Страница 26 из 31
Маги были взрослыми людьми и хорошо понимали, что очень рискуют. А ещё беспокоились о том, что если проговорится один, то погибнут все. Потому поклялись на магии. Магическая клятва ограждала их от риска нечаянно выдать сообщников в руках дознавателей тролля.
Эта предусмотрительность, пришедшая в голову не Юлинису, а другому магу, спасла жизнь именно Юлинису и его другу, но не автору здравой мысли.
Кража накопителей прошла удачно. Маги опустошили почти весь склад, каждый нагрузившись под завязку. И разошлись в разные стороны.
Юлинис, сын бедняков, распорядился своей долей рачительно. Какое наитие подсказало ему не тащить домой кристаллы? Помнится, этой здравой мыслью он даже поделился с другом, который, подумав, согласился и сделал также. Это их и спасло.
Когда обнаружили хищение, то дознаватели, в первую очередь, кинулись к уцелевшим магам. А таких в городе оставалось всего восемь человек. У четверых обнаружили дома кристаллы со склада. Выдать своих подельников они не могли, клятва оградила.
Как благодарил Юлинис провидение, шепнувшее подельнику высказать такое предложение. И как жаловался тому же провидению, потому что большую часть его доли дознаватели всё-таки нашли. Случайно.
Действуя по принципу «не хранить все яйца в одной корзине», молодой маг разделил свою долю на три части и спрятал их в разных местах. И две из них нашли. По иронии, именно те, которые были спрятаны более надёжно, как он считал. Слава Сиянию, его самого не вычислили.
А у друга не нашли ничего. Он даже отблагодарил Юлиниса двумя кристаллами за дельный совет.
Создав какой-никакой гарантированный запас магической силы на какой-то отрезок жизни, маги озаботились мыслями противодействия «пиявкам». Было два выхода: убрать «пиявку» или с помощью другого блокиратора создать «антипиявку». Друзья долго обдумывали оба варианта.
Эх, им бы с другими магами посоветоваться, но не со сторонниками же Тимофеичера, в самом деле. А поехать в другой город мешало условие, заложенное в «пиявку». При удалении от своего поселения чем дальше, тем интенсивнее увеличивался забор магической энергии. Из-за этого условия жизнь в княжестве для многих магов замерла и оказалась на грани существования.
Друзья решили рискнуть, опробовав оба варианта. Как могли, додумались и разработали «антипиявку». Она должна была перехватывать передаваемый поток энергии и возвращать её владельцу. Идея была хороша, также как и удаление блокиратора. Но из-за недостатка знаний обе идеи сработали не так, как предполагалось.
Нашёлся лекарь, который за огромные деньги и два кристалла накопителей согласился удалить блокиратор у одного мага и, наоборот, поставить «антипиявку» другому.
Друзья бросили жребий. Юлинис вытянул установку «антипиявки», другу досталось удаление. А ведь мелькала в душе Юлиниса лёгкая зависть к другу, потому что оба подумывали, что у вырезавшего «пиявку» будет больше шансов на удачный исход.
Жизнь опять же показала, что всё складывается совсем не так, как от неё ожидалось.
Сначала решили сделать операцию Юлинису, как наиболее сложную. Друг ассистировал лекарю, контролируя правильную установку «антипиявки». Установили, и Юлинис чувствовал себя странно. Было ощущение, что в холку вогнали кол и постоянно его ворочают. Больно и неприятно. Откуда-то появилась тошнота.
В общем, как я понял – друзья, не разбираясь, закольцевали не те потоки, и образовалось пара порывов, как при том же недообороте маленькой Рьюши. Магия всё равно терялась, хотя и в гораздо меньшем количестве.
Пока Юлинис отлёживался, лекарь взялся за друга. Мы-то уже знали, что во всех операциях подобного рода требуется магический импульс, чтобы он обязательно выкинул остатки «пиявки», врастающей в ткани тела. Друзья этого не знали, хотя у них были под руками необходимые инструменты, те же кристаллы силы.
