Страница 21 из 55
— Ваха! – позвал Сергей.
В ответ – молчание. Горный Барс был мертв!
Сергей накрыл лицо одеялом, поднялся наверх и вышел на улицу, где стояла группа хмурых чеченов, о чем-то тихо переговариваясь. При виде Сергея они замолчали. Немой вопрос зазвучал в их глазах.
— Ваха умер! – произнес Роенко, проходя мимо них к колодцу. Он присел на небольшой камень, закурил.
Значит, такие вот дела, подумал он, надо немедленно возвращаться, хотя абреки, скорее всего, повезут его обратно лишь после похорон своего командира. А Сергею так не хотелось оставаться здесь. Ему надо туда, где творил свои дела коварный Гофман.
Глава 7
Люди Вахи Бокаева имели больше возможностей и влияния, чем подчиненные Вагида. Сразу после того, как похоронили по своим обычаям, до захода солнца своего командира, они доставили Роенко в аул Арты. Оттуда после отдыха утром следующего дня Сергей выехал и, минуя Кордак, подъехал к знакомому уже блокпосту. Дежурил все тот же прапорщик.
Помощник офицера был очень удивлен появлением «безмозглого» журналиста, как про себя охарактеризовал Роенко этот бравый прапорщик. Сергей, остановившись, открыл дверь машины:
— Здравствуйте, прапорщик!
— Журналист? Живой?
— Как видите. Не ожидали вновь меня увидеть?
— Если честно, нет! Собрал свой материал?
— И довольно интересный!
— Что ж, видно, судьба у тебя фартовая.
— Может, и так. Ну что, несите службу. Я поехал дальше.
— Давай!
— Вернуться вам домой, ребята! – пожелал всему личному составу поста Сергей.
Прапорщик долго смотрел ему вслед.
— Да! Повезло! И слава богу. А парень – ничего, отчаянный! Удачи и тебе, журналист! – проговорил он, когда «Нива» уже скрылась за холмом.
Проехав километров пятьдесят, за одним из постов ГИБДД Сергей остановился, вышел из машины, достал телефон, набрал номер:
— Доброе утро, Гурам!
— Сергей? Ты откуда звонишь?
Роенко назвал место.
— Гурам, необходима личная встреча!
— Так приезжай ко мне!
— Нет! Желательно встретиться на нейтральной территории. И чтобы вы были с человеком, которому полностью доверяете.
— Хорошо. – Гурам ненадолго задумался. – Тогда делаем так. Я выезжаю немедленно и жду тебя в селе Антоновка, дом № 16.
— Улица?
— Она там одна, центральная. Дом возле пруда, напротив часовни. Обычный, деревенский.
— Годится!
— Жду!
Сергей отключил телефон, сориентировался по карте, посмотрел на часы. На месте он должен быть около четырнадцати часов. Встретится с Гурамом, позвонит Ольге. Что-то необъяснимое тянуло его к этой женщине. Он даже иногда ловил себя на мысли, что скучает по ней, хочет увидеть, поговорить, побыть рядом. Что это? Зарождающаяся любовь? Или просто необходимость в психологической разрядке? Ответ даст время, но Олю он сегодня обязательно встретит, если, конечно… она согласится.
Как Роенко и рассчитывал, к Антоновке он подъехал без десяти два. Увидев часовню и пруд, остановился у дома, на котором висела поржавевшая табличка с еле заметной цифрой 16.
Автомобиля Гурама видно не было, но за домом находился огромных размеров амбар. Там запросто можно и танк спрятать. Дверь крыльца скрипнула, выпуская на улицу верзилу метра под два ростом и с пудовыми кулаками. Он спустился по ступеням, и было непонятно, как они выдержали вес этого гиганта. Подошел к «Ниве». Сергей вышел навстречу.
— Здорово, гость дорогой! Давай ключи и проходи в дом, ждем уже часа три. Да, ствол свой оставь мне, – пробурчал верзила.
— Я без оружия, – ответил Сергей.
— Да? А чего это сканер так волнуется? – показал он Роенко пульт, на котором отчаянно мигала красная лампочка.
— Хм, – ухмыльнулся Сергей, протягивая «ТТ» верзиле.
— Вот так! А теперь прошу в дом, я тачку твою отгоню. Ничего не поделаешь – служба!
— И до каких чинов дослужился, служивый?
— До самых что ни на есть высших!
— Молодец! А по виду никак не скажешь.
— Ну, хорош базарить. Гурам действительно ждет.
Сергей поднялся на крыльцо. Через сени прошел в комнату, где на деревянной лавке в углу под образами за столом сидел Гурам.
При появлении Роенко Гурам встал.
— Здравствуй, Сергей! Я очень рад видеть тебя живым и невредимым!
— А что мне могло быть, если я находился под защитой самого Вахи Бокаева?
При упоминании фамилии чеченца Гурам вздрогнул.
— Как ты сказал? Под чьей защитой?
— Под защитой вашего недавнего с Гофманом компаньона.
— Но он же больше года как убит?
— Вас ввели в заблуждение. Бокаев все это время жил и воевал, пока Гофман не предал его.
— Но почему он не подал мне знака, что жив? Я спрошу у него. Сегодня же. Надеюсь, он сказал тебе, как с ним связаться?
— Ничего больше вы не сможете у него спросить. Гофман предал его, отряд Вахи истреблен, а сам Барс получил смертельное ранение.
— Как это произошло?
Сергей вкратце передал свой разговор с полевым командиром. Гурам побагровел, сжав кулаки.
— Сволочь, шакал паршивый. Все ему мало, крысе!
— Ваха охарактеризовал Гофмана так же, как и вы. Теперь мы знаем, что Тамара у этого козла. А в банде у меня будет союзник.
— Али? Да, чечен не простит Гофману смерти родственника. Только на руку ли это нам?
— На руку. Я знаю, как использовать ярость Али. Гурам, последнее, что сказал мне Ваха, было упоминание о каком-то там архиве. Мол, только найдя его, можно уничтожить Гофмана. Он хотел рассказать мне все, но не успел. Может, вы просветите?
— Да, конечно. Архив! Дело в том, что всю свою жизнь Гофман вел дневники. Когда был ребенком – школьные, в зоне – тюремные. Эту привычку он пронес через годы и все акции, сделки, компромат тщательно собирал в свой архив. В результате у него в руках оказалось столько информации и такой информации, что он может спокойно проворачивать свои дела под прикрытием высоких чинов, но и шантажировать их.
— Понятно, но почему Гофман не может просто физически вас устранить? А придумывает какие-то комбинации с похищением?
— В этом вся его сущность. Его цель не просто убить противника, а заставить его умирать в муках и отчаянии. Его месть должна не просто свершиться, но и доставить ему наслаждение.