Страница 90 из 113
— А вот, собственно, и Сергеич, — произнёс я и направил луч предусмотрительно захваченного фонарика в самый центр пещеры, где растения с пола и потолка перевились между собой, сформировав подобие колонны. А в самом центре колонны, крепко обвитый лианами висел… нет, пожалуй, человеком его назвать уже было нельзя, скорее он больше походил на какого-то лесного эльфа, остроухого, зеленокожего с вытянутым черепом и миндалевидным разрезом глаз, в настоящий момент закрытых.
Вздрогнув от неожиданности и крепко выругавшись, Шитц боязливо приблизился, разглядывая существо получше.
— Вы хотите сказать, что раньше это было человеком? — с каким-то болезненным интересом спросил у меня мужчина.
— Да, Андрей Валентинович, самым настоящим, таким же как вы и я.
Надолго замолчав, Шитц обошел зелёную колонну по кругу, затем очень внимательно посмотрел на меня. Как-то отстранённо произнёс, — Я говорил, что мы совершали неблаговидные поступки, пожалуй вы и тут нас переплюнули, Пётр Алексеевич.
— Наука требует жертв, — попытался я оправдаться, сам не знаю почему. — К тому же он это заслужил.
— Не уверен, — пробормотал психолог, — что такое в принципе кто-то мог заслужить. — Затем добавил, — Никак не могу понять, он дышит или нет?
— Ему это пока не нужно, — ответил я, — у него сейчас полностью энергетический тип питания.
— То есть, если его отключить от этого всего — мужчина обвёл рукой растения в центре пещеры, — то он умрёт?
— Не факт, — ответил я, подходя ближе, тоже разглядывая висящещее на лианах тело, — я не проверял, да и сложно без вскрытия понять насколько внутренние органы претерпели изменения.
Тут Шитц снова долгим взглядом посмотрел на меня.
— Но как доказанный факт, — поспешил я добавить, — он вполне может оперировать зелёной энергией. Если бы это были обычные растения, он бы уже давно освободился, но эти полностью созданы мною, поэтому на них влиять у него не получается. Теоретически, кстати, он и от обычных растений сможет получать подпитку, даже вне этой пещеры. Так что, я бы сказал, что шансы на его выживание снаружи, достаточно велики. Даже в городе, если рядом будет какой-нибудь зелёный массив.
— И он может всё тоже, что и вы? — на время забыв про не вовремя проснувшуюся совесть, уже по деловому уточнил Шитц.
— Ну, вполне возможно. Может даже и лучше чем я. За счёт большего сродства с силой. Он же, получеловек-полурасстение сейчас.
— Понятно, — задумчиво взялся за подбородок психолог, погружаясь в какие-то свои мысли. — А он нас слышит? — встрепенулся он, с легкой тревогой вглядываясь в безмятежное нечеловеческое лицо Сергеича.
— Не уверен, — с сомнением произнёс я, — на раздражители реагирует слабо, на вербальное обращение вообще никак не реагирует, но не знаю, последствия это эксперимента или так подействовала сильная психологическая травма.
— Какая травма? — профессионально заинтересовался Шитц.
— Ну, он меня, почему-то, Дьяволой посчитал и пытался чесноком, святой водой и серебряным крестом изгнать. Ну я рассердился и устроил ему показательное явление Дьяволы, прежде чем сюда запихнуть, — с лёгким раскаянием произнёс я.
— Страшный вы человек, Пётр Алексеевич, — покачал головой Шитц и, больше не слова ни говоря, пошел к выходу, а я, ещё раз посмотрев на висящего без движения Сергеича, вздохнул и отправился следом.
Уже снаружи, после того как я скрыл все следы нашего пребывания, психолог, вновь, своим обычным голосом произнёс, — Пётр Алексеевич, как вы смотрите на то, чтобы эксперименты продолжить на добровольцах, но под нашим надзором, в первую очередь с контролем психоэмоционального состояния и социального поведения?
— Я? — удивлённо повернув голову в сторону невозмутимо смотрящего на меня Шитца, уточнил, — вы хотите эксперименты продолжать? А мне показалось, что вы их восприняли крайне негативно.
— Я не люблю, когда людям не оставляют выбора, — сухо произнёс тот, — здесь же разговор о тех, кто добровольно согласится на подобное.
— То есть, в отрыве от Сергеича и его недобровольного вклада в науку, вы против дендромутантов ничего не имеете?
— Люди, дендромутанты, какая разница, — с легким недовольством произнес психолог. — Это ещё один шанс сравнять счёт.
— И в этом, все средства хороши, — кивнул я.
— Не совсем так, — поджав губы ответил Шитц, — хотя Кентавр был бы с вами солидарен.
— Ладно, я согласен. — Не стал я долго сиськи мять, и мы с психологом ударили по рукам.
Легкое трепыхание век, чуть качнувшееся в лианах тело — Сергеич не спал, хоть и был словно в полубреду. Однако теперь его переполняло чувство которое, наверное, можно было бы даже назвать эйфорией. Враг сам дал подсказку, сам раскрыл секрет неудачи с силой. Всё вокруг подчинялось чужой воле и поэтому не отзывалось на попытки Сергеича освободиться.
Осталось только найти рядом что-то, что врагу не подчинялось.
Расширив до предела чутьё, бывший камердинер принялся за поиски. И наконец, после череды неудач, ему повезло. Почти на грани возможностей на силу Сергеича отозвался маленький тоненький корешок. И пусть ему будет стоить больших трудов пробиться сквозь многие метры земли, но это был шанс, которой мужчина упускать не хотел.