Страница 38 из 77
Мы дико заорали. Я вот всегда дивлюсь, как отвратительно мы это делаем. Становится очень тревожно и неприятно. Такое ощущение, что кто-то обдирает твой позвоночник напильником.
Бабуля вскинула руку и мы стихли.
- Ему будет еще хуже, - проговорила она в трубку, морщась после нашего крика. - Вы даже представить не можете. Встречаемся на нашей территории. - Бабуля назвала какой-то невразумительный адрес.
- Где это? - прошептала мне на ухо Катерина.
- А хрен его знает… - пожала плечами я.
- В два, - подвела бабуля черту. - Но сначала я позвоню. В двенадцать. Если вы не возьмете трубку, ваш человек умрет через пятнадцать минут. Это будут тяжелые пятнадцать минут.
- Вот ужас-то, - просвистела Катерина, - звучит очень убедительно.
Бабуля дала отбой, аккуратно переписала номер, по которому только что звонила, некоторое время задумчиво рассматривала аппарат, потом выковыряла из него сим-карту и не менее задумчиво запалила ее на зажигалке.
- Маньячка, - вздохнула я.
- А все-таки, - ухмыльнулась бабуля, - так спокойнее.
- Что за адрес ты им назвала? - поинтересовалась я.
- Один мой знакомый держит под Химками гараж. Там и будем встречаться, - неопределенно пожала плечами бабуля.
- Какой знакомый? - не отставала я.
- Один, ты его не знаешь. Если начнут пробивать адрес гаража, будут слегка удивлены, но не посмеют сунуться к такому человеку без подготовки.
- А кто это? - повторила я погромче.
- Детка, не все ли равно, - отмахнулась от меня бабуля, - это же такая ерунда, просто в Химках есть гараж, который принадлежит одному большому человеку, и у меня по случаю есть ключи от него.
- Удивительно, да? - повернулась я к Катерине.
- Обалдеть, - прижала руки к груди в притворном изумлении Катерина.
- И откуда у нее эти ключи, откуда? Думаю, упали с неба…
- Отставить, - добродушно пророкотала бабуля, - давайте ужинать и спать. Галочка, у тебя еда есть?
- У меня всегда есть еда, - с достоинством ответила я и заглянула в холодильник, - правда, иногда - какая-то странная, - добавила я с сомнением оглядывая полки.
Картошки все-таки у меня немного нашлось, а в морозилке я недавно заныкала великолепные сосиски.
Приложение № 16. Бурный жизненный путь великолепных сосисок
1. Димка купил килограмм сосисок и понес их к нам, но по дороге встретил приятеля, они посидели на лавочке перед своим подъездом. Димка ушел, а сосиски остались.
2. Димка притащился к нам, обнаружил пропажу сосисок, долго сокрушался по этому поводу, часа в три ночи он так изнылся, что мы пошли эти сосиски искать. Ничего не нашли.
3. Возвращаясь с работы, Димка увидел объявление в подъезде: «Кто вчера забыл на скамейке сосиски, обращаться к консьержке». Сосиски лежали в ее морозилке.
4. Димка явился за сосисками, забрал их и отнес к нам домой. Я сунула их в морозилку.
5. Пашка забрал сосиски на работу.
6. Пашка принес их обратно, потому что на работе его начали кормить.
7. Егорушка стащил пакет с сосисками и унес их на балкон.
8. Я догнала Егорушку, отобрала у него пакет, выдала ему в качестве военного трофея одну сосиску, остатки сунула в морозилку.
Глава шестнадцатая, в которой бабуля разговаривает по паштету, а я занимаюсь ночным кормлением (окончание)
Также у нас имелась банка салата из необъятных запасов Пашкиной мамы. Пока Катерина чистила картошку, я немного всплакнула, потому что жизнь без дражайшего супруга была не мила. Бабуля попыталась меня утешить, но по части сантиментов она никогда не отличалась впечатляющими успехами. Так что я трубно высморкалась и пошла варить сосиски.
- Что в итоге мы имеем с гуся? - начала бабуля, наблюдая, как я вяло выковыриваю из банки салат в плошку.
- Какого-то мужика в бороде, которого убил другой мужик, без бороды, которого мы зачем-то поймали, с друзьями которого мы завтра встретимся в гараже какого-то третьего мужика, - бодро отрапортовала Катерина, посыпая солью закипевшую картошку.
- Нить верная, но акценты расставлены не точно, - одобрительно покивала бабуля, - главное для нас - «Автопортрет».
- На фига убили Безбородько? - подала голос я.
- Не хотят, чтобы он кому попало болтал про «Автопортрет», - разволновалась Катерина.
- Я вот одного не могу понять, - бабуля устало потерла лоб рукой, - чем им так ценен этот самый Яичкин? Я не понимаю, что за художник такой?
Я пожала плечами, кто ж его знает, этого Яичкина - вот дадут нам его «Автопортрет» и посмотрим. Если дадут.
- Ты думаешь, в обмен на этого дядю нам завтра дадут «Автопортрет»? - озвучила я свою светлую мысль.
- Конечно нет, - ответила бабуля, голос ее лучился оптимизмом, - но мы прощупаем почву.
Некоторое время мы молчали. Почему-то мне не понравилось бабулино намерение «прощупать почву», было в этом что-то неприятное. Почему-то щупать почву она предпочитает боем, и чем мероприятие опасней, тем больше оно приносит ей удовольствия. Богатое воображение услужливо предоставило мне радостную картину: десяток вооруженных головорезов гоняется за нами по гаражу «одного большого человека» и палит в воздух. С другой стороны - какой у нас был выбор? Наши доблестные мужчины вторые сутки томились под замком, и все из-за какого-то «Автопортрета».
Катерина тем временем бодро разложила по тарелкам картошку с сосисками и уселась их уплетать за обе щеки. Бабуля тоже кушала с аппетитом, словно завтра нам не надо было тащиться в Химки навстречу довольно сомнительным приключениям. Я вяло поковыряла свою порцию и тоскливо уставилась в окно.
На ночлег мы распределились следующим образом: бабуля отправилась почивать на наше с Пашкой супружеское ложе (я заявила, что отказываюсь спать там без своей дражайшей половины), а мы с Катериной устроились на кухонном диване, благо раскладывался он в небольшое летное поле. В гостевой комнате (где у нас был склад коробок и крайне необходимых вещей) почивал негодяйский убивец.
Бабуля сгоняла его в туалет (издевательства он сносил молча), но на мои предложения покормить человека дьявольски расхохоталась, и заявила, что пара дней голодовки ему пойдут на пользу.