Страница 4 из 14
– Без проблем, поселим, пригреем, накормим. Женщины в жилой лагерь с детьми, там место определят. Вот он старший, – показал я на Алексея и продолжил, – а все мужики со мной. Нам рабочие руки во как нужны, – показал я ладонью характерный жест у горла, – захватили большой склад всего и вся, унести нужно. Каждому, кто будет грузить – оружие и патроны, полный боекомплект, плюс обмундирование по нормам положенности, – солидно произнес я.
– А еда? – жалостливо пропищал крепыш с тоненьким голоском.
– Получите на месте сухим пайком! – коротко отрезал я, и, достав из пачки сигарету, пояснил, – мужики, сам ничего не ел. Дело сделаем – поужинаем по людски. Время дорого. Сами видите, что твориться вокруг. Встречались уже с психами в рукопашной? Травмированные есть? – спросил я. Стоящие только покачали головой. Но все равно всех осмотреть нужно. Помним тот первый горький опыт в лагере у Рубца.
Сошедшие на берег морские путешественники переминались с ноги на ногу, потом, все таки, трое мореманов в тельниках и трое женщин с двумя детьми, поговорив о чем то с Алексеем, пошли в указанную им сторону, к жилому лагерю на Гребном.
– Короче, Лех, давай, через десять минут от тебя личный состав и транспорт, – я докурил и выбросил окурок в воду, который упал и зашипел. Но шипел не долго, буквально долю секунда. Чайка крикнула высоко в небе, и повисла гнетущая тишина. Только солнце продолжало палить и стало еще жарче.
– Хорошо, сейчас постараемся выделить кого, – вздохнул Леха, – только с транспортом напряженка, две машины всего.
– Вот обе и давай, – не стал я слушать о проблемах нового поселения. Тоже мне, машин у них нет. Да вон, в городе полно брошенных машин, на любой вкус. Подходи, заводи, ищи бензин… А вот при слове «бензин» мне вдруг стало грустно.
– Извините, как к вам обращаться? – услышал я рядом тоненький писклявый голосок. Повернулся – тот самый крепыш в рубашке с галстуком в кармане и пиджаком в руках. Причем, пиджак комично смотрелся.
– Олег меня зовут. Друзья и коллеги товарищ майор называют, – пошутил я и услышал вздох удивления в ответ.
– Олег, мы согласны ехать с вами и оказать посильную помощь, – глухим голосом сказал мне высокий худощавый парень, и тут же добавил, – сигареткой не угостите?
Я выбил одну из пачки и протянул ему.
– Ух ты, «Парламент», – расплылся в улыбке парень, – уже целую вечность не курил!
– Да ладно, вечность, дня три как кончились у тебя сигареты, – насмешливо добавил третий мужчина. Он стоял в тени, уперев руки в бока. Сумка с надписью «Алекс» стояла у его ног, – если что, то я Алекс, это Петр, – показал он на крепыша, а это Безымянный, или Без, как мы его зовем. И мы согласны помочь, если вы нам стволы дадите.
– Стволов много, людей нет, – кивнул я головой, – давай, докуривай, – кивнул я Безу, – и прыгай в машину, поедем работать. Сумки можете в багажник бросить. Потом сюда же вас доставим назад. И да, укусов на вас нет? – строго посмотрел я на троицу.
– Нет, замотал головой Петр, нас и не покусал никто. Мы в Москве с самолета к Безу в машину, на турнир прилетели, а там такое… – Петр замолчал, не уточняя, что такое там было.
А мне, кстати, интересно. Любая информация сейчас интересна. Не то, что бы любопытна, а просто жизненно необходима. Интернета и телевидения нет, газеты тоже никто не выпускает, и телефоны не работают. Люди, приехавшие с другого города – самый что ни на есть единственный источник информации сейчас. Есть еще радиосвязь, и даже был у нас один радиолюбитель – товарищ Шилин, но что то сгинул наш Шилин в неизвестность.
