Страница 88 из 118
В тот момент Вал передумал и хотел отнять у Киани одежду, так же пообещав связать сестру и вручить ее целителям. Но жена спряталась за меня, попросив не пускать к ней никого, пока она не переоденется.
Вал возмущался, говорил, что он отрекся от рода и семьи, на что Киани меланхолично заявила, что все рода и племена вымерли бы, если бы молодняк просто так уходил из семьи. На что мой дед довольно хмыкнул и посоветовал не спорить с сестрой, с улыбкой посмотрев на меня. Я прекрасно его понял. Он все еще ждал моего возвращения.
Первыми, кого мы навестили, были демоны, которые спаслись вместе с нами. Божественная сила потрепала их сильней, чем мы думали. Но и наши целители приложили все силы, чтобы помочь им. Наргайл даже встал при нашем появлении. Странно, но, смотря на него, я больше не видел в нем врага. Он не стал другом, но и убивать его я больше не испытывал желания.
Киани потребовала открыть портал в его замок, и достать кольца из урны с прахом отца И-Ваня. Я понял, что Киани собралась делать, и впервые печали отпустили меня.
Замок Белого Жемчуга встретил нас тишиной, но уже через минуту к нам выскочил Рингар и демон, что остался его охранять. Наргайл спрашивал его про младшего брата, мальчишка покачал головой. Все, кто был в замке, погибли…
На это жена коснулась груди демона и, прислушавшись, покачала головой:
— Твой сын далеко, но он жив, — заявила она. — Я не могу сейчас сказать тебе, где он, портал, которым твоя невеста отправила его, спасая от силы Хозяина, показывает несколько выходов. Но сила божества на тот момент не совсем рассеялась в теле малыша, отследить, в какой именно выход его вынесло, я не могу. Твоя связь сыном крепкая, мальчик жив и здоров.
Наргайл кивнул и молча отвел нас к семейному склепу и вынес кольца. Это были изысканные украшения. Сделанные из белого металла, они удерживали по одной жемчужине удивительной белизны и красоты. Женское кольцо было чуть меньше и выполнено более тонко и изящно, а кольцо для И-Ваня было внушительным. Металл поднимался над жемчугом словно застывшая вода, в которую бросили драгоценность.
— Ты вернешь Старшего? — с надеждой спросил Наргайл.
— Разумеется. Так просто ему от меня не уйти.
Киани выписала на бумагу все координаты выхода портальных путей, что оставил портал Рейстары, и попрощалась с Наргайлом и его сыном. С нами остались только Рокизар и Тай.
— Я думал, ты поможешь Наргайлу найти мальчика, — заметил молодой демон.
— Я обязательно помогу, но сейчас судьба укрывает малыша. Мы обязательно встретимся с ним, но не сейчас.
— Почему? — удивился я.
— Его мама назвала его И-Ванем. Думаю, мастер Чемгер ждет именно его, но пока у нас разные дороги. Поверь с малышом все хорошо. Он не болеет и не испытывает чувство голода, я думаю Рейстара отправила его в хорошее место. Но у нас еще есть свои дела, а времени не так много!
Перед нами сверкнул портал, и я увидел на той стороне фигуру белого конта.
— Мы к тебе в гости! — радостно воскликнула Киани. — Ты скучал?
Мирх обнял мою жену, я видел, как по его шерсти скатились слезы, и отвернулся. Я все еще винил его в том, что Киани должна будет уйти от меня. Вот только обморок Рокизара отвлек нас, молодой демон не совсем еще окреп, что бы спокойно воспринимать духа мира, без его защиты. Пришлось приводить демона в сознание, а потом наблюдать, как магия жены сплетается с магией острова и Мирха. Как они создают портал, с одной стороны Киани вложила в него разбитую семечку и тонкое кольцо, а с другой стороны на песок острова шагнула Лиэри. Ну что сказать, визгу было много…
Рокизар был рад видеть эльфийку, а вот Тай немного оторопел от такого зрелища и не сразу сообразил, что это бывшая живая семечка Иви. Я с нежностью смотрел, как Лиэри волнуется в ожидании, когда к ней выйдет И-Вань.
