Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 55 из 65

Хотелось чистосердечно послать его на хер. Но я, как приличная девочка, мысленно пожелала ему изжоги и депрессии в печень.

— Лили, а что у вас с Ринатом? Полный аут? — уже в машине разволновался Юрчик за судьбу друга.

Я откинулась на пассажирском сиденьи, мечтательно глядя в окно.

— С кем? Я даже не помню кто это. Знаешь, я так сильно влюблена в Самойлова, что все мысли только о нем. Вот даже на тебя смотрю, а вижу его. И знаю, что он сейчас за решеткой. От этого выть хочется. Поэтому не спрашивай за Рината. Объяснила ему по дружески, что я пропала. Для него так точно.

Оу! Меня пробило на откровения. Улыбнулась сама себе. Даже девчонкам подобного не рассказывала. А Агафову захотелось исповедаться. Может потому, что он хороший парень и мой друг. А может потому что я стала сентиментальной влюбленной принцессой…

— Лили, только не говори, что ты продала тачку, чтоб выкупить Самойлова! — с порога накинулась на меня Мари и втянула в дом.

— Я и не говорю. Но я ее продала, — парировала я монолог подруги, — А что мне было делать? Отец отказал в просьбе одолжить денег. У вас всех я тоже спрашивала. Сорок штук на дороге не валяются. А если и валяются, то явно не на моей. Поэтому это был единственный вариант.

Я вошла на кухню и по хозяйски залезла в холодильник Мари.

Достала ветку сельдерея и молоко. Налила себе целый стакан и начала запивать хрустящий стебель. Мари ошарашенно смотрела на меня своими прозрачными глазками.

— Ты что творишь? Молоко не безлактозное и жирное, 3,2 %! — произнесла она дрожащим голосом.

— Та пофигу. Мне вкусно. На вот деньги, — я положила на стол пакет с остатками моей машинки, — Передашь папочке. И от меня спасибо.

Двадцатку я переложила в рюкзак еще в машине Юрчика, поэтому там ровно столько, сколько надо, чтоб вызволить любимого мужчину.

— Ты, конечно, отчаянная девчонка! Смотрю на тебя и не понимаю, смогла бы я так за Юрчика впрягтись. Он мне предложение сделал… Погоди поздравлять, это пока тайна. И я не ответила ни да ни нет. А вот глядя на то, как ты в Платона втрескалась, уже и не знаю, настоящая ли у нас с Агафовым любовь, — призналась Мари и опустилась на стул. Вся словно сдулась, даже плечишки свои приспустила.

Я отставила сельдерей с полупустым стаканом молока и подошла к ней ближе. Поддалась порыву нежности, обняла подругу за плечи.

— Ты что, малышка! Даже не думай. Твой Юрчик самый лучший парень в мире. Я по нему все время втайне сохла, пока Платона не встретила, — честно соврала я во благое дело, — Учти, если ты его мариновать будешь, его быстро к рукам приберут. Помнишь, Риту из параллельной группы. Она еще часто на тусовках Макса светится. Такая красотка, инста модель. Так вот, я точно знаю, что ей твой Агафов тоже нравится. Только он ни на кого не ведется. Любит тебя больше жизни. А стоит тебе его отпустить, как эта Рита ему на шею такое тугое лассо накинет, что потом зубами не перегрызешь. И кстати, она акробатка. Ее бывший растрепал, что в постеле она тааакое вытворяла! Просто отрыв члена. Он ее до сих пор забыть не может. Одно твое неверное решение и потеряешь любимого мужика в постеле Риты.

Глаза у Мари так выкатились, что аж полопались сосуды. По ходу я перегнула. Умею быть убедительной, когда надо!

— От, сука! Ну уж нет, я этой Рите своего Масика ни за что не отдам. Пусть только попробует приблизиться на метр, повыдергиваю все волосы!

Ох, бедная Рита. Я даже не знаю, акробатка ли она, и с кем она вообще встречалась. Но легенда получилась крутая. Мне аж самой понравилось.

— Сегодня же устрою Юрчику романтик со свечами и скажу, что согласна…Ой, — у нее задрожала нижняя губа.

— Ну что еще?

— Он мне впервые не сказал сегодня, куда поехал. Я ж надеюсь не к этой суке-акробатке?! А что если он передумал на мне жениться…

Ну только этого мне не хватало! Сейчас еще разревется.

— Не, точно не к ней. Она сейчас уехала отдыхать заграницу. Вспомни, он ведь у тебя самый верный. Ему доверять надо и меньше мозг выедать. А то навящевых ревнивых женщин никто не любит. Еще и морщины у таких появляются раньше всех, — уверенно соврала я про все, кроме мозга и морщин, — Все, мне пора.





Я чмокнула ее в нос. И удалилась, пока не нагородила очередную ересь. А то заврусь, еще хуже другу сделаю.

— Лили, мы сегодня в Моргане собираемся. Приходи. Как раз папа ответ даст к вечеру, что там с Самойловым, — напомнила Мари.

— О, конечно, буду! Поторопи его, пожалуйста, чтоб сразу бабки завез. Для меня это очень важно.

Я вышла из дома Мари. Повертела на пальце запасные ключи от Порше.

Надо будет спросить у Самойлова, сможет ли он угнать обратно мою тачку.

Как вариант, я бы могла заявить об угоне в полицию. Но у этого Сэма крыша в ментовке, не меньше моих связей. И к тому же, в его берлоге были свидетели, что я сама ее сдала. У него и камеры то имеются на территории.

А вот Самойлов отчаянный угонщик со стажем. Вдруг сможет вызволить мой Поршик. Ездить на нем я уже не смогу. Но вот на другой разборке краденных тачек еще получится пару копеек выдурить.

По ходу, стерва это диагноз на всю жизнь.

Хотя…если даже не получится сдоить из моей тачки еще деньжат, то я не огорчусь. Просто негр этот был сильно противный и развел меня, как лохушку. Сроки суда поджимали, и он не преминул извлечь максимальную выгоду из покупки моей машины.

Я пошла вдоль улицы размеренным шагом. Солнышко без кепки припекало. На душе было легко и радостно. Скоро вытащу Самойлова, так вообще от счастья буду скакать кабанчиком по полям.

До моего родительского дома было рукой подать. Меньше квартала идти. Но я перешла на перекрестке дорогу и направилась в восточную часть города. В нашу с Платоном квартиру. Хочу там его дожидаться.

Теперь эта берлога — мое любимое пристанище. Не важно где жить, важно с кем…

Глава 39

Лили.

— Лили, есть новости по задержанию Брэйна? — спросил Лешка, сербая чаем на кухне.

Я пожарила нам яйца и аж присвистнула. Вот это я крутой повар! Мне полагается мишленовская звезда. Впервые омлет не сожгла к чертям собачьим!

И даже пахнет вкусно.

— Есть, Лешик. Думаю, через день отпустят его на свободу, — мечтательно потянула я.

Парень кивнул и задумчиво отвернулся к окну.

— А у тебя что за минорное состояние? Давай, рассказывай, что стряслось. Неужто влюбился в кого то? — я села напротив и поставила нам тарелки с приборами.

— Неее. Ты же знаешь, я тебя люблю. Вот стану старше и богаче, тогда Брэйн уже будет стар и не так крут. И я тебя отобью у него. Мы поженимся, — улыбнулся безобидно паренек.