Компас

Отдых мне был чрезвычайно необходим. После стольких приключений даже моё бессмертное тело требовало своего. Демоны, предатели, даже надвигающийся хаос не должен меня остановить перед долгожданным отдыхом.

— Смотри, вот выход. Ещё немного, и мы выберемся отсюда, — с коварной улыбкой произнёс демон, который утёр нос своей сестре, но я не обратил на это внимания; мне хотелось как можно скорее покинуть это место.

— Ты поплатишься за то, что тронул меня и забрал силу. Вы не уйдёте-е-е! — знакомым голосом позади нас раздался выкрик. Зависть с бешеным взглядом с помощью своих рук двигалась большими прыжками, с каждым из которых сокращала дистанцию между нами.

— Алекс, она догадалась, шевелись! Либо нам придется драться с ней! — с отчаянием выкрикнул демон.

— Я бегу на максимуме. Больше не могу! — сообщил я Гневу, прикусив нижнюю губу и толкая себя вперёд изо всех сил.

Твою мать, что же делать? До выхода совсем немного осталось. Вот приспичило этой змее нас догонять! Могла бы спокойно посидеть у себя в норе и не трогать нас, ан нет, решила покарать меня за то, что тронул и взял её драгоценную силу. Ну, что прикажите теперь делать? Шансы на то, что мы уйдём отсюда целыми, катастрофически отпадают. Чтобы исправить всё это, нужно подумать и придумать план. А кто мне это даст?

— «Я помогу», — в голове раздался голос того, кого я не хотел видеть.

Милина вышла из-за моей спины, превратившись в черную сову-грифона. Когтистыми лапами она встретилась с Завистью. На мгновение я решил остановиться и вернуть её обратно, но удар Гнева пламенем по стене разбудил чрево пещеры, вызвав обвал. Я не видел, что происходило между Милиной и змеёй. Когда я увидел обвал, под которым мог оказаться, это заставило меня забыться и думать лишь о спасении собственной шкуры.

Мгновение, я выпрыгиваю из пещеры, и позади меня происходит обвал, полностью погребая выход из неё. Тяжело дыша и выйдя из взвинченного темпа, я упал на бок. Гнев, довольный своей победой, потёр демонические ладони. — Ты это сделал! Я даже подумать не мог, что у тебя получится! Как же сестра будет завидовать тому, что я нашел такой замечательный сосуд! Мне так хочется увидеть выражение её лица.

— Хочешь… могу устроить… — истошно произнёс я.

— Нет, спасибо, мне и этого хва… — демон осёкся, увидев меня, лежащего на земле. Подлетев ко мне, он приподнял меня. — Слушай, а это случаем не Старшая дриада выскочила из тебя и остановила мою сестру? Не завидую я ей, — Гнев скривил недовольную рожу.

— Что ты хочешь… этим… сказать?..

— Ну, понимаешь, у моей сестры очень скверные вкусы… Если она поймает твоего фамильяра, я боюсь, что от неё ничего не останется. Так сказать, ты потерял части своей души и духа, отдав её Зависти.

— Что?! — я попытался встать, но ничего не вышло.

Побочный эффект от использования способности быстрого темпа приводит тело в нерабочее состояние. Лишь через несколько часов я смогу двигаться, а через день — полностью использовать магию и Дей-ча. Но сейчас я выгляжу как сломанная игрушка.

— Тише-тише, сейчас она вряд ли что-то с ней сделает. Я это точно знаю. Поначалу она прикинет, кто такой твой фамильяр, а уже потом подумает, что можно с ним сделать.

— Она часть меня… Я могу приказать… вернуться ко мне… обратно.

— Не хочу огорчать тебя, тёмный, но она оказалась во владениях моей сестры. Ничто не может покинуть или войти туда без её ведома. Если хочешь спросить о нас с тобой, то отвечу: мы исключение. Я же демон, как и моя сестра, на меня это не распространяется, а ты мой сосуд. Мы с тобой единое целое, так что её власть над нами равна нулю. А что касается твоего фамильяра… Она сама вышла из тебя, не взяв и крупицы моей силы. Таким образом, на ней сыграет магия Зависти. Сейчас твой фамильяр заперт и не сможет покинуть её владенья, пока она не разрешит.

— Чёрт! — истошно прокричал я, завыв от боли в сердце.

