость, надежда.
- Купи мне черную краску для волос. Больше нет той Лины, которую ты знала, она умерла вместе с Владом. Сегодня родится другая – жестокая и сильная, у нее не будет рыжих локонов. Она сама чернота, она – смерть, для тех, кто лишил ее счастья.