Страница 2 из 5
Ночью сияющие звезды открывали все тайны и таинства Любви, погружали в мир снов и сновидений, навевали и напевали песни о невероятном, несбыточной и чудесном времени.
Ромка осенью должен был уйти в армию, влиться в ряды Вооруженных Сил России. Весной принесли повестку, но почему-то все отложилось до осени. Теперь он пребывал в растерянности от известных событий в жизни своей и его подружки.
Как говорили раньше – детки, используйте резиновые изделия по назначению! И не будет у вас никаких проблем!
Но это была Любовь. Она постучала в их двери неожиданно. Первая Любовь, первый поцелуй, первое прикосновение, первый запрет…
Они гуляли по набережным и спящим улицам, целовались до одури в незнакомых проходных дворах, а потом узнавали друг друга на родительской постели, когда те отбывали на дачу. И квартира у Ромки пустовала.
И теперь они не знали, что делать с последствиями своей Любви. Плод их прекрасной первой Любви чувствовал себя хорошо, уже имел ручки и ножки, даже шевелил пальчиками.
На УЗИ Юльке сказали: « У вас будет девочка!»
В женскую консультацию Юльке пришлось идти вместе с мамой. Когда она призналась во всем маме, Раиса Константиновна была в шоке.
Их послушная, воспитанная, дисциплинированная, ответственная девочка, которая училась на «отлично» почти по всем предметам, любила читать книги, была умной, познавательной, доброй, милосердной, очаровательной, вдруг слетела с катушек и влюбилась.
Мама замечала, что с Юлькой что-то происходит, но в подробности не вдавалась. Дочка приносила « пятерки». Замечаний в дневнике не было. А больше родителей ничего не волновало.
Но когда мама однажды увидела округлившуюся Юлькину фигуру, и живот уже скрыть было невозможно, маленькой Лолите был устроен допрос с пристрастием.
Делать аборт было уже поздно. Да и последствия от этого прерывания беременности могли быть непредсказуемыми. Наступало время родить малыша. Но что делать потом с этим плодом Любви ни мама, ни папа Юльки не знали.
На семейном совете было принято решение родить маленького. Но потом Юлька должна была написать отказную. Становиться бабушкой в 38 лет Раиса Константиновна не собиралась. Все эти мысли она попыталась донести до своей дочери.
Юлька плакала.
Сегодня в полночь она родила девочку. Малышка была замечательная – 3.200, 52 сантиметра. Ручки, ножки на месте. Сейчас она жалобно хныкала, хотела прижаться к теплой материнской груди, почувствовать ее запах и тепло.
Юлька не собиралась на нее даже посмотреть, а тем более брать на руки и давать грудь. Она прятала глаза и отворачивалась, как могла.
Женщины в палате смотрели в ее сторону осуждающе, но ничего поделать не могли. Юлька ни с кем не хотела разговаривать.
Даже старые сестры и санитарки, много лет отработавшие в роддоме, все повидавшие и ни чему не удивляющиеся, качали головой и говорили: « Вот ведь глупенькая! Все наладится!»
А Ромку забрали на сборы. Юльку он не видел, в роддом не отвозил. И ничего не знал о том, что у него родилась прекрасная малышка- лапочка дочка. Шампанского Ромка не разбивал и жизни не радовался.
Так началась наша грустная история о Любви и жизни.
Васильковое платье. Людмила
« Жизнь так изменчива, что надо ловить
счастье, пока оно дается в руки…»
( цитаты о жизни )
Санитарка открыла дверь в палату.
После огромной родилки, где все роженицы сходили с ума и вели себя не всегда адекватно, это помещение казалось маленьким, почти крошечным. Всего лишь семь кроватей по периметру.
Конечно же, нужен был ремонт. Победить, покрасить, подштукатурить… Но больница была старой, почти старинной. Средств не хватало. Ремонт намечался в перспективе. Он и сейчас шел, но в другом крыле здания.
Поэтому всех родивших скомпоновывали, укомплектовывали, уплотняли. Мест в отделении не было. Но на коридоре никто не лежал. Всех распределяли в палаты. Хотя палаты были не резиновые. Перезагрузка все же была. Но это было не так уж и важно.
