Страница 63 из 91
Мира вылезает из озера, быстро одевается и, не оглядываясь, бежит в джунгли. Мимо проносятся ставшие привычными кусты и пальмы и, когда она уже видит впереди плато, кто-то перехватывает ее поперек талии и бросает на землю.
В глазах песок, ушибленное плечо простреливает болью, и она пытается отползти, но Стас сильнее. Садится сверху и заводит обе руки за спину.
- А что это у нас тут? – Мира чувствует, как он тянет из кармана штанов наушники, и дергается. – Ничего, говоришь, с собой нет? – она не видит, но чувствует, как Стас ухмыляется и дальше происходит совершенно невероятное.
Потому что он обматывает провода вокруг ее запястий и стягивает. Не туго, но достаточно крепко, чтобы она не могла вырваться.
- Мне интересно, ты чему-нибудь научилась за эти тринадцать лет, а?
- Слезь с меня! – кричит Мира, поводя плечами, и Стас зажимает ей рот ладонью.
- БДСМ пробовала, нет? Тогда тебе точно понравится, - второй рукой он шлепает ее по бедру и Мира мычит в грязную, пахнущую рыбой и… коноплей ладонь.
Стас приподнимается и одним движением стягивает с нее штаны и белье, сжимает оголившуюся плоть до боли, оставляя на коже красные отпечатки, и глухо вздыхает, а Мира понимает, что это конец.
Она испугалась, когда волна смыла ее за борт, решила, что пришла ее смерть. Чувство промелькнуло где-то на грани восприятия, придавленное неизбежностью свершившегося факта, оставив после себя грустное принятие собственной участи.
Но то, что делает с ней Стас, вызывает неподдельный ужас. Распятая, лишенная возможности двигаться, униженная и беспомощная в его руках, несогласная, но вынужденная подчиняться – вот что рвет изнутри. Он не оставляет ей шанса, не говоря уже про выбор. Берет то, что считает нужным, то, на что она своего согласия не давала.
Словно Мира вещь или игрушка, а не человек!
Она выгибается дугой, когда он проталкивает ладонь между крепко сжатых бедер и воет, заливая слезами щеки и его руку, все еще зажимающую рот. Видит Бог, она всегда старалась быть хорошей.
Уступала друзьям лучшие места в кино, вставала пораньше, чтобы выгладить Марку рубашки и приготовить завтрак, помогала родителям в ущерб себе не для того, чтобы кто-то мог надругаться над ней просто потому, что захотел.
Добрая, отзывчивая, правильная Мира и всегда на последних ролях. Зависит от тех, кто сильнее, тех, кто не оставляет выбора, кто всегда и все решает за нее! Мужчин, которые думают, что она принадлежит им!
И Мира кусает собственные губы, чтобы через них вгрызться в пальцы Стаса, чувствуя, как во рту ее кровь смешивается с его и, давя сильнее, прокусывая до мяса, до самой кости.
Его крик далекий и полный боли Мира слышит как будто извне. Когда он дергает ладонь на себя, ее голова двигается следом так, что хрустят шейные позвонки. Хватка слабеет и Мира утыкается лицом в землю. Ее тихий плач эхом разносится по плато и медленно трансформируется в смех, глубокий дикий хохот, от которого кровь стынет в жилах.
Она переворачивается на спину и пропускает связанные руки через согнутые в коленях ноги и садится. Стас стоит рядом и смотрит на истекающую кровью руку.
- Ты… ты откусила мне палец! - хрипит, сам не веря тому, что говорит. – Ты больная!? – и Стас срывается на крик.
На плато со стороны пляжа вылезают Паша и Максим. Мира видит, как меняется лицо последнего, и только потом понимает, что сидит на земле со спущенными до колен штанами, перемазанная кровью и со связанными руками.
Двусмысленного толкования ситуации быть не может и Максим бьет Стаса в лицо, сбивая с ног, пока Паша, красный как рак, освобождает ее руки и отворачивается, чтобы она могла одеться.
Встает Мира уверенно, но потом чувствует, как кружится голова и ее ведет в сторону. Паша вполне невинным жестом протягивает к ней руки, но Миру словно током прошивает – она не дает к себе прикоснуться и удерживает равновесие самостоятельно.
Губы дрожат и, когда Максим подходит ближе и берет ее лицо в ладони, Мира хочет оттолкнуть и его, но сдерживается. Потому что, если не доверять Максиму, то кому?
Кто на этом Богом забытом острове вступится за нее в следующий раз? Или лучше спросить, встанет в очередь? Мира вспоминает про Лидию и с ненавистью смотрит на Пашу, отчего тот краснеет еще больше.
- Чья это кровь? – спрашивает севшим голосом Максим и Мира теперь смотрит на него.
По глазам видно, что она оценивает и взвешивает только ей одной ведомые величины и, наконец, кивает в сторону Стаса, избитого и окровавленного. Мира видит, что на губах Макса зависает еще один вопрос и ждет. Даже если он его задаст, она отвечать не станет.
Но Максим деликатно молчит и вдвоем с Пашей они поднимают Стаса с земли и несут в лагерь. Мира идет за ними, чувствуя, как саднят прокушенные губы и натертые проводами запястья.
На берегу с их появлением начинается настоящая паника. Илья и Вика заваливают ребят вопросами, на которые отрывочно отвечает Паша, хотя откуда ему знать о том, что произошло там, наверху!
Максим молчит, погруженный в свои мысли, а Мира отдает себя в руки на удивление собранной и серьезной Лидии, которая обрабатывает ее раны, смывает принесенной проточной водой кровь с рук, лица и груди.