Милина пожертвовала собой ради меня, а я, вместо того, чтобы остановиться и помочь ей, не оглядываясь бежал дальше, сделав вид, что так и должно быть. Каким же чудовищем я стал, предав своего друга, забыв и откинув все моральные ценности, думая лишь о себе одном! Может, правду говорили тогда, в Кантерлоте, что я и есть демон?.. От переизбытка чувств организм дал сбой, и меня накрыла пелена сна.

Однажды мне довелось прочитать один рассказ, который очень сильно зацепил. Сидит один шаман долго и не шевелится. К нему присоединяется его внучка лет семи. Сидит такая и смотрит на него. Прошел час, два. Она не выдерживает и задает ему вопрос:

— Дедушка, скажи, чем ты сейчас занимаешься? — полюбопытствовала она. Ей хотелось понять, что с ним происходит.

Шаман, приоткрыв глаза, коротко ответил:

— Во мне идет борьба.

Этот ответ раззадорил её. Она решила не останавливаться на достигнутом и продолжила:

— А с кем ты борешься?

Дедуля понял, что от него просто так не отстанут, и решил утолить любопытство внучки.

— Страшная борьба между двумя драконами. Один олицетворяет зло. Олицетворяет ярость, зависть, печаль, сожаления, жадность, высокомерие, негодование, ложь, ревность, фальшивую гордость… и эгоизм. Другой же — добро, радость, мир, любовь, надежду, смирение, доброту, сопереживание, правду, верность, сострадание… и веру. Такая же битва идёт и в тебе, — шаман встал и пошёл к себе.

Внучка озадачилась словами шамана. Она повернулась к нему и крикнула:

— А какой дракон победил?

Дедушка, не поворачиваясь, ответил, приоткрыв вход в своё жилище.

— Тот, которого ты кормишь, — с этими словами он вошёл в жилище, оставляя внучку в задумчивости.

Два дракона — белый и чёрный — сражались между собой. Было видно, что чёрный с каждым ударом всё больше доминировал над белым. Последние остатки добра, что так пытались сыграть на меня, испарились, давая полную власть тьме, что обволокла мою душу. Дракон, поглотив белого, увидел меня; оскалившись, он рванул, раскрывая пасть.

Тело дёрнулось, и я подпрыгнул на месте. Покрываясь холодным потом и тяжело дыша, в панике озирался по сторонам. Впервые в своей жизни мне пришлось встретиться со своим страхом лицом к лицу. Я конкретно не помню, что увидел, но точно ощутил его присутствие. За столько времени, проведённом в этом мире, мне наконец-то что-то приснилось. Обычно, когда закрываю глаза, я вижу либо пустоту, после чего через мгновение наступает новый день, либо вообще время пробегает молниеносно. Даже не успеваю сообразить, отдохнул или, наоборот, вообще не ложился.

Но сейчас всё было по-другому. Сон оказался настоящим, но при этом плохим. Конечно, я не против, даже благодарен этому, но можно было бы быть и не таким страшным. Я чуть коньки не двинул от страха. Хвала моей бессмертной сущности, что умереть от такого пустяка сложно. Но хватит об этом; сейчас нужно осмотреться и понять, где я сейчас, и после подумать о дальнейшем.

Я встал с земли, и первым, что попалось мне на глаза, оказался густо заросший лес. Конечно, как же без этого! Только вышел из одного места, на тебе ещё одно! Как мне это уже осточертело; хочется чего-то новенького, где не нужно прятаться ото всех, где большой город и всё в этом духе. Хочется, одним словом, цивилизации, а не жить в образе аборигена.

Не стал я больше ничего придумывать, а решил всё просто: сейчас попытаюсь найти самую высокую гору и взберусь на неё, после найду город. Там нужно ненадолго обосноваться и после пересмотреть планы по захвату Кантерлота. Вбежав в заросли, я даже не подумал, что за ними может скрываться край утёса. Как только начал бежать, сразу же на всех парах затормозил, оказавшись у самого конца обрыва. Стоя неподвижно, словно статуя, и не веря в свою удачу, я тихими шажками сдал назад. Струхнув и тяжко выдохнув, сбрасывая с себя напряжение, я с лёгкостью осмотрелся.

Пейзаж меня не очень сильно обрадовал. Весь край был утыкан разными искорёженными скалами, стремившимися вверх. Сама площадь была разделена на разные участки. В каких-то была жизнь цвета и благоухала фауна, в других земля полностью стала безжизненной и покрылась множеством шрамов, которым и за тысячу лет не зажить. В них горело, подобно гейзерам, пламя, которое стремительно вырывалось к небу. Весь этот, так сказать, хаос закрепил летучий замок, что висел воздухе над всем этим безобразием.