Страница 13 из 58
— Ну так скажи, — намёк на лице Эрвина понятен.
— Суть в том, что хозяин этого магазина не против, чего тебе ещё надо?
— Мне надо знать, почему ты туда рвешься, — беззаботно отвечает Эрвин, ухмыляясь. Аккерман тяжело вздыхает:
— Не хочешь, не надо.
Эрвин смеётся и дружески хлопает Леви по плечу, направляясь к куртке.
— Можешь и не говорить, всё и так понятно.
— Что тебе понятно? — раздражённо огрызается Леви.
Эрвин ничего не отвечает, лишь выходит из кабинета вслед за другом. Аккерман надеется, что на этом дружеском подколе эта тема закрыта. И, видимо, Эрвин чувствует, когда надо остановиться.
— О, вы всё-таки пришли! — Нанаба встречает их у черного входа с маленькой девочкой на руках, которая завороженно смотрит на вошедших гостей. Леви с удивлением замечает, что эта часть магазина выглядит, как мини-квартира. Леви слышал от Армина, что Нанаба и Майк любят уют, поэтому тщательно обустраивают любое помещение, в котором находятся.
Девочка беспрестанно теребит ожерелье матери, и Майк тут же выхватывает дочку из рук Нанабы, спасая жену от страшного ограбления.
Эрвин тепло улыбается:
— Как её зовут?
— Хистория, — тут же отвечает Криста, выглядывая из, судя по всему, кухни. — Это моя идея.
Нанаба смеётся:
— Но чаще мы зовём её Тори.
— Вы… здесь живёте? — спрашивает Эрвин. Очевидно, не только Аккерману это место показалось слишком… не похожим на магазин.
— Что? — не понимает Нанаба. — А… Нет конечно. Мы живём недалеко. Просто Майк решил, что неплохо бы сделать что-то для отдыха. Все равно магазин довольно большой. Всё-таки работа должна быть и вторым домом…
— О, — протягивает Эрвин, поворачиваясь к Леви. — Мы сделаем то же самое, чтобы ты вообще из офиса не уходил.
Хистория тянется к кому-то за дверью, и навстречу Эрвину и Леви выходит высокий, худощавый брюнет, и с умилением берёт девочку на руки.
— Это Бертольд, — торжественно заявляет Криста.
— Микаса весь город объединила, я так понял, — произносит Леви протягивая руку. — Очень приятно.
— Мне тоже, — парень пожимает ему руку и отвечает настолько приветливо, что Леви невольно задумывается, какая муха укусила Микасу, когда она делала его предателем в своей книге. — Но я не из Токио, просто приезжаю к друзьям иногда.
— Бертольд повар, — продолжает Криста.
Сзади раздаётся громкий женский смех:
— Фарширует перцы разведчиками. Настоящий гурман.
— Очень смешно, — отзывается Гувер. — Тебе разве домой не пора, тебе завтра вставать рано.
— О-о, не волнуйся, — на свет выходит высокая девушка с каштановыми волосами и тёмными глазами. — Если надо будет, меня разбудят.
— А это… ну вы уже поняли кто, — смеётся Криста.
— Ой, здрасьте, — Имир натягивает на себя театрально-приветливую улыбку.
— Может быть хотя бы сейчас начнёшь вести себя нормально? — хмурится Ленц.
— Ваше высочество, не умничайте, — Имир щипает девушку за щёку и уходит на кухню. В следующее мгновение доносится её крик: — Эй, колоссальная задница, у тебя курица не подгорит?
— Не подгорит, — отвечает Бертольд, отдавая Хисторию Майку. — Можешь при ребёнке не выражаться?
— Ты про кого? — удивляется Имир.
— Я про Хисторию, — просто отвечает Бертольд. Имир тут же бросает взгляд на Кристу.
— А ну выйди отсюда…
— Имир, режь, пожалуйста, салат, и заткнись, — кто-то, очевидно, тоже теряет терпение. Из кухни выглядывает…
— Дайте угадаю, Райнер? — опережает Кристу Эрвин.
Мужчина протягивает руку для знакомства, и Смит добродушно отвечает на приветствие.
— Имир вместе с Райнером работают в школе боевых искусств, — снова принимается за объяснения Криста. — Там кстати училась Энни… Но, в итоге решила остаться в балете…
Леви оглядывает новых знакомых. Если Имир вышла в книге совсем как в жизни, то Райнер и Бертольд совершенно не похожи ни на злодеев, ни на предателей…
Хотя Микаса слишком хорошо продумала свою историю, чтобы оставить их такими.
