Страница 88 из 113
Глава 22
Поднявшись с утра, я, позёвывая, выглянул в окно. Засунув руку в трусы, почесал ногу, проводил взглядом бегающих по поляне друг за другом девушек. Дернув за ручку окна, отворил одну из ставен, приветливо помахал и прокричал, — С добрым утром!
— С добрым утром! — хором, заулыбавшись, ответили мне мои дамы и побежали дальше, выполняя на ходу разминочный комплекс.
Солнечные лучи щедро заливали внутренний двор поместья, даря ещё немного тепла и света в догон уходящему лету. В моём мире это время называли бабьим летом, ну а здесь в ходу было название «зажённая пора». Видимо по традиции свадьбы играли именно в этот период.
Общим собранием мои невесты порешали, что ввиду постоянных нападений на меня, им необходимо повышать свой боевой уровень и теперь каждое утро у них начиналось с коллективной пробежки. Глядя, с каким единодушием восемь женщин топчут газон, молчаливо, безропотно, двигаясь нога в ногу, словно заправские вояки, какими их тут любят показывать, я понял, что теперь могу чувствовать себя за ними как за каменной, гм, стеной. Такие точно врага на скаку остановят и с избою вместе сожгут.
Впрочем, отсиживаться за спинами девчат я не думал, в конце-концов, я же Супермужик!
Да, это всяко лучше чем какой-то психоделичный Зелёный слоник. И как я раньше сам не догадался? Впрочем, кое-где в сети меня ещё порывались Чудомужиком назвать, но для меня это звучало словно синоним Сказочному долбоёбу, и я всеми силами ратовал за первый вариант.
До завтрака успел поэкспериментировать с магией, заодно убедившись, что занятие сексом с помощью тентаклей не только принесло удовольствие, но и неплохо подняло внутренний резерв, а значит работу в этом направлении будем только усиливать.
А вот после завтрака меня уже ожидал гость и весьма приятный.
— Рад видеть вас в добром здравии, — первым произнёс Андрей Валентинович, чопорно поклонившись. Сейчас, когда жизни нашей ничего не угрожало, он был вновь спокойным, чуточку даже медлительным, с добрым всё понимающим взглядом, мужчиной.
— Только с вашей помощью, — ответил я, приблизившись и энергично пожав крепкую ладонь, — и никак иначе. Если бы не вы, лежать бы мне там без головы.
— Ну, если бы вы её не отвлекли, не завладели всем её вниманием, я бы не смог подобраться настолько близко, — улыбнулся психолог, — к сожалению, моё оружие действует только вблизи.
— Кстати, это же что-то типа электрошокера? — полюбопытствовал я.
— Как вы сказали? — приподнял бровь он в некотором удивление, но затем, чуть подумав, кивнул, — можно и так сказать, хотя мы его называем попроще, разрядник.
— Хорошая штука, — заметил я, — раз и готово, баба лежит и не сопротивляется.
Тут Шитц отчего-то засмущался и я, дабы не держать гостя в прихожей, повел к себе в кабинет.
Когда мы расположились там, удобно устроившись в мягких кожаных в креслах, я, перво-наперво, предложил чего-нибудь выпить, за встречу ну и за победу. Как-никак два слабых мужика завалили такую бабу.
Тут психолог засмущался снова, но отказываться не стал, заметил только, что уж кого-кого, а меня слабым уже не назовешь.
— Кстати, — произнёс я, дожидаясь когда нам принесут вина и закуски, — Андрей Валентинович, вы тогда, помниться, говорили, что в Москву по какому-то делу приехали, если не секрет, по какому?
— Так собственно к вам и направлялся, — развел руками мужчина, — меня матушка ваша вызвала, после первого нападения. Боялась, что вы могли, после всего пережитого, слегка… — Шитц замялся, а я закончил за него, — Поехать крышей?
— Не совсем профессиональный термин, — улыбнулся уголками губ психолог, — но да. Примерно этого она и боялась.
— Ну а вы как считаете? — полюбопытствовал я. Мне и правда было интересно. Взгляд со стороны, да ещё от несомненно знающего своё дело товарища — вещь ценная и заслуживающая внимания.
— Ну, с крышей у вас всё порядке, — вполне серьёзно ответил тот, — я это Её Высочеству сразу сказал. Я ведь знаю вас достаточно давно, помню и первое покушение в Екатеринбурге, затем ту ужасную бойню в поместье Златолесской, где вы так себя проявили. Пережить подобное и после этого вполне успешно пойти учится не куда-нибудь, а в военную академию, на факультет мобильных доспехов, уже вас характеризует как весьма крепкую в психологическом плане натуру. Нет, чтобы не произошло в то покушение, это однозначно не было следствием психоза, скорее я бы предположил чрезмерно жестокий ответ на угрозу…
Я кивнул, отдавая должное профессионализму сидящего напротив мужчины, — Да, я там, скажем так, слегка перестарался. В общем, ничем иным как запугиванием потенциального противника, объяснить случившееся не могу.
— А объяснять и не надо, — качнул головой Шитц, — иногда проще сразу показать кто ты есть, чем потом тратить лишние силы на объяснения. Кстати, могу сказать одно, вас восприняли крайне серьёзно, Валя Бульдозер, личность легендарная. По пальцам можно пересчитать случаи, когда её вытаскивали наружу, чтобы натравить на неугодного.
— Я смотрю, вы неплохо о ней осведомлены, — бросил я на психолога косой взгляд.
— Не от большого желания, — кривовато улыбнулся тот, — надо же знать потенциал противника. Тем более мы ожидали, что её бросят на нас. Но, видимо, вы показались угрозой даже большей, что мне, конечно, удивительно.
— Почему?
— Ну, — психолог рассеянно улыбнулся, — мы двадцать лет боремся за права мужчин, совершая, в том числе, очень неблаговидные поступки. Мы давно словно кость в горле имперской безопасности. Кентавр, вы должны его помнить, он звал вас за собой, там, на набережной в Екатеринбурге, один из наших лидеров, он — легенда, за одну только информацию о его личности, предложена бешеная награда. Но стоило появиться вам и весь фокус внимания мгновенно перетянули на себя.
Тут уже я смущённо покраснел. Люблю когда хвалят.
— Но я хотел поговорить о другом, — Шитц требовательно и серьёзно посмотрел на меня.