Страница 55 из 113
Я открыла глаза. Цецилия сидела рядом и смотрела в окно, за которым стремительно проносились облака, но вряд ли что-то видела. Она вспоминала.
— Его лицо никогда не стало бы прежним, несмотря на усилия лучших целителей. Оно было изуродовано. И он почему-то решил, что на этом жизнь кончилась. Северин сказал, что я свободна, что мне незачем связывать свою жизнь с уродом.
— Богини, какая чушь! — не выдержала сокурсница. — Он же князь, да будь он хоть горбатым карликом, к нему выстроиться очередь из невест, а тут какая-то… чужестранка, — все-таки она смогла смягчить ругательство, которое чуть не произнесла, но Цецилия вряд ли что-то слышала.
— Он просто сошел с ума, обезумел и разбил все зеркала, не хотел никого видеть. Я не знаю, кто из этих тварей пришел к нему, кто и под какой личиной, но…
— Он загадал желание? — вдруг поняла я.
— Да, он хотел вернуть лицо. Был готов на что угодно ради этого. Какими же мы были молодыми, какими глупыми. — Она покачала головой и печально добавила. — Так я и лишилась своего Северина, но не хотела в это верить. Бросилась за ним в Запретный город, тогда я еще на что-то надеялась, но десять лет проведенные среди этих тварей лишили меня иллюзий. Иногда я думала, что лучше было бы, чтобы они взяли и меня, не так больно каждый день смотреть на то, что демон творит от имени князя.
— Так почему ты не родила сына? — вопрос Дженнет заставил степнячку вынырнуть из воспоминаний. — Прости за бестактность, невеста чужих кровей — это одно, а мать наследника — совсем другое, особенно, если князь вдруг умрет от коросты. — Она подняла брови. — Как бы то ни было, этот ребенок был бы сыном Северина. Твоего Северина. Так почему нет? Не из-за перенесенного же тифа?
— Не из-за него. — Степнячка вздохнула и отпустила мою руку. — Вы так ничего и не поняли. Вот, кажется, все лежит на поверхности, но чтобы увидеть, надо всего лишь присмотреться, но вы не хотите сделать даже этого.
— Чего мы не видим? — спросила я.
— Того, что ни одна мать не обречет своего ребенка на такую судьбу. Судьбу куклы, если она не ненавидит его, конечно.
— Ты хочешь сказать… — Дженнет нахмурилась.
— Северин не может править вечно, и когда придет срок, то демон найдет себе новое тело. А что может быть более подходящим, чем его сын и наследник престола? Думаю, что такое было не раз.
Мы услышали короткий гудок, потом еще один. Дженнет, встала и выглянула в окно.
— Можешь расслабиться, Астер, мы уже над Академикумом, — напряженно сказала она, настроение и без того не радостное, стало вдруг совсем тоскливым. Мы и раньше понимали, что демоны не люди, понимали какую власть они имеют над человеческими телами, но одно дело понимать, и совсем другое знать, что твари разлома почти бессмертны, что они живут среди нас давно, очень давно. От таких мыслей впору пойти и удавиться.
Судно на несколько минут зависло над островом и пошло на посадку. Нам не препятствовали, и мысль о том, что кто-то хочет нашего возвращения на остров, снова начала вертеться в голове.
— Ну вот и все, — проговорила герцогиня, когда пассажирская корзина ударилась о воздушный пирс острова, а потом неприятно проскрежетав о камень, замерла недалеко от почтовой станции. Ветер за окном крутил флюгер на одной из башенок Ордена рыцарей. — Словно домой вернулась, — пробормотала Дженнет, в точности выразив мои чувства. Кто бы мог подумать, что за такое короткое время остров станет мне домом. И не только мне.
— Главное, чтобы этот дом не превратился в тюрьму или покойницкую, — добавила Цецилия, вставая и открывая дверь гондолы. Она ступила на мостовую острова первой. Я последовала за ней. Двое рабочих, не обращая на нас внимания, пришвартовывали дирижабль, обвязывая канаты вокруг кнехта.
Не могу сказать, что нас встречали с оркестром и цветами, но все же встречали.
— Астер, что, демон возьми, вы делаете на этом дирижа… — магистр Виттерн замолчал, разглядев спустившуюся следом за мной Дженнет. Сокурсница не успела накинуть капюшон, представ перед учителем во всей красе своего половинчатого лица. — Девы! — выдохнул мужчина.
