Может?..

— Как насчёт провести здесь оставшиеся выходные?

Голос Брэда прозвучал довольно буднично, но Анна уловила странные нотки. По спине прошлась волна лёгкой дрожи. Так может, всё складывается как раз очень удачно?

***

На фоне Брэда сама Анна казалась себе ледышкой, хотя тот вроде как не жаловался, даже наоборот. Хриплый шёпот в самое ухо утверждал совершенно обратное. И хотя половину слов затуманенный разум просто не воспринимал, сам тон, которым это было сказано, не давал сомневаться. Они снова были близки. Но в этот раз ей самой разрешили выбрать ритм, отдавая власть прямо в руки. И она упивалась ею пока могла, пока было позволено, а Брэд даже и не думал помешать. Только касался так, что становилось невозможно сдерживаться. Эти прикосновения словно пробудили другого человека, совершенно незнакомого, рядом с ним даже время текло иначе и два дня стёрлись под воспоминаниями бесконечных поцелуев и ласк.

При других обстоятельствах, Анна непременно заинтересовалась бы здешней мебелью, но сейчас думала лишь о том, чтобы ненароком не свалиться на пол. Брэда похоже такие мелочи совсем не волновали. Он просто направлял её, но хватка жарких рук не оставляла сомнений — ей не дадут упасть.

Брэд расслабился, откидываясь на дубовую резную спинку. Прижал Анну к себе покрепче и кратко коснулся губами шеи, но не целуя, лишь выдыхая жарко. Провёл языком вверх, задержался у уха — она не видела, но был уверенна, что тот улыбается, — и прошептал с лёгкой хрипотцой:

— Ты требуешь всё больше внимания.

— Это не внимание, — лениво отозвалась Анна.

— Вот как? — притворное удивление. — А что же это?

Она промолчала, задумавшись. Когда туман рассеялся и она наконец осознала себя и положение, в котором находится, всё показалось не таким уж радужным, но об этом рефлексировать можно и потом. Так что же это? Может, желание? Может, ласка? Может, банально секс? Ничего не подходило. Чёрт с ним, пусть будет внимание. Но от неё явно ожидали ответа.

— Пусть будет приключение.

— Ты считаешь это, — он как-то странно выделил последнее слово, — приключением?

— А разве не с приключения всё началось?

Брэд тихо рассмеялся. Анна успела уже заметить, что тот никогда не смеётся в полную, только едва различимо, начиная со смешка, почти неслышно. Однако ей не хотелось говорить, хотелось только посидеть так ещё немного. Вроде никто пока и не прогонял.

— Хорошо, — миролюбиво согласился Брэд. — Ты требуешь всё больше приключений.

— На свою пятую точку, — ну вот, не удержалась.

— И на неё тоже, — всё ещё улыбаясь подтвердил Брэд.

А считает ли он это приключением? Анна нехотя немного отодвинулась, заглянула в светлые глаза, пытаясь понять было ли это согласием или нет. Может, и она для Брэда — приключение? Может, действительно, нет ничего серьёзного? Может, из-за собственной безалаберности она разрушила последнюю возможность влюбить этого человека в себя? Может, всё закончится так толком и не начавшись?

Брэд не уклонялся от зрительного контакта, только мягко провёл ладонью по её спине, позволяя пытаться разглядеть всё, что захочется. Вот только по глазам нельзя понять истинного мотива, и читать чужие чувства по ним Анна тоже не умела. Поэтому она просто вздохнула и потянулась за поцелуем. Может, это продлится ещё немного?

***

Домой Анна попала только ранним вечером воскресенья. Делать решительно ничего не хотелось, а мысль о подготовке к занятиям только провоцировала головную боль. Она бы с большим удовольствием вернулась обратно. Туда, где день смешался с ночью, где не было никаких обязательств, где всё охвачено огнём. Где нет никого, кроме них с Брэдом. Но чем больше времени проходило с их расставания, тем сильнее становилось осознание того, что именно она наделала и по чему сейчас искренне скучает. Быть того не может! Или может? А ещё наряду с прочей неразберихой в чувствах явственно проступал страх. И Анна до последнего пыталась его отрицать. Она боялась, нет, не боялась, ни в коем случае, просто беспокоилась, что на этом всё действительно закончится. Что Брэд больше не появится, не позовёт с собой, не обдаст нечеловеческим жаром. Конечно же, виной этому беспокойству — боязнь того, что весь план, хоть непонятно какой именно, провалится. Это показалось ей весьма веской и достоверной причиной.

«Какая ещё нахрен Джулия, Анна?» — подначивал внутренний голос. «Нельзя влюбиться за две недели в мужчину, который является мужем той, что ты обожествляешь», — сопротивлялась она в ответ. «Может, ты просто кое-чего о себе не знала?». Может. А может, просто не стоит называть это влюблённостью. Может, это временное помутнение сознания. Может, она просто привязалась, потому что давно не вступала ни с кем в отношения, кроме как в своих фантазиях. Брэда стало слишком много в её мыслях из-за частых встреч, из-за постоянного продумывания плана, и нет в этом никакой подоплёки, нет никаких чувств. Анна со злостью хлопнула ладонью по столу возле ноутбука. На экране пестрело последнее сообщение от Оливера: «Ты пропала чего-то. Созвонимся, как объявишься?»

Говорить сейчас с Оливером — всё равно что с ходу раскрыть все карты. Нужно сначала успокоиться, привести себя в чувства, проанализировать происходящее и придумать должную отговорку. Признаваться в том, что он переспала с Брэдом, Анна не собиралась. Оливер совершенно точно это осудит, ведь он предупреждал. Несмотря на свою ориентацию, друг точно был против секса без любви, потому что волновался за неё. Кажется, капкан защёлкнулся, причём она сама добровольно в него влезла и дожидалась, когда вместо охотника первым до своей жертвы доберётся хищник. Тот самый, кто оставил на ней след от своих клыков. Анне резко захотелось в душ. Отмыться от воспоминаний. Хоть она прекрасно понимала, что это не поможет.