Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 3 из 14



– Саш, ты чего такая бледная? – удивлённо спросила Зина, показываясь в проёме кухни. – Случилось что-то?

– Э-э-э… – промычала я. – Нет, Зинуль, все в порядке. Как ваша труба?

– Была наша – стала ваша. Сантехник заменил… А с подвалом просто беда – прикинь, все овощи наши позатопило. Мамка расстроилась, жуть!

– Да, жалко… Одно только успокаивает – что соседей под вами нет, да?

– Это точно. Всё-таки свой дом – это счастье!

– Да, это вам не однушка в хрущёвке… – вяло произнесла я, думая сейчас уж никак не о своей квартирке.

– Я ведь не очень долго, Саш? Мы за полчаса управились.

– За полчаса, говоришь? – переспросила я задумчиво. – Это хорошо…

А сама лихорадочно стала прикидывать, сколько же времени я была в отключке? Если учесть, что Зинке до дома минут двадцать, не меньше, плюс обратная дорога, плюс полчаса на ремонт, получается час десять, как минимум. Ничего себе! Это значит, что я была без сознания не меньше тридцати минут? Но странно даже не это, а то, как, будучи в бессознательном состоянии, я добралась до кухни? Я озадаченно посмотрела на Зину.

– Саш, всё-таки у тебя что-то стряслось! А ну, колись!

– Тебе показалось, Зинуль, – я с некоторым трудом встала, старательно сдерживая лёгкое головокружение, – просто в сон клонит. Пойдём работать.

– Идём, – улыбнулась она и с силой тряхнула мокрым зонтом, обрызгав всё вокруг. – Что за ночь такая сегодня, просто всемирный потоп!

Я подхватила со стола сломанные очки, сунула их в другой карман, и мы вышли из кухни, направившись в кабинет верстальщиков. Я внимательно всматривалась под ноги. Если я тут ползла, должны же были остаться хоть какие-то отметины! Увы, на полу не было ни одного клочочка моей одежды, а грязные следы, оставленные ногами наших сотрудников за сегодняшний день, всё так же чётко выделялись на светлых паркетинах. Не по воздуху же я летела!

– Зин, ты не знаешь, из наших баб никто в последнее время ничего не терял?

– Вроде нет. А, Натаха серёжку в маршрутке посеяла. С брюликами. А что?

– Ничего…

– Смотри, Саш, – Зина даже приостановилась немного. – В нашей галерее как-то светлее стало, правда? Вот чудеса!

– Тебе показалось, – пробормотала я. – Пойдём быстрее, а то номер не успеем сдать.

– Пойдём, – не стала сопротивляться она и убыстрила шаг.

Глава 4

Когда утром следующего рабочего дня две наши ранние пташки – верстальщица Тамарка и секретарь Настя – впорхнули в офис, мы с Зинаидой, с покрасневшими от бессонной ночи глазами и булькающими от полсотни чашек кофе животами, возлежали на диванчике в холле.

– Сдали? – ничуть не сомневаясь в ответе, хмурым голосом спросила Тамарка.

– Спрашиваешь! – лениво вскинула на неё глаза Зина. – Уже ушло в печать.

– Сделать вам кофе, девочки? – заботливо спросила Настасья.

– Не-е-ет! – испуганно вскрикнули мы с Зинкой.

Настя рассмеялась. Тома, ещё сильнее помрачнев, развернулась и быстро застучала каблучками по лестнице.

– Что это с ней? – спросила я удивлённо.

– Переживает, – сказала Настя.

– Опять с мужем поссорилась? – догадалась Зинаида.

– Ага. Вчера вечером. Мужик какой-то ей на мобильник позвонил – ну, номером ошибся, а Вовчик как взъярился. Я, говорит, знаю, кто это был, очередной хахаль, говорит, туды ему растуды!

– Как обычно, – хмыкнула Зина и посмотрела на меня. – Представь, если бы мы ещё под горячую руку?!



– Страшно даже подумать! – поддакнула я.

– Как она с ним живёт, – покачала головой Настя. – Я бы уже давно собрала вещички да и съехала к чёртовой бабушке.

– Любовь! – глубокомысленно произнесла Зинаида.

– Любовь, – вздохнула я.

– Ладно, девки, скоро ПэПэ придёт, пойду кофе варить.

– Валяй! – мы нехотя поднялись с тёплого дивана и поплелись к себе на второй этаж.