Киани, взяв мужское кольцо, добавила к нему каплю крови Наргайла и родовую магию, а также приложила к ним родовую подвеску с посеревшей и потускневшей жемчужиной. Демон шагнул с другой стороны портала, и Лиэри восхищенно замерла, смотря на своего демона с невероятным обожанием. А этот болван стоял, закрыв глаза, и неожиданно спросил:
— Зачем?
— Что зачем? — Удивилась Лиэри.
Тот шок, что отразился на лице И-Ваня был отчасти забавным, вот только в тот момент я понял, что понимаю его. Там во время боя мы думали, что не покинем поле боя живыми, и сейчас понять, что твоя любимая жива и стоит в шаге от тебя…
Я посмотрел на жену. Она с улыбкой встретилась со мной взглядом. Я кивнул, даже если тебе кажется, что все потеряно, Истинная любовь найдет дорогу. Надо только верить в нее и не предавать.
В тот вечер мы остались на острове, решив, что утром сразу отправимся в поселение Рассветных Вестников. И-Вань и Лиэри ушли на другой конец острова, Тай и Рокизар тихо болтали о своем, а Киани, прижавшись ко мне, тихо спросила у Мирха, застывшего рядом:
- Скажи, кто такие Создатели?
Мирх удивленно посмотрел на нее, а потом, отведя взгляд, спросил:
— А разве из имени непонятно? Они те, кто создают миры, души, тела. Создают законы мироздания и наблюдают.
— Зачем им все это?
— Говорят, Создатели однажды чуть не погубили Бесконечность, создав Хаос. Он стал рвать все на куски. Создатели смогли победить его, но большой ценой. Говорят, их тела изменились, а единственной целью стал поиск гармонии между светом и тьмой. Они достигли определенных результатов, создавая миры, но им важнее понять пути выбора живых существ. Им интересно, что произойдет, если у души будет выбор. Иногда в этот процесс вмешивается Судьба или Фортуна. И тогда миры вздрагивают, как это произошло с божеством мрака, а до этого с вторжением на мои земли других рас.
— А их пробовал, кто-нибудь остановить?
— Пробовали, — Мирх грустно улыбнулся. — Но это ничего не меняет.
— Почему? — я нахмурился.
— Тот, кто идет к Создателям, меняется с ним местом. Киани, помнишь, у вас на Земле была история, как отважные герои уходили убивать дракона.
Жена издала странный звук и растерянно оглянулась на меня.
— Это сказка. Никто у нас драконов не убивал. Мирх, у нас много историй про драконов, ты про какую?
— Ту, где герой, убивая дракона, сам становился драконом. У Создателей так же. Место Создателя должно быть занято, и, восставая против одного из них, ты обязан будешь занять его место. Говорят, Создателям надоедает порой заниматься своим делом, и они специально провоцируют духов миров на такие разборки. Но, становясь Создателем, ты становишься узником его цели и умений. Так что замысел Создателей вечен, как и борьба добра со злом.
— Чем дальше в лес, тем больше дров, — буркнула Киани, Мирх услышал и усмехнулся.
— Создатели многое умеют, но сами лишены чувств. Потому им не ведомы страдания или радости. Я сам стал осознавать все это, только получив физическое тело. Зато они создают души и дары. Словно ювелиры, выстраивают каждую грань совершенства астрального бессмертия. Вот только, когда душа рождается, дальше она развивается сама и тем самым привлекает к себе внимание Судьбы или Фортуны. Есть души, как твоя, они светят ярко, и Судьба с Фортуной не могут пройти мимо.
— Глупости это все! — нахмурилась жена. — Вспомни, когда я попала на Миолу. Ты сам сказал, что моя душа уставшая, иссохшая. А тут вдруг такое внимание. Я ведь не изменилась, такая же, как и на земле, хотя тут я более открытая, доверчивая, и мой дар един с душой.
— Ты сама и ответила на свой вопрос. Соединившись с даром, душа воспаряла и привлекла внимание.
— То есть? Это все из-за меня? Адепты, демоны, божества?
— Нет, конечно. Это все из-за Аргайла.
— Что?! — я чуть не подскочил на месте, ошарашено смотря на духа мира, но тот вдруг весело засмеялся.
— Я пошутил. Простите. Просто пришло время для новой истории мира, потому все так и сложилось. Трудно сказать, кто больше приложил к этому руки: Создатели, Судьба, Фортуна? Но я одно знаю точно, я действительно изменился, и это даже не речь о моем мире, а обо мне самом.