Страница 74 из 102
Поляк сразу понял, что не вытянет, едва прошёл первый болезненный удар в предплечье. По-моему, я сломал ему левую руку, так как он резко опустил её, решив разорвать дистанцию, уклоняясь от пары прямых ударов. Только я, в отличие от него, активнее набирал силу и становился быстрее. В резвом темпе мы пробежали почти весь коридор, но я его всё-таки достал. В какой-то момент подловил его на длинном шаге назад и нанёс короткий удар ногой под колено, а затем быстрый хук в подбородок, сломав челюсть. Он запнулся о ковёр и упал. Я почти сразу прыгнул сверху, втыкая локоть ему в солнечное сплетение. Если бы мы находились в других условиях, можно было взять его живым, но сейчас он мог выкинуть что-нибудь опасное. Знаем таких, притворяются мёртвыми, а потом запускают такой фейерверк, что всё в радиусе сотни метров обращается в пепел.
Пытаясь успокоить дыхание, я встал и прислушался. В их компании должен быть третий, если это не профаны. Тот самый командир, не очень сильный, но неприятный мастер молний. Он ещё в прошлый раз показал, что если всё идёт не по плану, то лучшим выходом будет бегство, вот и сейчас он может просто сбежать. Но гораздо большую проблему представлял анархист, если он притаился где-то поблизости. Если подождать, он может потерять терпение и пойти проверять, что случилось. Или наоборот?
Мысли о том, поднимать тревогу или нет, зациклились. Наклонившись и подхватив поляка за ворот чёрного комбинезона, я быстро потащил его по коридору туда, где лежал второй. Пошумели мы негромко, но со стороны спальни Елены Алексеевны потянуло силой. Всё-таки она была мастером, пусть и слабым. Проходя мимо двери в нашу с Алёной комнату, постучал.
Что меня напрягало, так это тишина вокруг. Оттащив тела поляков от двери в угол, я выглянул в окно. На площади никого не было, даже охраны.
— Чтоб вас, — тихо выругался я, наклоняясь и стаскивая с ноги разорванный кроссовок. Каждый раз, когда используешь разрушительную технику в обуви, та приходит в плачевный вид. — Алёна, беги к Елене Алексеевне, пусть нажимает тревожную кнопку.
Из комнаты Алёна выскочила в наспех надетом и немного порванном платье. Я же направился к электрощиту, чтобы попробовать включить освещение в коридоре. Не успел дойти, а где-то на западе появился яркий отголосок силы. Не знаю, кому он принадлежал, но кто-то явно хотел, чтобы все в радиусе километра его почувствовали и испугались. Я тоже немного напрягся, не зная, кому он принадлежит. Вряд ли бандиты будут выдавать себя подобным образом, но всё может быть.
— Всё в порядке? — в коридор вышла Елена Алексеевна, накинувшая платье поверх ночной сорочки.
— Нормально, — ответил я, показывая в сторону гостиной. — Давайте соберёмся в одном месте и немного подождём. Можно в этой гостиной.
Она кивнула, посмотрела на тела в чёрных комбинезонах и, подхватив Алёну под локоть, поспешила к комнатам княжон. Я посмотрел на поляков, подумал немного и оттащил их в следующую часть коридора, чтобы не мозолили глаза. Сейчас в коридор набежит охрана и придётся с ними как-то объясняться. На улице включили яркое освещение и прожекторы, а на площади, наконец, началось оживление. В ближнем от меня конце коридора двери распахнулись и в ярком свете появился Роман Орлов в военном комбинезоне. Увидев меня, он поднял руки, кивнул и, сделав шаг назад, закрыл двери.
Я всё же дошёл до щитка и, пощёлкав выключателями, зажёг в коридоре свет. Когда я вернулся в гостиную, там шло бурное обсуждение, что можно сделать с платьем Алёны. Она умудрилась порвать его от плеча до воротника и сверкала розовой пижамой.
— Всё в порядке, — успокоил я всех. — Кто-то проник на территорию дворца и сейчас охрана его гоняет. Поймают и можно снова ложиться спать.
— У вас синяк под глазом, — сказала Мария.
— Большой? — уточнил я, на что все дружно закивали. — Это я со стула упал неудачно.
— А когда падал, кроссовок потерял, — добавила Алёна, на что я развёл руками, как бы говоря, что не виноват.