Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 81

— Ну? — тот спокойно стоял напротив, опустив руки. — Или все же поговорим?

— Не о чем с тобой разговаривать.

Сжимая рукоять, Орис рассматривал Стрижа. Что-то с братом было не так. Чтобы он отказался подраться? И выглядит, как старик.

— Тебе видней.

— Ты шакалий сын. Ты убил моего отца. Ты покойник, — выговорил Орис простые и правильные слова. Но метнуть нож в беззащитное горло не мог. Ведь не увернется, не пошевелится.

— Угу. — Стриж передернул плечами, словно в нетерпении.

— Дери тебя шис! — выдохнул Орис, бросая нож.

С чистым звоном лезвие вонзилось в стену позади Стрижа, смахнув по пути пару соломенных волосков. Как Орис и подозревал, шакалий сын и не пошевелился. Только грустно усмехнулся, напомнив шкодного мальчишку, которого за вечную улыбку до ушей дразнили лягухом.

— Будешь ты драться, или нет?

— Не буду.

— Почему?

— Потому. — Отвернувшись  от Ориса, Стриж намочил полотенце в умывальнике и приложил к разбитой голове. — Хочешь сдохнуть, пойди утопись. Я тебе в этом не помощник.

Орис опешил от такой наглости. Но в уголке сознания закопошилась здравая мысль: если брат справился с самим Мастером Ткачом, что для него он, Орис? На что он вообще рассчитывал, набрасываясь на Воплощенного? Не говоря уже о том, что подумать просто забыл. Видел бы отец…

— Да, наставник велел сказать, чтобы ты не вздумал перечить Седому. — Стриж продолжал промокать кровь с плеча.

— То есть?

— Он будет главой гильдии.

— Да пошел он! По закону новый Мастер — ты.

— Не выйдет. У меня… короче, сделаешь умное лицо и подтвердишь, что уважаешь выбор совета мастеров.

— Так они и поверили.

— Не твои беды.

— Ладно, с Седым разберемся потом… Стриж!

— Да?                                                                                                                 

Брат, наконец, обернулся, и Орис понял, что мстить больше не хочет. Дурь это, терять и отца, и брата. А вот выяснить, что же у них такое произошло, надо.

— Пойдем, что ли, завтракать? Сатифа оладий испекла. К твоему возвращению, шисов ты дысс.