Может?..

В субботу утром Анна сидела в особняке Николетты и корпела над бумагами. Занятия с Брэдом никто не отменял, более того, тот сам напомнил об их необходимости ещё в четверг, едва выбравшись из постели. Линии, схемы, буквы и цифры буквально расплывались перед глазами — сказывалась бессонная ночь, которую она провела вместе с Оливером в другом клубе, празднуя перевод и начало стажировки. Друг, к её удивлению, был очень рад сложившимся обстоятельствам, растрезвонил это всем знакомым, так что практически каждый второй считал своим долгом угостить Анну коктейлем. Ну Анна и наугощалась от души, а ранним утром, не успев толком протрезветь, отправилась на поиски машины. Как добралась до особняка не очень-то и помнила, но Брэда ещё не было на месте. Так почему бы не попробовать поспать хотя бы ещё один час? Она ведь не так уж и много просит… Сквозь дремоту Анна с трудом расслышала голос.

— Анна. Энни, проснись, — плеча коснулась чужая рука, потрепала легко.

— Зачем ты церемонишься? — вмешался другой голос, и добавил с ехидством. — Просто добавь воды.

Предложение ей не понравилось, пришлось открывать глаза и отлипать от стола. Потерев глаза кончиками пальцев, Анна уставилась сначала на Никки, стоящую рядом с кувшином с водой. Та хмыкнула, развернулась и отложила кувшин в сторону. Затем взгляд перешёл на Брэда, склонившегося над ней. Ох, чёрт. Она, что, в голос застонала?

— Ты не выспалась? — голос Брэда прозвучал странно. Даже не успев задуматься чем это может быть вызвано, Анна без задних мыслей кивнула.

— Всю ночь с Оливером тусили, я почти не спала, — и потянулась на стуле, разминая затёкшую спину.

— Где это вы «тусили»? — обманчиво мягко поинтересовались.

— В «Uptown», народу было…

— Опасно, — с усмешкой вклинилась в разговор Никки.

Тут-то Анна и спохватилась. Николетта, видимо от греха подальше, довольно резво вышла из помещения, оставляя их наедине. Она снова подняла взгляд на Брэда, чувствуя вину за своё поведение, но тут же сама на себя разозлилась. Какого чёрта? С чего бы ей вообще быть виноватой? Она не такая, как эта Никки, не собирается оправдываться и лебезить перед Хейлом.

— Вот как, — Брэд сощурился. — Весело провела время?

— Есть такое, — Анна огрызнулась, принявшись расправлять смятые её телом бумажные листы.

Брэд промолчал, сел на стул рядом, не сводя с неё глаз. От такого взгляда хотелось поёжиться, спрятаться куда-нибудь подальше. Действительно, опасно. Но злость так никуда и не делась. Чем дольше Брэд сверлил её взглядом, тем злее становилась она сама. Чего он вообще ждёт? Что Анна начнёт объясняться и клясться в верности? Да бред. Она никогда не станет так себя вести.

— Что-то не так?

Всё же выдержать эту мрачность в серых глазах было сложно. Поэтому Анна просто рискнула наобум, причём сделала это жёстко и твёрдо, аж сама собой загордилась. Она не будет говорить тихо и в пол тона, как обычно это делает та же Николетта. Они вообще с Хейлом всегда словно полушёпотом разговаривают, слышны лишь интонации — всегда спокойные, без эмоций. А вот она так не умеет, не хочет и не будет.

— Нет, — просто отозвался Брэд, но ничего не изменилось.

— Знаешь, пожалуй, я сегодня пас, — Анна поднялась, поправила бумаги, засунула в лежащий на полу рюкзак. — Нужно отоспаться, всё равно ничего в таком состоянии не пойму.

Руку резко перехватили. Брэд выпрямился, дёрнул её к себе, заставил поднять голову и заглянул в глаза. Второй раз в жизни Анна видела его таким. Первый пришёлся на ту ночь, когда ей сказали, что не потерпят истерик. А сейчас ведь даже близко не истерика. Так что ещё Брэд не потерпит в её исполнении? Чужая ладонь опустилась на горло, сжала совсем несильно, заставляя податься немного вперёд.

— Ну что ещё? — голос прозвучал с хрипотцой.

— На что ты злишься, Анна? — простой вопрос выбил остатки воздуха из лёгких.

Как он вообще может спрашивать такое? Зная и без того все причины, причиняя боль и заставляя терзаться сомнениями. Разве можно спросить у влюблённой в тебя девушки, регулярно ей изменяя, на что она злится? Но ответ всплыл совершенно неожиданно, даже не успел оформиться в здравую мысль, как сорвался с губ.

— На себя.

Анна откинула руку с шеи, закинула рюкзак на плечо, обошла Брэда стороной и направилась на выход. Какая же Брэд всё-таки скотина, жестокая, эгоистичная, самовлюблённая сволота. Она скинула рюкзак на заднее сидение, захлопнула дверцу, оглянулась на особняк.

Брэд стоял у окна и наблюдал за ней, сложив руки на груди, немигающим таким взглядом. Стало совсем не по себе. Но ещё хуже, когда за чужой спиной показалась Николетта, опустила ладонь Брэду на плечо, и тот обернулся. Анна не хотела этого видеть. Не хотела смотреть, как Никки тянется к нему за поцелуем. Не хотела даже знать, ответит ли Брэд взаимностью. Она на всех парах уносилась дальше от ненавистного дома.

Может, есть возможность прекратить эти занятия? Может, получится их перенести в другое место? Может, вообще напроситься заниматься к Ллойду? Просто она больше не выдержит. Если ещё раз внимательно проследит, как Брэд целует Никки, то просто… Просто… Зачем она вообще смотрела? Нужно было следовать инстинктам, а не дожидаться заведомо известного исхода. А может, останься она, прояви покорность, как та же Николетта, и оказалась бы вместо неё сейчас? Но Анна не умела делать хорошую мину при плохой игре. Она вообще не хотела играть. Желание плюнуть на месть и закончить всё прямо сейчас было слишком сильным. Но желание быть рядом с Брэдом всегда оставалось сильнее. Сможет ли она вообще воплотить свою месть?