Страница 98 из 113
Йен Виттерн и князь Аэры… Карты в колоде, которые сменяют друг друга.
— Девы, я никогда не видела их вместе, — произнесла я, встретилась с растерянным взглядом Мэри, и тут же сама для себя добавила: — Это уж чересчур.
Да, это было слишком. Предположение, что Йен Виттерн и князь Аэры, лица которого уже десять лет никто никогда не видел, князь который носил маску — один и тот же человек, отдавало безумием. Затворник прятал лицо, а магистр Виттерн выставлял увечье напоказ.
И все же было в этой мысли что-то, какое-то разумное зерно, которое все еще ускользало от меня. И вместе с тем, что-то не сходилось, но я пока не могла понять что.
Скоро я просто упаду. Нужно подумать о чем-то хорошем, не хочу, чтобы мои последние мысли были о князе или милорде Виттерне. Лучше буду думать о Крисе, найду его взглядом и не отведу его до самого конца. Буду думать о любви.
Вот Цецилия тоже любила. И до сих пор любит, невзирая ни на что… Стоп. Если кто и может опознать князя, то это именно она. Я же опознала Криса. От влюбленных глаз не скрыться ни за маской, ни за личиной.
Я все же отвела взгляд от Криса и снова оглядела зал, невзирая на сгущающуюся перед глазами тьму. Степнячки нигде не было. Ее не было именно сейчас, когда она могла расставить все по своим местам. Впрочем, кажется, все это скоро перестанет меня волновать. Девы, как же хотелось закричать, заплакать, затопать ногами, а еще позвать Криса и еще раз ощутить прикосновение его сильных рук. А еще лучше все это разом.
Я закрыла глаза, зал исчез и тут же появился перед мысленным взором снова, но на этот раз на мраморе не было трещин и выбоин. На этот раз в нем стояли другие люди, другие маги, они словно чего-то ждали.
Вот и бред уже начался.
Мысли метались в голове, словно ночные мотыльки, а по позвоночнику полз холод. Пламя на ближайшем факеле качнулось, и я открыла глаза, но это была не магия, это Лиа качнула рукой и улыбнулась. Черноглазый Арирх не сводил взгляда с Йена Виттерна. С магистра почти все не сводили глаз. И только рыжеволосый демон уделял куда больше внимания мрамору колонн, чем происходящему.
— Крис, — позвала я и поразилась, насколько слабым был мой голос.
— Послушайте, молодой человек… — Йен Виттерн сделал шаг вперед.
— Стой на месте, кто бы ты ни был, — приказал Оуэн. И этот приказ очень не понравился учителю, он не привык, чтобы ему приказывали.
— Очнитесь, в вас говорит запретный город.
— Способ проверить человека на принадлежность, как вы сами выразились, к вражеским силам, за последние несколько часов совершенно не изменился, — раздался совершенно спокойный голос Мэрдока.
Я обернулась. Сокурсник вставал на ноги. Одни девы знали, чего это ему стоило. Он старался не опираться на поврежденную ногу, но, увы, ему это не удалось. Мэрдок качнулся, словно опора мостков на реке в Илистой норе, но выстоял. Всего на миг по лицу Хоторна пробежала судорога боли, а потом оно снова стало непроницаемым. Девы, спасать Аэру собрались несколько полумертвых учеников, один пришелец, вернее два пришельца непонятно откуда и степная целительница. Самих бы кто спас.
— Прошу, милорд. — Он протянул Йену Виттерну нож из черного металла. Только мой несостоявшийся жених мог таким любезным тоном предложить человеку порезаться.
— Вы плохо выглядите, Хоторн, — мягко сказал учитель. Это собственно все, что он успел сказать, потому что в этот момент очнулся Альберт.
— Я предпочитаю, чтобы меня трогали полностью обнаженные леди, — недовольно сказал кузен, приподнял голову, разглядывая главу Магиуса, лезвия на железной руке щелкнули. — И я предпочитаю женщин, а не тварей разлома. — Его голос звучал до странности ласково. До странности, потому что вместе с последним словом железные пальцы вошли в грудь женщине.
Но вскрикнула отнюдь не Ильяна Кэррок, закричала Гэли, магистр Виттерн обернулся как раз, когда глава Магиуса качнулась, когда кузен вытащил лезвия из ее груди.
Учитель бросился назад… Должен был броситься. Мое зараженное коростой воображение даже успело нарисовать картинку героической гибели Альберта от рук магистра, но в действительности, он остался на месте.
