Страница 25 из 102
— Был у него после обеда. Нормально всё, волдыри только здоровые. Он жалуется, что жжёт и чешется всё так, что он спать толком не может. Но лечащий врач у нас толковый, говорит, что последствий никаких быть не должно. Через неделю он уже здоров будет, а через две его выпишут. Подержат немного в больнице, понаблюдают.
Он ненадолго прервался, пробуя чай, а я быстро напечатал короткое послание. Мне нужно было знать мнение мамы по двум вопросам. Один из них касался этапов и принципов тренировки. Попутно я спросил, когда она планирует вернуться домой, и как у них обстоят дела с постройкой нашего нового корабля. Собственно, мог и не спрашивать, так как в своём письме мама об этом рассказывала. Они с братом должны были вернуться недели через две, если всё пройдёт гладко. Сестра о договорённостях с маркизом не говорила, но туманно намекала. Говорила, что сильно меня удивит и обрадует, если только я приеду в гости. При этом возвращаться не хотела, но приглашала к себе. Хитрая лиса.
— Анархист, про которого все говорят, он действительно так силён? — спросил Кирилл, когда я закрыл ноутбук.
— Действительно. Его сила отравлена настолько, что просто находиться рядом уже опасно для жизни. Этот яд ему в мозгу определённо что-то поменял, раз он в террористы подался. Если я отпущу контроль над «ци» рядом с простым человеком или слабым одарённым, то это может его убить. Но поток моей силы хлынет во все стороны и очень быстро исчезнет. Старицкий же умеет управлять процессом, делая своё «ци» вязким. Его сила проникает внутрь тебя, забивает и перегружает «каналы». Дальнейший процесс я не знаю. Это может быть спазм мышц, приводящий к остановке сердца или дыхания. А может, кровоизлияние в мозг, от резко подскочившего давления. Но если ты не владеешь навыками защиты «внутреннего моря», шансов выжить нет. Знаю не так много мастеров, которые смогли бы драться с ним на равных. К примеру, Свен Беккер. Против него Старицкий не страшнее котёнка. Давыдов анархиста тоже по стенке размажет, не особо напрягаясь. Просто они лучше других понимают, что такое «ци». А вот тем, кто до этого ещё не дорос, лучше бежать без оглядки. Или бить с расстояния шагов в триста.
— А ты?
— А я его убью, при нашей следующей встрече, — серьёзно сказал я, затем улыбнулся. — Мне торговый дом Хантов подкинул неплохую технику, направленную как раз на защиту от подобных техник. Я и без неё мог с ним справиться, с трудом, но всё же. А теперь он мне не соперник, если у него не припрятаны тузы в рукаве. Кстати, как только Лёха поправится, походите ко мне на занятия. Для экспертов эта техника тоже будет полезна. Позже, когда прорвётесь на уровень мастера, освоить технику целиком будет в разы легче.
— Зная Лёху, он сбежит уже через неделю. Как только почувствует себя лучше. А Таша?
— Точно. И ей в обязательном порядке нужно будет позаниматься. Может, с проблемой её удастся разобраться окончательно. Мне кажется, что понимание где-то близко, просто я ищу его не там. Короче, надо смотреть и пробовать.
Я поморщился, так как мысли пустились вскачь, перебивая друг друга и пытаясь подсказать, как помочь Наташе лучше.
— У самого время останется на тренировки? — улыбнулся Кирилл. — У тебя же ещё группа иностранная и принцесса из Китая.
— Не трави душу, — я рассмеялся. — Прорвёмся.
— А если ещё предложат пойти на службу в Императорскую охрану. На полную ставку?
— Сбегу. В Китай, в самую глухомань, чтобы никто не нашёл. Нет, мне такой радости не надо. Это не служба, а скука смертная. Ну… если разобраться с анархистом. Я вообще не слышал, чтобы на Императора покушались, а тут за пару недель уже дважды. Я серьёзно, не смотри так, не по мне такая работа. Вон, пусть этим Дашков занимается. Надо бы его навестить…
— Если бы тебя не было в поезде, отбились бы они?
— Слишком много «если» в твоих вопросах… Слушай, может мне отпуск взять? Махнуть с Тасей и Алёной в Италию? Повидаюсь с сестрой, тем более она приглашает.
— Так езжай, зачем спрашивать? — не понял он.
— Я в таких заварушках, как сегодня много раз бывал, — я провёл рукой по ноутбуку, затем откинулся на спинку стула. — Я за женщин переживаю. Не каждый день на тебя масштабные техники обрушивают и сильных мастеров взрывают, как дешёвые резиновые грелки. Когда люди рядом гибнут. Не зря же этот… как его… травматический синдром придумали.
— Таисия Павловна работала в полиции, — напомнил Кирилл. — И отец говорил, что пару спятивших мастеров даже убить успела. Нет, ты определённо зря переживаешь.
— Думаешь? — с сомнением в голосе уточнил я.
— Уверен, — он хмыкнул. — На сто процентов.
То же самое время, этажом ниже
— Может, в нашу клинику на денёк? — спросила Анна Юрьевна. — У нас очень хороший семейный доктор. Всё-таки крушение поезда — это не прогулка по парку. Ещё стресс, а в твоём положении это всегда плохо.
— Всё в порядке, — сказала Тася, положив ладонь на живот. — Мы даже испугаться как следует не успели. Рядом с Кузей можно чувствовать себя в безопасности, что бы ни происходило вокруг.
— Всё хорошо, — подтвердила Алёна, поймав взгляд Анны Юрьевны. — Неуютно было, когда вокруг всё сверкало и громыхало, особенно когда с неба молнии сыпаться начали. Мальчиков очень жалко, тех которые со штурмовыми винтовками.
Женщины помолчали. Таша сбегала на кухню, чтобы ещё раз наполнить чайник кипятком и принести вазочку с вареньем.
— Да, такая трагедия, — задумчиво произнесла Таисия. — Не знаю, как Кузьма к этому отнесётся. Волнуюсь за него. Когда ты бессилен противостоять лавине событий, когда чувствуешь полную беспомощность, а вокруг погибают люди. Больнее всего это воспринимается, когда ты достаточно силён, чтобы всех спасти, но обстоятельства не дают ничего сделать. Ты просто смотришь на это со стороны…
— Не нагнетай, — сказала Анна Юрьевна, положив ладонь поверх руки Таисии.
— Кузьма весь день хмурился.
— Когда мы с ним путешествовали по Тибету, он такие байки наёмника рассказывал, что диву даёшься, как столько всего успел пережить парень его возраста. За современную молодёжь можно переживать, которая из дома выходит только по праздникам, а Кузя несравнимо крепче душой и телом. Его это расстроит и огорчит, несомненно, но не сломает. По крайней мере, пока ему есть кого защищать и за что драться. А твоя задача, как супруги, поддержать его. Чтобы он не волновался понапрасну.