«Вот ваше место!»– санитарка положила вещи Людмилы на кровать у двери,– « Заправите сами!»
Людмила взяла простыню и стала расстилать ее на кровати, погружая в нее матрас в прорезиненном наматраснике. Она взбила подушку, надела наволочку и заправила одеяло в пододеяльник. Получилось неплохо. Белье было чистое.
Женщина положила свои вещи в тумбочку рядом с кроватью, сняла халат, осталась в одной ночнушке и легла.
Людмила устала. Сегодня ночью она родила близнецов. Это были два богатыря, по 4.600, 56 сантиметров. Самое интересное, что во время УЗИ никто второго ребенка не видел. И доктор всегда говорил: « Вы много едите и пьете. Диету не соблюдаете. Вы откармливаете ребенка, не сможете родить сами. Нужно будет делать кессарево сечение».
Роды были тяжелыми, затяжными. Ее стимулировали. Но все обошлось! И как была удивлена акушерка, когда родился второй малыш. Бригада была потрясена!
И теперь Людмила отдыхала.
С мужем Виктором они познакомились еще давно, в институте. На третьем курсе поженились и прожили вместе уже двенадцать лет. Жили дружно, хотя всякое бывало.
Их семья была счастливая. Виктор во всем помогал ей. Порой они все делали вместе- и картошку чистили, и жарили. И смеялись. Виктор рассказывал свои бесконечные истории. Он их знал немерено.
Если на радио-волне звучала прекрасная Музыка, они даже танцевали на тесной кухоньке. Это было прекрасно! Счастливая семья, счастливая жизнь…О которой все мечтают, но которая не у всех получается.
В каждой избушке свои погремушки.
Были у них и ссоры, и разногласия. Но все спасала Любовь. Любовь, которая терпит, спасает, врачует, понимает, поддерживает.
Они никогда не ложились спать порознь, даже поссорившись. Как говорится, попа к попе, но вместе, рядом, под одним одеялом. И к утру уже все налаживалось. Они снова любили друг друга, были друзья навек, на всю оставшуюся жизнь.
У Людмилы и Виктора старшая девочка Оксана уже ходила в школу. Второй ребенок был необходим. И желательно мальчик. Виктор хотел сына. Он смотрел на огромный живот жены и шутил: « Ты родишь мне Илью-Муромца. У нас будет Чудо-богатырь!»
Людмила улыбалась. Она представляла лицо Виктора, когда он узнает о близнецах. Она план по рождению сына перевыполнила. Теперь у них с Виктором было два сына.
Она посмотрела по сторонам. Ее взгляд остановился на Юльке. Та лежала, сжавшись в комочек, затаила дыхание. Но все равно она дышала часто и неровно. Слезы катились по лицу.
Людмила подошла к ней: « Чего ты рыдаешь? Ведь все же хорошо! Все живы! Кто у тебя родился? Девочка? Значит, ты родила принцессу!» И она погладила Юльку по голове.
Дверь в палату распахнулась.
« Мамочки, готовьтесь к кормлению! Дети голодные! Грудь помыли, помассировали. Гигиена прежде всего!» – высокая медсестра оглядела всех лежащих на кроватях.
Палату заполнили вчера вечером. Здесь лежали родившие женщины в одни и те же сутки.
Все завозились, завздыхали, стали просыпаться, подходить к раковине в углу палаты. Санитарная комната была на этом же этаже, но дальше по коридору. Но вода в раковине была, и даже горячая.
Мамочки, как их всех ласково называли в роддоме, гигиену омовения провели и уже лежали в кроватях, ожидая когда им принесут их ненаглядных чад.
За дверью по коридору загрохотала тележка. Ее тащили по каменным плиткам коридора. И все это производило слишком много шума. Но все заглушал нестройный хор младенцев. Они пели на разные голоса.
Девушки встрепенулись. Каждая знала своего ребенка по голосу. Это был свой, родной.
Дверь открылась.
Медсестра ввезла в палату каталку. На ней рядком лежали младенцы, крошечные человечки со сморщенными личиками. Они были ловко упакованы в одеяльца с пеленками. Под головами тоже была пеленка. Так как человечки еще не умели даже держать голову.