Как ни выковыривал лекарь крохотные остатки блокиратора, мелкие частички совсем раскрошились и проникли дальше, приводя магические потоки тела в хаотичный клубок. Юлинис с ужасом наблюдал за долгой агонией друга, не зная, как ему помочь. Не догадался протянуть руку за кристаллом, в котором, возможно, и было спасение.
В результате Юлинис завис на годы в состоянии «недооборота», по аналогии с Рьюшей. Единственное, что полузверем не стал. А вот энергетический каркас изрядно деформировался. В результате вся выработанная часть магической энергия сначала уходила через «пиявку», частично перехватывалась «антипиявкой» и, возвращаясь в тело, блокировала магические способности организма и вызывала постоянный дискомфорт. Юлиниса часто тошнило, кружилась голова, болели мышцы. Магом он фактически быть перестал.
Чтобы как-то прожить стал давать уроки грамоты простым людям. Маги из приезжающей комиссии, и даже сам Тимофеичер осматривали его с любопытством, цокали языками, качали головами и ничего не делали. Мол, живи как можешь, а это непредвиденный случай. Думаю, Тимофеичер знал, что попытка удаления блокиратора обречена на провал, потому не стал ничего предлагать. А, может, и не собирался, даже имея возможность помочь – это вполне в его духе.
Каково же было удивление Юлиниса, когда полтора месяца назад его остановил какой-то человек на улице.
– Скажите, вы ведь маг?
– Уже нет, – вздохнул Юлинис, – потому, если вам меня рекомендовали, ничем помочь не смогу.
На что странный человек потребовал разговора в месте, где никто посторонний не сможет их услышать. Юлинису терять было уже нечего. Мало того, что постоянно чувствовал себя плохо, магии нет, так ещё стал стремительно стареть и уже выглядел ровесником собственного отца. Потому абсолютно равнодушно удовлетворил просьбу незнакомца, не ожидая для себя ничего хорошего.
Каково же было его удивление, когда после снятия иллюзии он узнал в незнакомце давно пропавшего княжеского мага. Вполне здорового, правда, повзрослевшего.
Среди магической братии давно уже стали ходовым утверждение – если видишь мага в силе, то это ставленник главного мага Тимофеичера Гилона. Однако, судя по еле заметным признакам, барон Липуре к сторонникам нынешнего графа Гилона не относился. Вот с прежним графом барон был дружен.
На расспросы барона Юлинис отвечал охотно. И под впечатлением от воскрешения давно ушедшего в небытие барона нечаянно проболтался даже об ограблении склада накопителей. Так уж привык, что клятва сдерживает, а оказалось, что она уже потеряла всякую силу. Кроме Уэсты из тех, кто клялся, в живых не осталось никого. А мёртвым клятвы не нужны.
Вот тогда-то барон и посоветовал Юлинису отправляться в Гнездо Дракона. Сказал, что здесь ему гарантированно помогут избавиться от «пиявки», и намекнул, что и другие его умения могут пригодиться. Барон подробно расспросил о том, как они с другом делали «антипиявку» и распрощался, ещё раз настойчиво посоветовав отправиться в замок.
Узнав о возможности избавления от блокиратора, Юлинис необыкновенно воодушевился. Но возникли две трудности. Следовало на всякий случай отправить родственников куда подальше. И за месяц ему удалось их уломать на переезд в соседнее герцогство, благо, там жили какие-то родственники. Для этого всё-таки пришлось рассказать отцу частичную правду. Родители, как и многие простые люди, боготворили Тимофеичера, подпадая под магию очарования тролля. Отец недоверчиво качал головой, слушая откровения сына. И всё-таки родительская любовь оказалась сильнее доверия к троллю, родители уехали.
А вот второе препятствие было более труднопреодолимым.
Маг ещё помнил свои попытки передвижения вне города. Срабатывал какой-то механизм, и отток силы увеличивался тем больше, чем дальше он удалялся от города. Правда, после установки «антипиявки» и смерти друга он не пытался повторить проверку – самочувствие как-то не располагало к экспериментам. Да что там? Положа руку на сердце, Юлинис пал духом и жил просто по инерции, ни на что уже не надеясь.
И вдруг барон дал ему надежду. Пренебречь таким шансом было бы глупостью. Всё решалось наличием запаса силы.