Страница 7 из 22
– Заткнись, скелет ходячий!
– Я тебе не завидую, Толик. Сейчас у меня перед тобой большое преимущество.
– О чём ты? – снисходительно посмотрев на Павла, спросил толстяк.
– Как думаешь, кого первым сожрут медведи? Меня, похожего на ходячий скелет, или тебя, аппетитного кабанчика?
– Давай пойдём отсюда, пока медведь не вылез из самолёта, – предложил Анатолий.
Из покорёженного салона самолёта в реку с плеском свалилось человеческое тело. Следом, подняв множество брызг, в воду спрыгнул медведь. Хищник склонился над трупом и, довольно заурчав, принялся рвать труп.
– Смотри! – Павел указал рукой на противоположный берег речки. – Сюда направляется медведица с двумя подросшими медвежатами. Сейчас они дождутся, когда медведь закончит свою жуткую трапезу, и сами примутся за еду. Пока не поздно, нам лучше незаметно уйти отсюда.
Преодолев заросли росшей вдоль речки ольхи, Павел и Анатолий углубились в чащу. Пробираться через бурелом было нелегко. К счастью, комары и мошки не донимали путников – репеллент оказался качественным.
– Ты же говорил, что надо следовать вдоль речки – так можно скорее к жилью выйти. А мы теперь тащимся по глухой чаще! – ворчал Анатолий.
– Как видишь, медведи облюбовали берега речки. Наверно, они ловят рыбу. А от медведей нам с тобой надо держаться подальше, – сказал Павел.
Было тихо, только гудели комары. Тишину нарушил донёсшийся издалека вой.
– Кто это воет? – спросил Анатолий.
– Волки, – определил Павел.
– Этого ещё не хватало! Хорошо, хоть вой доносится издалека.
– Волкам в тайге преодолеть большое расстояние – не проблема. Ты когда-нибудь видел волков на воле или только в зоопарке?
– Только в зоопарке и по телевизору. Я больше не могу идти. Давай отдохнём, – предложил Анатолий.
– Хорошо, – согласился Павел и сел на поваленную ель.
Рядом с ним, пыхтя и покряхтывая, расположился Анатолий. Павел удивился, что он, смертельно больной человек, идёт и почти не устал, а его спутник раскис.
– Как думаешь, нас могут заметить с вертолёта? – спросил Анатолий.
– Даже днём это нелегко сделать, а скоро наступит ночь. Надо разжечь костёр, чтобы нас заметили, – сказал Павел.
– У меня нет ни спичек, ни зажигалки.
– У меня тоже. Это скверно. Скорее всего, нам предстоит провести в тайге не одну ночь.
– Я проголодался, – заявил Анатолий.
Он вытащил из кармана банку с консервами, поставил её на пень и ножом вскрыл её. Громко сопя, толстяк выковырял ножом из консервной банки, наполненной желеобразной массой, обмазанный салом кусок бледно-розового мяса, подцепил его на кончик лезвия и отправил себе в рот. С довольным видом жуя мясо, Анатолий передал ополовиненную консервную банку и нож Павлу. Павел вытащил из банки маленький кусочек мяса, без аппетита прожевал его и проглотил, а затем вытряхнул себе в рот остатки консервов – серое солёное желе и белоснежные ломтики, похожие на кусочки сала.
Закончив скудную трапезу, Павел похвалил своего спутника:
– Толя, ты молодец!
– Мне тоже понравилась тушёнка. Знаешь, как я обрадовался, когда нашёл эту банку!
– Ты не понял. Ты молодец, что открыл банку на этом пне и привлёк к нему моё внимание. Это не простой, а замечательный пень.
– Чем же он замечателен? – удивился Анатолий.
– Тем, что этот пень не гнилой. Ель спилили совсем недавно. Срез свежий. А чуть в стороне лежат ещё зелёные обрубленные еловые лапы. Самой ели нет. А это означает, что здесь побывали лесорубы. Таким образом, можно сделать вывод…
– Что поблизости живут люди! – обрадовался Анатолий.
– Возможно, они живут и близко отсюда. А ещё бывает, что бригаду лесорубов доставляют в тайгу на транспорте. Да только вряд ли здесь работала бригада – похоже, только одно дерево спилено. Вот только куда поволокли бревно?
– К реке. Брёвна можно сплавлять по реке, – заметил Анатолий.