Мы стояли на перекрестке возле поворота на набережную. Налево дорога идет вдоль реки, и чуть в стороне возвышается монастырь. Как раз сейчас оттуда выезжает белый автобус «Паз», Сергеевич связался со мною по рации и предупредил, что они выехали. Алексей тоже сказал, что выезжают на одной машине, но им очень тесно. А мои пассажиры стояли и глазели на все это круглыми глазами. Петр болтал без умолку, а Без снова закурил. Направо дорога шла тоже вдоль реки Волга, но против течения, прямо на Нижне-Волжскую набережную. А с другой стороны дороги величественно возвышался откос, и чуть дальше – Кремль. Стены из красного кирпича и старые, но еще очень крепкие башни. Вот бы куда нам всем переселиться – за крепостные стены. Как там сейчас? А не знаю, не был ни разу. Ну что мне там делать? В Кремле администрация располагалась, областная и городская. Наверняка им прививки в первую очередь делали, сейчас бегают под стенами и ищут что пожрать.
– А в этой вонючей Англии просто убожество, понимаете, полное убожество, – твердил Петр, жуя печенье, которым я его угостил, – среднестатистический западный обыватель – полное говно! Я там жил несколько лет, знаю, о чем говорю. И у нас в этой фашистской Украине тоже полное говно! – все больше распалялся Петр, и его лицо краснело при этом, – хунта у власти, люди зомбированы, работы нет, ничего нет!
– Короче, так же, как и у нас сейчас, – со смехом перебил я его. – Садитесь в машину, господа, поедем дело делать и работу работать!
Перед дорогой краткий инструктаж личного состава. Имеем три машины – автобус, «Газель» с металлическим кунгом и надписью «Княгининское молоко» на борту, это уже Лехино приобретение, и мой «Крузак». Часть народа пересадили из «Газели» в автобус, что бы в кунге людей не возить, и я продолжил.
– Связь по рации. Позывные мой – «Сокол», – повторил я для новичков, хотя, старожилы все уже знают. Только, кого сейчас можно назвать старожилом? – у тебя – «Газель», а ты – «автобус», ткнул я водителям транспортных средств пальцем. – Личные позывные тоже никто не отменял.
Почти весь народ из автобуса и вышел и тоже внимательно слушал.
– А вот толпится не нужно! – прикрикнул я на стоящих, – Богдан, Вадимович, контроль обстановки! – скомандовал я уже своим, проверенным бойцам. Мало ли что, все таки, посреди улицы стоим, а психов любое движение привлекает. Они хитрые стали. Стадом больше не бегают, все по одиночке и скрытно стали передвигаться, поумнели. А может, просто естественный отбор по теории Чарльза Дарвина работает.
– Я иду в головном дозоре, за мной автобус, «Газель» замыкающая. Если я остановился, все остановились, – продолжил я, когда оба моих бойца заняли позиции вдоль дороги и внимательно стали смотреть по сторонам. Молодцы, быстро учатся. А тут по другому никак. Или учишься, или погиб.
– Перед базой я запрашиваю Лоера. Что бы он не ответил, заезжаю только я один в ворота, понятно? – снова обратился я к водителям, те кинули в ответ. Обычные мужики, работяги. У водителя «Газели» АКСУ, из наших запасов, а у монаха, севшего за руль автобуса, гражданская «Сайга» с тактическим цевьем, из сегодняшних трофеев. – А вы двигаетесь на территорию, только если лично я команду дам, понятно? – снова уточнил я.
– Понятно, – ответил монах с «Сайгой».
– И повнимательнее на дороге, дистанцию держим метров двадцать за мной, там психи, чудовища непонятные, и противник, – закончил я инструктаж и скомандовал, – все, «к машине»! Богдан, со мной!
Невысокий худощавый паренек в тактических брюках и боевой рубашке, как у меня, в расцветке «мультикам», с АК – 74 со складов Росгвардии и с модной китайской разгрузкой, купленной у Саныча, бегом подбежал к машине и остановился перед правой передней дверцей. Это место уже занял ехавший со мною Без.
– Назад справа садись, мужики пусть подвинутся, – коротко бросил я. Был, конечно, соблазн пересадить всех моих попутчиков в автобус и своих бойцов к себе на борт взять, но во первых, очень уж хотелось расспросить вновь прибывших об обстановке в других городах, да и ослаблять колонну нельзя. Убери из автобуса двоих моих парней, так там совсем никого толкового не остается. На Лехиных ухарей тоже плохая надежда.
Мимо проплыл облезлый корпус речного вокзала, и я заметил два судна у причала. А суда на чем ходят? На мазуте и на соляре. Значит, там наверняка должны быть запасы. Эврика! Как же это я не подумал!