Хлопнула входная дверь. Я оглянулась. В офис, о чём-то весело споря, влетела раскрасневшаяся Ксенька под руку с Марией Семёновной. Следом за ними ввалилось ещё несколько человек.

– Ну что, сдали? – закричали они в один голос.

– А куда бы мы делись? – вяло сказали мы и продолжили подъём наверх. Рабочий день начался.

Только к обеду мне удалось уединиться в одном потайном местечке, о котором знала только я. Странно, что больше никто из баб не догадался, что за дверцей, прятавшейся под лестницей и выглядевшей вполне невинно, есть крохотный чуланчик с удобным сундучком, на котором такое удовольствие посидеть в одиночестве. Представляю, как любили прятаться тут дети господина Лебедева – если они у него, конечно, были. Темновато тут, правда, но для того дела, которое мне необходимо провернуть, света вполне достаточно. Незаметно прошмыгнув в своё убежище, я плотно закрыла за собой дверку, присела на сундук, ощутив лодыжкой холодный металл обруча, и достала из кармана странную находку.

– Как же ты ко мне попал? – прошептала я, поворачивая разными сторонами к свету, проникающему из щелей, львиную фигурку.

Цепочка, продетая сквозь еле заметное колечко на звериной голове, переливалась так ярко, как будто была сделана из солнечных лучей. Неужели золотая? Ни у кого из наших я не видела ничего подобного. Откуда же она взялась? И что мне теперь с ней делать? Выбросить от греха подальше? Я сжала фигурку в руке. Нет, мне почему-то не хотелось с ней расставаться. Но как же быть? Может быть, Ксеньке показать? И что я ей скажу? Так мол и так, дорогая подружка, пока я была без сознания, ударившись головой о стенку, какой-то добрый человек протащил меня через весь дом, сунул в руку это сокровище и испарился, будто его и не было. Ха-ха-ха, глупая романтичная бурёнка ты, скажет Ксенька, и будет права, между прочим! Возомнила себя девушкой из Каперны, а самой-то четвёртый десяток пошёл! Ладно, вариант с подругой отпадает. А если…

Что «если», я додумать не успела, потому что с другой стороны двери послышалась какая-то возня, быстрый топот ног по лестнице, громкие крики, и я, неосознанно нацепив на шею тонкую цепочку, выскочила наружу. Мимо меня пронеслась наша Томочка, вся в слезах. Следом за ней бежала взволнованная Настя. Я сделала было шаг за ними, но, боковым зрением заметив движение слева, остановилась. В дверях своего кабинета стоял Зимин и смотрел прямо на меня.

– Что случилось, Пётр Петрович? – спросила я.

– А с чего вы взяли, Александра, будто что-то случилось? – невозмутимо ответил он и слегка вскинул брови.

– Тамара Сизова… – мотнула я головой в сторону, – плакала…

– Идите на рабочее место, Александра! – поморщился шеф и развернулся ко мне спиной.

Я заколебалась – то ли броситься за Тамаркой, то ли последовать совету начальства. Выбрала второе. Узнаю у девчонок, что произошло, а там и буду решать. И поспешила наверх.

– Сашка, где ты ходишь? – прошипела мне менеджер Наташа, чей стол располагался рядом с моим. – Тут тако-о-ое!

– Бедная Томка, – жалостливо произнесла Зина.

Она сидела в моём кресле, подперев голову руками, и нервно кусала губы. В менеджерской собрались почти все наши сотрудницы, заполнив и без того небольшое помещение до отказа. Даже Мария Семёновна снизошла, значит, и правда произошло что-то из ряда вон выходящее.

– Что случилось, девки?

– Уволили нашу Тамарку, – выдохнула Софья, наш дизайнер, весьма импульсивная особа.

– Как? За что? – оторопела я.

– Да никто ничего не знает! – Зина сморщилась. – Томка, как оглашенная, к нам ворвалась, вещички свои схватила и умчалась. Настька только успела бросить, что, мол, шеф Тому уволил, ну и всё…

– Вообще-то я слышала кое-что, когда мимо кабинета шефа проходила, – нехотя призналась Марина, наш новый менеджер, – но, боюсь, эти обрывки фраз картину не дополнят.

– Что ты слышала? – спросила я.

– И молчала?! – это уже Зина ахнула.

– Как ты могла, Марина! – добавила Ксения.

– Мы тут голову ломаем, а она! – присоединилась ко всеобщему возмущению Софья.