– Возможно. Вот только речка, где остался самолёт, мелководна для лесосплава. Впрочем, поблизости, вполне может быть другая, большая река, – предположил Павел.
– Я знаю, что надо делать – надо кричать, чтобы нас отыскали люди, – предложил Анатолий.
– Пока не стоит кричать. Мы не знаем, что за люди спилили дерево.
– Возможно, ты прав.
– Сейчас уже наступили сумерки, а завтра по примятой траве мы можем определить, куда поволокли спиленное бревно. Надо устраиваться на ночлег.
– Где же здесь можно уснуть? – заволновался толстяк. – Может, заберёмся на дерево? А то волки, помнишь, выли?
– Уж ты заберёшься! С таким весом тебе по земле-то ходить следует осторожно, а не по деревьям лазать. Да и что толку на деревья забираться, когда медведь тоже по стволу легко вскарабкается. А в здешних краях много медведей. Давай рискнём и уснём на еловом лапнике, – предложил Павел.
Они сложили на земле два вороха срубленных еловых веток и легли на них. Наступила ночь. Павел и Анатолий долго прислушивались к далёкому вою волков и уханью филина. Уснули они только под утро.
Когда солнечные лучи пробились сквозь листву деревьев, они проснулись.
Павел обошёл место вокруг пня и по примятой траве определил, куда лесорубы поволокли спиленное бревно.
– Следуй за мной! – сказал Павел и углубился в чащу.
Сонный Анатолий побрёл за ним. Вскоре Павел сказал:
– Слышишь, журчит вода? Впереди река.
Путники вышли к широкой реке. Они стояли на её крутом правом берегу. Противоположный каменистый берег был низкий. Деревья там стояли вдалеке от воды.
– Это не та мелководная речка, в которую упал самолёт. Это большая река, – сказал Анатолий.
– Не такая уж она и большая. По сибирским меркам это речка-невеличка.
Павел направился вдоль берега. Анатолий пробирался за ним следом через заросли низкорослых кустарников. Вскоре путь им преградил ручей, который стекал в реку. Едва они утолили жажду прозрачной прохладной водой, как услышали хрюканье, доносившееся с противоположного берега.
Крупный кабан рылся в земле под высокой елью. Вскоре из зарослей ивняка, неподалёку от кабана, вышел медведь. Этот зверь был немного меньше медведя и медведицы, заявившихся вчера к упавшему самолёту.
Медведь приблизился к кабану сзади. Секач перестал рыться в земле и замер. Медведь подскочил к кабану, ударил его по боку лапой и тут же бросился наутёк. Кабан хрюкнул, развернулся и погнался за обидчиком. Матёрый секач был настроен решительно. Медведь подбежал к большой иве, забрался на неё, удобно устроился в развилке двух толстых горизонтальных сучьев и свесил лапы. Разъярённый секач сначала бегал под деревом, а потом принялся рыть землю. Медведь выбрал момент, когда кабан оказался прямо под ним. Хозяин тайги рухнул на кабана. Раздался визг, после которого всё стихло. Вскоре до людей донеслось урчание медведя, терзавшего секача.
– На том берегу разыгралась очередная таёжная трагедия. Хорошо, что мы находимся далеко от того места, – сказал Анатолий.
– Медведь, который сейчас задрал кабана, умный. У него своя тактика охоты. Ты видел, как он упал на секача с высоты? – спросил Павел.
– Видел, – кивнул Анатолий.
– Наверно, медведь проломил кабану хребет. Вообще медведи очень опасные и коварные хищники.
– Они умеют плавать?
– Умеют.
– Пойдём скорее отсюда! – заторопился Анатолий. – Вдруг медведь нас заметит?
– Медведи в тайге повсюду. Надо искать пристанище, только там мы будем в безопасности. Если пойдём вдоль этой реки, то рано или поздно должны выйти к жилью. Как я говорил, люди обычно селятся по берегам рек.
Они продолжили путь. В березняке, на крутом берегу среди невысокой шелковистой травы, Павел заметил россыпь золотистых лисичек. Он опустился на колени и принялся собирать грибы.
– Живём! Смотри, сколько тут грибов! – восторженно сказал Павел.
– Как мы их приготовим? – поинтересовался Анатолий.
– Будем их есть сырыми, – ответил Павел и принялся жевать лисички.
Анатолий посмотрел на аппетитно жующего спутника и рискнул попробовать гриб. Он поморщился и выплюнул лисичку.