«А Йен Виттерн бы бросился», — пришла еще одна беспокойная мысль.
Мисс Ильяна не упала, не закричала и даже не умерла. Она выпрямилась, в ее изящных пальцах появился нож. Она схватилась за металл, а не за магию и это тоже было неправильно. Кухарка всегда хватается за черпак, писарь за перо, рыцарь за меч, а маг за зерна измерений. Это как рефлекс, сперва ты тянешь руки к огню и лишь потом осознаешь, что именно сделал.
Глава Магиуса попыталась полоснуть Альберта по шее. Но сталь на полпути встретилась с железной кистью, что успел выставить кузен. Кистью, на пальцах которой не было видно ни одной капли крови.
— Нет, — закричала Джннетт, бросаясь к Альберту, черная рапира со свистом рассекла воздух, а на кончих пальцев сокурсницы начали собираться зерна изменений. Лезвие в руках главы Магиуса затанцевало словно живое, а затем раздался грохот. Он отскочил от стен, ударил по ушам и прокатился по залу подобно грозовому раскату. Что-то ударило Ильяну Кэррок в спину. Магесса опрокинулась на пол, как сбитая метким ударом мяча статуэтка на ярмарке. Казалось, я даже слышала треск ломающихся костей.
— Видят девы, это желание недостойно жрицы, но я так давно хотела это сделать, — услышали мы голос. Что-то упало на пол. Предмет закрутился на светлом мраморе и замер в десяти шагах от Йена Виттерна. Разряженный несколько секунд назад в спину магессе метатель.
Дым от выстрела еще не успел развеяться, как цепь звякнула, по ней быстро и с неожиданной ловкостью спустилась Аннабэль Криэ. Она даже не уронила второй метатель, что держала в затянутой в перчатку руке.
Ильяна Кэррок попыталась приподнять голову, но с перебитым позвоночником это было неосуществимо. Демон не давал ей умереть, не давал истечь кровью от повреждений сосудов, он даже приглушал боль, но, как я уже говорила, твари разлома, вселяясь в людей, вынуждены играть по нашим правилам. Человеческие слабости, становились их слабостями. Они могли бегать с ножом в боку или улыбаться с ожогами лица. Но вряд ли могли танцевать без ног. И вряд ли могли поднять голову с перебитым позвоночником.
— А мы еще задавались вопросом, кто мог изменить расписание и отправить нас в путешествие по запретному городу без обратного билета, — покачал головой Мэрдок.
— Ответы на самые сложные вопросы, обычно лежат на поверхности, — произнесла герцогиня, ее магия, не успев собраться, рассеялась.
Серая жрица подняла второй метатель и направила его прямо в лицо Йену Виттерну. Не знаю, кто удивился больше, он или мы? Я даже тряхнула головой, полагая, что мой бред перешел на более качественный уровень.
— Кто ты такой? — четко спросила Аннабель Криэ.
И я поняла, что ошиблась. Не в том, что приняла Йена Виттерна за князя, а в том, что думала, что только Цецилия может опознать затворника. Говоря о князе, это было более чем справедливо. Но существовала еще одна женщина, которая могла узнать не правителя, а магистра. Не зря же у него на столе стояла миниатюра юной баронессы Стентон. Ох, не зря. Не знаю, что между ними сейчас, но у них было общее прошлое. И это прошлое заговорило устами серой жрицы.
— Кто ты такой? — повторила вопрос женщина.
— Йен Виттерн, если вы запамятовали, к вашим услугам, мисс Криэ.
«Йен Виттерн назвал бы ее Аннаби», — пришла хоть одна разумная мысль.
— Магистр Виттерн в Академикуме, — отрезала Аннабэль. — Он никогда не покинул бы своих учеников, тем более, сейчас, когда они так нуждаются в помощи.
— Даже для того чтобы спасти других? — поинтересовался тот, кто притворялся Виттерном, теперь я была в этом уверена. — Кажется, я уже бегал именно за этими? — спросил он иронично.
Я услышала тихий смешок, обернулась. Лиа улыбаясь, качнула факелом. Показалось, или круг одержимых стал уже?
— Даже для этого. Спасти несколько человек или спасти несколько сотен? Для Йена выбор очевиден. Для него, не для тебя. — Метатель приблизился к лицу. — В третий раз спрашиваю, кто ты такой?