— Вряд ли они имеют к этому какое-то отношение, милорд, — произнесла сокурсница, с вызовом поднимая голову.
— Что вы здесь делаете?
— А что, нас уже отчислили и мы не можем вернуться на остров? — спросила я, замечая, что дверь в кабину пилотов стала медленно открываться.
— Я спросил, что вы делаете на этом дирижабле? — Учитель раздраженно взмахнул рукой и торопливо добавил: — Хотя, неважно, сейчас не до этого. Мне нужно срочно доложить государю…
И кабины вышел Альберт, но узнать его в пилотской форме было трудно. Прямая осанка, широкие плечи, светлые волосы забраны под фуражку. Железную кисть он держал за спиной, словно партнер на балу, на второй была черная перчатка. На лице обычная озабоченность служащего, не ищущего новой работы. Встреть я его на улице, не узнала бы. Даже Дженнет замерла на месте. Следом за кузеном из кабины выбрался Лео, на нем по-прежнему был плащ серого пса, пусть и не совсем чистый. И все же, серый рыцарь — есть серый рыцарь. Магистр Виттерн, бросил на мужчин быстрый взгляд, его мысли явно были где-то далеко.
— Срочно пришлите сюда вторую дежурную смену пилотов, — приказал он Альберту и тот, скупо кивнув, направился к административному зданию Воздушной гавани. Какими же магическими свойствами обладает форма и как обезличивает человека. Дженнет сделала шаг следом, но я, взяв ее под руку, остановила порыв. Сейчас не время. Если Альберта снова поймают, никто из нас не получит противоядия. — А вы, — мистер Виттерн посмотрел на нас, — немедленно отправляйтесь в свои комнаты и приведите себя в порядок. Леди Дженнет, будьте добры, прикройте лицо. Только паники нам сейчас не хватает.
— Может, одолжите одну из своих масок? — с горечью спросила сокурсница, и учитель на миг закрыл глаза, а когда открыл, в них было сочувствие.
— Прошу прощения, — покаялся учитель, — Я немедленно извещу герцога Трида о вашем местоположении, вы должны находиться под присмотром целителя.
— Она под ним и находится. — Целительница сделала шаг вперед. — Я Цецилия Оройе.
— Я знаю, кто вы, леди, — уверил ее милорд Виттерн, — Мы уже встречались. Что ж, тем лучше. — Он сделал шаг к гондоле дирижабля. — Я вернусь, и мы поговорим. Надеюсь, найдется разумное объяснение вашему пребыванию на этом судне. — Мужчина взялся за дверцу гондолы.
— Милорд Виттерн, — позвала я, а когда он обернулся, спросила: — Что произошло? О чем, вы должны немедленно доложить государю?
Учитель отвернулся, явно не желая отвечать
— Мы все равно узнаем, — заметила Дженнет. — Это же Академикум, здесь все равно или поздно становиться известным. Уверена, нас просветят еще до того, как мы дойдем до спален.
— Еще одно нападение. Еще один зараженный коростой, — произнес учитель. — Маг. А маги не болеют…. Не болели, но то, что тут происходит… И у нас нет противоядия… — Он замолчал, не договорив.
— Кто? — спросила я.
— Мэрдок Хоторн, — ответил милорд и скрылся в гондоле.
Не знаю, что я почувствовала, услышав эти слова. Услышав, что в нашей артели смертников прибыло? Не знаю, но это точно была не жалость, в тот день я жалела только себя. Я ощутила нечто другое, странное чувство узнавания, чувство, что все это уже было, только я никак не могла понять, к чему оно относится. К имени? К самому происшествию? К эмоциям герцогини? Или ко всему вместе взятому?
Пока я гадала, из кабины пилотов почти вывалился мужчина в одном исподнем. Тот самый пилот, которому угрожал Альберт. Мужчину пошатывало, он пытался на ходу зубами развязать веревку, что стягивала ему руки, но тут заметил нас, замер, а потом вдруг бросился бежать. Ему вслед с недоумением смотрели рабочие, что только что закончили привязывать трос. Дирижабль качнулся.
— Что-то мне подсказывает, милорд Виттерн никуда сегодня не полетит и ничего не доложит князю, — сказала я.
— Думаю, князь уже обо всем знает. Обо всем, что для него важно, — заметила герцогиня и скомандовала: — Быстрее. — Дженнет накинула капюшон на голову, скрывая лицо в его тени. — Времени у нас не так много, да и наши заговорщики не могли уйти далеко.