Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 123 из 129

Когда-то я просила о чуде, представляла себя и Эрвина обнявшимися, осыпала картину золотой пыльцой цветка, с замиранием ждала ответа, которого при таких усилиях не могло не быть. Оказалось, что я совсем не гений медитации, потому что чуда не случилось, а держаться в радостной фазе сотворённого мира было глупо. Я загнала себя в рабство, когда решила, что знаю как должно и не должно быть, в тот момент собственноручно отрезала себя от божественных путей.

Спустя время, интуитивно я дала свободу своим желаниям, позволила жизни вести себя. Подсознательное знание, что вся картина того, как мы с Эрвином счастливы, ещё не может полностью проявиться физически, но полностью присутствует на уровнях более высоких измерений, облегчило мне путь к Источнику. Позволение шаг за шагом вело меня к нему.

 

Драконы Гром, Лара, Дюк и Яго встретили нас оглушительным рёвом. У Верга хватило ума, не убивать их, а только усыпить. Вся растерянная мгновенной сменой обстановки группа бывших пленников стояла в леваде Овечечки и озиралась, стараясь осознать произошедшее.

Я разомкнула руки, которые ни в какую не хотели размыкаться, словно отдельно от меня зажили своей жизнью. Эрвин медленно повернулся ко мне, чуть не утопив в море чувств, которое плескалось в глазах.  

— Нам надо к Ледяному озеру.

— Сима…

— Меня зовут Соня. Я тогда пошутила.

Тону в его бездонной глубине глаз, зависаю, словно рыба на крючке. Эрвин делает невидимый шаг навстречу, но Добромир обрывает наш  зрительный контакт —  разговор двух душ.

—  Соня, полетишь со мной?

Он так уверен, что я выберу его – единственного, кто смог пробиться сквозь завесу забвения. Но наперекор всем рациональным доводам я хочу быть с Эрвином. У меня сейчас нет сил быть вежливой и благодарной, маскировать своё истинное желание. Случись взгляд Добромира, полный ожидания и надежды, в первый миг нашего знакомства в лагере перед гонкой, я бы лишилась чувств от потрясения. Человек, спустившийся из пантеона Богов на землю, обласканный фортуной, женским обожанием и золотым тельцом, счастливейший из смертных, приготовился услышать «нет».  Набираю воздуха в грудь, и...

— Соня  дала согласие лететь со мной, — говорит Вышнев. Его уверенностью можно пилить ржавые трубы.

— Да, —  выдох облегчения.  

Невозмутимость Добромира даёт трещину, на его лице досада, разочарование и отчаяние. Его болезненная реакция не сбивает мои настройки. Когда-то давно моя душа выбрала Эрвина, ей безразличны игры разума и здравый смысл.  

После побега из здания Меры все двигаются, как в замедленной съёмке. Кандалов нет, а словно они ещё есть. В полном молчании наша группа рассаживается на драконов. Маленькая заминка происходит, когда Мечислав просит Асю уступить ему Яго, он хочет лететь вместе с Авивией. Асанна отдает своего дракона без возражения и садится к  Ларри. Только Добромир в одиночестве поднимает Грома и самый первый взмывает в небо.

Путь к озеру проходит как в тумане. Я бы могла лететь так вечно, прижавшись к Эрвину и уткнувшись носом в его затылок. Наполнив сердце молекулами любимого запаха, кладу голову к Эрвину на плечо. Я слышу стук его сердца, замираю от счастья, потому что наши сердца бьются в унисон. Золотые блики солнца проникают сквозь закрытые веки. Мне не открыть глаз, слишком слепящее солнце, слишком всеобъемлющее счастье, слишком великое блаженство. Ветер прохладными струями ласкает пылающее лицо. Я прижимаюсь сильней к спине Эрвина, его одобряющий взгляд через плечо даёт мне полный допуск. Нежность пропечатывает каждую клеточку моего тела, проникает в ДНК, закручивается спиралью и шепчет «люблю».

Я указываю, куда приземлиться. Это наше с Эрвином место, хотя он не помнит этого. Не помнит, как  делал перину из хвойных веток, укрывал меня широкими листьями, согревал руками. Воспоминания сладкой волной дурманят, мы осторожно плавно снижается. Когда вся компания оказывается на берегу, я сбрасываю башмаки и направляюсь к воде.

— Соня, не ходи туда. — Эрвин догоняет меня, заглядывая в лицо, —  озеро  опасно.

Я задерживаюсь у кромки воды, улыбаюсь ему, прямо в одежде шагаю в воду и небольшим кивком зову за собой. Оракул полностью излечил меня, я не хромаю, рука не болит. Несколько неторопливых шагов в глубину. Вода по колено, потом по пояс, но я не останавливаюсь, продвигаюсь вперёд.

Жители Верховии бояться Ледяного озера. К нему не ходят из интереса или любопытства, даже окрестности вокруг озера вызывают панический ужас у верховенцев.

Не сосчитать сколько раз Ледяное озеро звало меня к себе, приманивало, пыталось поделиться секретом. Однажды ночью ему удалось смести заслоны ума, и я как лунатик побрела в глубину. В тот раз Эрвин остановил меня. Если бы он не помешал, проснулся так не вовремя, возможно, уже тогда я узнала тайну этого места. Каждый раз, когда я попадала сюда, озеро пыталось помочь.

Вода по грудь. Сзади плеск. Кто-то вошёл в воду, торопится вслед за мной. Не оглядываясь, иду вперёд и ныряю. Плыву под водой в потоке любви, подчиняюсь ему, становлюсь им, открываюсь ему.  Мне не нужно дышать, я ныряю глубже. Свет заполняет каждую клеточку моего тела.  Дышит любовью что-то более глубокое, чем мой разум.

Мне не надо зарабатывать любовь, нет необходимости ничего достигать, быть кем-то или чем-то, чтобы получить безусловную, вечно текущую, непрекращающуюся любовь. Я создана быть достойной любви, которая всегда непрерывно текла во мне. Я всегда буду любима, как и все.  

Озеро удаляет привычные фильтры ума, я  растворяюсь, отдаюсь его энергии. Оно внутри меня живёт, дышит, любит меня лишь за то, что я есть. В этом пространстве восприимчивости я вижу легкодоступные решения, чудеса и руководства. Океан возможностей даётся мне легко и без усилий.

 Выныриваю недалеко от Эрвина с блаженным выражением лица, улыбаюсь ему, он с трудом выдает ответную улыбку посиневшими губами.

— Вот и всё, — подплываю, — ты молодец.