Страница 4 из 45
Кавай тем временем рассыпался в любезностях, а потом весь подобрался и грозно гаркнул что-то нечленораздельное в сторону, куда улизнул серый пацан. Из дверей мгновенно материализовались женщины разных возрастов: они испуганно сгрудились перед хозяином, бросая на меня и ведьму взгляды, полные паники.
– Смотри, – громкий перешепоток серых дам не стал для меня тайной, – ведьма-то, похоже, из анахов…
– Да что ты, – голосок повыше, – у них же кожа синяя! Хотя, конечно, уродка такая же…
Я нервно рассмеялась: уродка?! С моей точки зрения, уроды – именно они. Хотя и моя персона не должна показаться местным привлекательной. Так что стала понятна пауза толстяка перед словом «красавица». А я-то, дурочка, приняла «комплимент» за чистую монету.
– Цыц, ванаги (Прим. Ванаги – мелкие неприметные птахи с громким криком)! – гаркнул на них кавай. – Это не ведьма!
Проводите лучше гостей в комнату хозяйки!
Тут все завертелось, закружилось, меня потащили наверх по винтовой лестнице, через пару поворотов по низеньким кривым коридорчикам. Когда же, наконец, все вокруг немного стихло, я обнаружила себя в небольшой комнате с плотно закрытыми шторами и одной горящей свечой. В легком полумраке с трудом разглядела огромную кровать, на которой лежала женщина с изможденными чертами лица, обрубок носа был еще резче и острее, чем у кавая. Со стороны кровати доносились странные ритмичные клокочущие звуки. Вокруг женщины стояли три молчаливые персоны. Похоже, одна из фигур – это колдунья, вторая – сам кавай, а третья… как раз подходила ко мне.
– Ты помощница ведуньи? – робко спросила приветливая молодая женщина.
Волосы незнакомки были тщательно уложены в высокую гладкую прическу, отчего круглые серые глаза казались почти огромными.
– Скорее я ее потенциальная пациентка, поскольку потеряла память и пришла просить помощи у хозяина, – устало ответила я, не в силах больше удивляться.
– Кавай – хороший человек и в помощи не откажет! – решительно проговорила девушка. – Даже таким, как ты.
Я пожала плечами, поскольку и не спорила: это в моих интересах.
У кровати раздался шум, и мы обернулись. Ведьма склонилась над больной, прикасаясь к коже звенящим предметом.
– А что у вас случилось? – тихо спросила я.
– У главной мамы третий день икота. Ни есть не может, ни спать, измучилась совсем!
– Вы дочь кавая? – поинтересовалась я, вспомнив, как Рови говорил, что болеет его мать.
– Дочь второй жены кавая, – с гордостью ответила она. – Но главную маму я тоже люблю. Она меня не обижает, – добавила девушка, а я с изумлением пыталась осознать сказанное. Тут что, типа гарема? И вся эта стайка серых женщин… Раздалось шипение, легкий вскрик, и все стихло. Ведунья откинула с лица пряди волос и облегченно вздохнула:
– Ну, вот и все! Теперь поспите, а утром…
Но тут больная женщина подняла глаза в наш угол. «Главная мама» с шумом втянула воздух дырочками продольных ноздрей и уставилась в мою сторону расширившимися глазами. Я удостоверилась, что за моей спиной никого нет, и изумилась, чем же моя скромная персона так взволновала хозяйку. Наконец сцена из «Ревизора», успевшая порядком потрепать мне нервы, закончилась. Казалось, женщина заново вспомнила, как дышать, и попыталась что-то сказать. Попытка не удалась, зато ее хрип вывел из недоумевающего ступора старосту.
– Дорогая, что с тобой? – взволнованно спросил тот, поглаживая тонкую руку жены.
– Что со мной? – возмущенно взвизгнула женщина. – Ты клялся, что больше баб водить в дом не будешь, и так ораву натащил – кормить скоро станет нечем! Теперь еще и моде решил поддаться и притащил иностранку?! Да я с тебя шкуру спущу!
– Ну что ты, – растерянно проблеял кавай, испуганно метнув затравленный взгляд в мою сторону. Я вдруг четко осознала, что это действительно было в планах уродца, и содрогнулась от мерзости. – И в мыслях не было, дорогая…
– Смотри у меня, – грозно прорычала женщина, но все еще косилась на меня, как лошадь на пожар.
А кавай тем временем счел за благо переменить тему и разразился благодарственной речью в честь ведьмы. Он потащил женщину из комнаты. По пути неугомонный толстячок подхватил под руку и меня. Я послушно потопала за хозяином вниз по лестнице. Сопровождаемые витиеватой речью, мы с колдуньей попали в ярко освещенную столовую. Ведунья весело подмигнула мне, словно мысли прочла, а я лишь кисло улыбнулась. Не люблю попадать в гаремы, хоть ни разу и не приходилось.
Казалось, что в столовой терпеливо ожидали нашествия многочисленных родственников. Пятиметровый монументальный каменный стол был уставлен разной снедью. Нас усадили, причем речь кавая, ни на секунду не прекращавшаяся за наш переход, вылилась в высокопарный тост. Похоже, серенький мужичок пытался загладить передо мной вину. Он всячески подчеркивал, как любит свою жену и как рад ее хорошему самочувствию. Выпив за здоровье исцеленной бокал багрового вина, ведунья тихо обратилась ко мне:
– Кто ты?
Поднадоевший вопрос! Я послушно повторила свою краткую биографию, решив, что сегодняшний вечер я уже забыть не должна ни при каких обстоятельствах. И, вспомнив о потерянной памяти, озвучила просьбу о помощи в обретении оной. Ведунья, представившаяся Марвией, надолго задумалась.