Страница 75 из 103
— Это я и так знаю, — хмыкнула Корнелия.
Фея осторожно открыла книгу, будто там было что-то страшное, и тупо уставилась на страницы.
— А как это читать? Тут всё непонятно.
— Корнелия, — Бофара с трудом сдерживала смех, — милая моя, дорогая сестрица, попробуй для начала открыть книгу с нужной стороны. А то ведь вверх ногами действительно неудобно читать.
— Ой, ну да. Упс. Так. А, вот: з-за-а… за-кли-на-а-ни-и-е… Заклинание, — прочитала Корнелия. — Д-для… у-умен-ен… умень…уменьше-е-ни-и-я. Для уменьшения. Итак. Ага. Так. В общем.
Корнелия бросила платье на софу перед собой, вытянула руки над ним и произнесла, кося глазом в книгу:
— Конйуро эт конфирмо супэр вос Ангэли фортэс. Дэи эт сангини, ин номин магнум ипсиус дэ и бла-бла-бла, сплошная скука эта латынь, в общем пусть платье станет меньше. Аминь.
И тут произошло нечто странное. Вместо платья начала уменьшаться Бофара! Она становилась меньше и меньше, что просто таяла на глазах. Фея кричала, и крик её срывался на писк.
— О нет, заклинание подействовало не на платье, а на Бофару! Что же делать? — вскричала Лулу.
— Что делать? — растерялась Корнелия. — Ага, в книге должно быть сказано.
Фея повертела её в руках, но затем, оставив бесплодные попытки понять текст, швырнула её в Лулу.
— Читай ты, я устала.
— Я? Но я же не знаю латынь.
— Душенька! — пропищала маленькая Бофара. — Кто угодно знает латынь лучше, чем моя сестра.
Лулу открыла книгу, судорожно принялась листать ветхие страницы, чтобы найти нужное заклинание, периодически поглядывая на Бофару – не исчезла ли та совсем? В панике буквы разбегались, складывались в какие-то непонятные слова. Лулу решила наугад выбрать то, что казалось ей наиболее подходящим и зачитала с листа:
— Kuam flos nascitur paulo rotundus locus, locus hasnalli, rubrum. Ut pulli nascuntur vimetco, gray et paulo semin – helianthus et paulo nomo resurgat homo.
В тот же миг Бофара, как по волшебству (хотя, стойте, это ведь и было волшебство), приняла свой нормальный облик. Обе сестры уставились на ундину, которая стояла перед ними, пребывая в лёгком шоке.
— Уф, душенька, у тебя получилось. Честно говоря, я не верила в успех. Не в обиду будет сказано, но колдовство-то у вас с Корнелией примерно на одном уровне, несмотря на твою эрудицию.
Лулу покачала головой, открывая рот и снова закрывая. Наконец она сказала:
— Я рада снова видеть тебя в нормальном состоянии, Бофара.
— Зато в мини-форме ты была на сто килограммов легче, — заметила Корнелия.
— Ну вот что ты опять? — фея закатила глаза. — Вот ты в инстаграме сидишь, должна же знать, что есть такое движение бодипозитив. Каждая девушка прекрасна такая, какая она есть.
В итоге девочки решили, что использовать булавки всё-таки надёжнее.
***
В актовом зале собралась вся молодёжь ИШДОМС от первого до седьмого курса. Такого разнообразия волшебных существ Лулу в своей жизни ещё не видела. Ундина чувствовала себя неуютно в толпе незнакомцев. По правде говоря, это был её самый первый бал на Земле, в окружении таких же учеников, как и она сама. Лулу находилась под большим впечатлением. Все официальные банкеты и приёмы ни в какое сравнение не ставились с тем, что она видела сейчас.
Актовый зал располагался в полуподвальном, тёмном и сыром помещении, но как же великолепно его украсили к Новому году. Установили стеклянные панели, которые разрисовали причудливыми витражами, везде были развешаны искусственные снежинки, флажки, гирлянды и открытки, расставлены маленькие фигурки двигающихся Дедов Морозов, Снегурочек. На полу разбросали искусственный снег, который не таял, но был холодным и искрился, когда берёшь его в ладони. А в самом центре установили огромную, высотой метра три, ёлку голубого цвета, всю утыканную игрушками, свечками и фонариками. Звучала спокойная музыка, несколько пар под неё кружилось. Большинство студентов стояло компаниями, ведя непринуждённую беседу. И, конечно же, был длинный стол, заставленный всякими яствами, коих Лулу даже и не видела. К этому столу тут же подскочила Бофара, быстро накидала в хрустальную тарелку странного вида пирожных и фруктов, а потом украдкой подлила себе ещё больше сине-белого соуса поверх кубического ледяного пирожного и синего банана.
Внимание притягивал на себя Майк Читерн, стоящий в центре зала прямо возле ёлки, окружённый Робби и Бобби, как личной свитой. Он стоял, вполне серьёзно читал реп, пытаясь перекричать музыку, но все смеялись. Потому что одет он был только лишь в жёлто-зелёные шортики. Бофара не могла пренебречь такой возможностью и, наспех закинув всё, что было в тарелке к себе в рот, поволокла Лулу за руку к оборотню.
— Что, Читерн, я сегодня вот выиграла пари, — сказала она, дожевав наконец всю пищу. — Мы с Корнелией поспорили, что у тебя нет больше одежды, кроме той, которую ты носишь. Кстати, ты уже попробовал мой новогодний тортик? Он стоит четвёртым блюдом во втором ряду. Я украсила его шишками, но они не настоящие, а из белой мастики.
— Весьма неплохо, Баффи. Ты делаешь успехи. Меня даже не затошнило.
— Говорить о кулинарных способностях дамы можно либо хорошо, либо никак, —обиделась фея. — Где твои манеры, Читерн? Я между прочим старалась, — она наиграно смахнула слезу.
— Тебе в рифму ответить, где мои манеры?
— Только попробуй выкинуть что-то подобное, и я расскажу Софи о тебе какую-нибудь гадость.
— Но ты же соврёшь.
— А Майк пришёл на бал в труселях! — закричала Бофара.
— Вот дура! — Майк хлопнул себя по лбу. — Я специально так оделся, чтобы постебаться над учителями.
— Да-а-а, а я думала, у тебя есть деньги на одежду, — вздохнула непонятно откуда взявшаяся Софи. — Девушки любят богатых.
— Да чёрта с два, ребята. Вы ничего не понимаете!
— О, Майк, неужели это правда? Я вижу твой оголённый торс, и он прекрасен!