Вдруг со склада доносится пение, и все в коридоре замолкают. Поёт чей-то глубокий, мужской голос. Слегка сиплый. Скорее всего от сигарет.
Сначала Аккерман не может различить песню, однако потом слова становятся чётче…
Last Christmas…
I gave you my heart
Тут же все, как по приказу, срываются с мест и идут к источнику звука.
— О, ты тоже здесь, — Эрвин случайно задевает плечом невысокую, слегка лохматую, но милую девушку.
Та просто жестом головы указывает куда-то за коробки. Леви видит мужчину со светлыми, как у Эрвина, волосами, и очками, в белой рубашке.
— Это Зик, мой знакомый, — поясняет Эрвин. — И, кстати, сводный брат Эрена… ну и Микасы. Это он помог им переехать сюда. Через него мы и познакомились.
Смит снова смотрит на девушку, которую случайно задел плечом:
— Это Пик, медсестра, работает вместе с Зиком. Идеальные напарники, как будто специально подбирали.
Пик кидает на него косой, насмешливый взгляд.
Они подходят ближе к складу, и Имир прикладывает указательный палец к губам, предостерегая их.
Тут вдруг Зик замолкает и выжидательно смотрит на кого-то, кто стоит за коробками. Тогда женский звонкий голос подхватывает песню. Криста рядом с Аккерманом с наслаждением закрывает глаза, одними губами шевеля под текст. Только тогда Леви вдруг осознаёт, что голос, очевидно, принадлежит той единственной, которую он не увидел в коридоре.
Аккерман суетливо ищет взглядом обладательницу этого голоса, и она тут же появляется из-за коробок. Микаса стоит спиной к ним, но нет ни малейшего сомнения, что поёт именно она.
Зик уже замечает гостей, и поэтому, повторяя за Имир, жестом просит их не прерывать девушку.
Странно…
Леви и не знал, что Микаса умеет петь. Другой вопрос, есть ли что-нибудь, чего она не умеет…
Хотя её пение было непрофессиональным, с небольшими срывами и сипом. Но отрицать глупо — это красиво…
Микаса замолкает, допев припев, и тут же откуда-то сзади вступает Эрен…
— Ясно, у нас тут семейный концерт… — ухмыляется Райнер.
Только тогда Микаса замечает их. На её лице играет широкая улыбка, пока взгляд не натыкается на Леви. Тут же улыбка сменяется изумлением.
Хотя вряд ли это замечает кто-то, кроме него…
Все восхищённо слушают пение Эрена.
Леви опирается плечом о дверную раму, положив туда же голову, заставляя себя разорвать их зрительный контакт. Но почему-то не получается. Микаса держит его. И отпускает только тогда, когда Эрен треплет ей волосы:
— Ну, подключайся! — а затем поворачивается ко всем остальным: — Чего молчите? Мы за вас всё делать должны?
Пик включает свет в помещении.
— Не развалите тут всё, пожалуйста, — громко просит Майк, стараясь перекричать Имир и Нанабу, тут же подхвативших любимую песню. — Тори, пошли отсюда, тут ненормальные дяденька и тётеньки.
— Ой, я тебя умоляю, Майк, ещё шестнадцать лет, и она сама будет так же веселиться, — улыбается Зик, со странной отцовской тоской наблюдая за тем, как Криста, Имир, Эрен, Бертольд и Райнер устраивают танцевальную битву.
Микаса протискивается сквозь них, однако Райнер тут же утаскивает её в круг.
— Внеплановый корпоратив… — обречённо признаёт Майк, склонившись к Аккерману. — Его бы и не было, не зайдя к нам эти четверо. — Он указывает на Имир, Райнера, Бертольда и Зика.
— Почему бы и нет, — пожимает плечами Леви.
— Два дня подряд… — устало поясняет Майк.
— А, так Ханджи и вас пригласила завтра, — усмехается Леви. — Они с Микасой действительно решили объединить весь город. Только разными способами. И, если это соревнование, то Ханджи выигрывает.
Майк смеётся:
— Да… И мы придём. Оставим Тори с бабушкой. Вот такие из нас плохие родители…
Хистория вдруг начинает тянуться к Леви. Аккерман слегка испуганно отходит. Совсем как Микаса, когда, несколько часов назад, он резко приблизился к ней.
Теперь понятно…
— О, она к тебе тянется, возьмёшь? — спрашивает Майк.