Лето Гелликонии

Глава 13

Приближалось начало нового малого года, настолько незаметное и непримечательное, что под знойными лучами Фреира, стирающими все различия между временами года, о нем можно было бы забыть. О наступлении нового года не забывала лишь Церковь, по-особому отмечающая эту дату.

В томительном ожидании грамоты с разрешением на развод король ЯндолАнганол исхудал и осунулся. Желая восстановить популярность в народе, он задумал новую кампанию в Косгатте, чтобы наконец разделаться с ненавистным Дарвлишем. Душевные муки он пытался заглушить непрерывной деятельностью. Куда бы король ни направился, за ним всюду следовал рунт Юлий - и другие юркие тени, моментально исчезавшие, едва орлиный взор обращался в их сторону.

Помолившись и претерпев бичевание от рук собственного викария, король ЯндолАнганол поднялся для омовения в свою ванную, после чего оделся и бодрым шагом вышел на дворцовый плац, где ожидал оседланный хоксни. На короле был богатый кидрант с вышитыми изображениями животных, шелковые штаны и высокие кожаные сапоги. Под кидрантом скрывался кожаный панцирь с серебряными бляхами и гербами.

Любимый королевский скакун, Ветер, ожидал под седлом своего хозяина. Король вскочил в седло. Юлий бегал вокруг, радостно вскрикивал и называл его «отец»; помедлив немного, король нагнулся и одним быстрым движением поднял маленького двурогого к себе в седло. Пустив Ветра рысью, король выехал в негустой холмистый парк позади дворца. За королем на почтительном расстоянии следовал взвод Первого Фагорского - полка, на который король в нынешние тревожные времена возлагал еще больше надежд, чем прежде.

Теплый ветер ласкал щеки. Король дышал глубоко и ровно. Вокруг, куда ни глянь, все было покрыто серым налетом дыхания извергающегося вдали вулкана Растиджойник.

– Сегодня будут штрелять, - объявил Юлий.

– Да, стрелять.

В лесистой долине, где распростер кожистые листья брассимпс, были расставлены мишени. Несколько человек в темной одежде выполняли последние приготовления. Заметив короля, люди в черном замерли, пораженные августейшим присутствием, замораживающим кровь в жилах подданных. Воины Первого Фагорского молча выстроились в цепь и перегородили вход в долину.

Спрыгнув с Ветра, Юлий принялся сновать вокруг, безразличный к близкой опасности. Король остался в седле, грозно сдвинув брови, словно его сила оказалась настолько велика и всеподавляюща, что остудила кровь даже в нем самом.

Решившись наконец, одна из черных фигур выдвинулась вперед и приветствовала короля. Человек в черном был невысок и худощав, его сложение было необычным, мешковатая одежда - типичной для представителей его ремесленного клана.

Ремесленника звали СландживалИптрекира. Имя считалось грубым и смешным. Возможно, именно ему мастер был обязан некоторым жизненным неудачам, с которыми он пытался бороться, украшая свой вид длинными растрепанными волосами, пышными усами и напоминающей ухо фагора бородкой. От этого его вообще-то незлое лицо приобретало довольно устрашающий и просто странный вид - стоящие дыбом усы и шевелюра искажали пропорции лица, растягивая его в ширину.

Выдержав орлиный взор суверена, мастер облизнул губы. Волнение мастера объяснялось не его нелепым и смешным именем, а тем, что по должности он был королевским оружейником и главным железных дел мастером Кузнечной гильдии. Взволнован мастер Сландживал был также и тем, что представлял сегодня на суд короля шесть ружей, изготовленных по высочайшему приказу в Кузнечной гильдии по образцу сиборнальских.

Сегодняшняя проба была уже второй. Шесть ружей первой партии испробовали полтеннера назад, и в тот раз ни одно из них не сработало как следует. Вот почему СландживалИптрекира облизывал пересохшие губы. Вот почему подгибались от страха колени.

Сидя высоко в седле, король оглядел оружейников. Потом, подняв руку, подал сигнал. Неподвижные фигуры ожили.

Для испытания ружей были назначены шесть фагоров-сержантов, которые должны были стрелять один за другим. Сержанты с тяжеловесными, ничего не выражающими бычьими мордами двинулись вперед, ссутулив широкие плечи, являя разительный контраст с хлипкими фигурами оружейников.

Внешне новые изделия СландживалИптрекиры в точности повторяли оригиналы - сиборнальские ружья. Стволы покоились в выемках деревянных лож, переходящих в приклады длиной около двух футов. К прикладу ствол крепился полосками меди. Запальный механизм был выполнен из лучшего железа, какое только были способны сварить литейщики Кузнечной гильдии. Серебряные накладки с узорами на религиозные темы украшали приклады. Как и сиборнальские оригиналы, ружья Сландживала заряжались через дуло при помощи шомпола.

Первый сержант фагоров занял позицию с первым ружьем в руках и спокойно принялся следить за тем, как один из оружейников наводит оружие на цель. Опустившись на одно колено, сержант подогнул опорную ногу не назад, как человек, а вперед, что со стороны выглядело совсем уж странно. Передняя часть ружейного дула покоилась на треножнике, принимающем на себя основную часть веса оружия.

– Все готово, ваше величество, - почтительно проговорил СландживалИптрекира, взволнованно переводя взгляд с оружия на монарха.

Король кивнул с почти безразличным выражением.

Фитиль был подожжен, курок нажат, и огонь коснулся запальной полки. Заряд взорвался. С оглушительным грохотом ружье разлетелось на куски.

Издав горловой звук, фагор-сержант опрокинулся на спину. Юлий с писком порскнул в кусты. Ветер попятился. С деревьев с криками снялись птицы.

Король ЯндолАнганол успокоил своего скакуна.

– Давайте номер второй.

Раненного в лицо и грудь и истекающего сукровицей сержанта-фагора, время от времени издающего слабое блеяние, его товарищи подхватили на руки и унесли с глаз долой. Его место уже занял второй сержант.

Взрыв, сопроводивший попытку выстрелить из второго ружья, оказался мощнее первого. Несколько щепок долетели до короля и ударили в нагрудник. Сержанту оторвало часть скулы. Третье ружье не выстрелило вообще. После нескольких повторных попыток пуля наконец выкатилась из дула и бессильно упала на землю. Посерев лицом, королевский оружейник нервно рассмеялся.