Страница 11 из 13
– Центр, – нехотя выдала Ольга. – Все тот же центр, где сестренку в порядок приводили после Георга. Реабилитационный. Для жертв насилия. Надька туда часто ходила. И когда в академии училась, и потом. Волонтер…
Она тяжело вздохнула в очередной раз, но уже не стала неприязненно поджимать губы.
– Наверное, ей так и правда было лучше, – призналась сестра. – Там такие же девочки. И… они друг другу нужны. Я думаю, Надя сюда из-за них переехала. Ну… – Женщина беспомощно взмахнула рукой. – У нас хозяйство, дети. Вадим… Мужик все-таки. Те… из центра, могли его смущаться. И еще Надя что-то делала по просьбе врача. Той женщины, что ей помогла тогда.
– Психолога? – уточнила Алиса. – Надюшка сама классный психолог. Так в этом дело? Она что-то писала? Научная работа?
– Не знаю, – честно призналась Ольга. – Наверное. Сестренка все с какими-то блокнотами ходила, что-то там писала. И… Она же тут книги не держит? А Надька без книжки… это странность! Но тут их нет. Значит, работала. Она же упертая и решительная. Не отвлечешь, если что.
Алиса улыбнулась. Впервые за весь этот разговор. Искренне, тепло.
– Упертая, это точно, – признала она. – Тихой сапой через все преграды. Это она умела.
Ольга кивнула. На ее лице появилось странное выражение. Будто она только что сообразила, что Алиса и Надя были знакомы.
– Ну, – смущенно заметила сестра погибшей, – не важно… Пусть и работала. Главное не это. Тут Надька все-таки одна. Без нас. И вот наконец-то нашла себе кого-то! И есть куда привести!
– А вы его видели? – Про себя Алиса молилась, чтобы Ольга сейчас не подумала, что тот «кто-то» и мог убить ее сестру.
Ольга только помотала головой.
– Видел я его, – признался Вадим, – Надюшкиного нового. Издали. Он как-то за ней заезжал к нам. Но она не знакомила нас.
– Почему? – Олег догадывался о настоящей причине, но хотел знать версию своего собеседника.
– Сглазить боялась, – усмехнулся Вадим. – Сама сказала. Я же видел: она в последнее время ожила. Глаза снова заблестели. Перестала сохнуть по безопасному варианту.
– Что? – Полицейский был немного выбит из колеи.
– Она так делала раньше, – чуть смутился Вадим. – Влюблялась в тех, от кого ей точно ничего бы не перепало. Говорила, так спокойнее. Просто надо привыкнуть не бояться мужиков. Кстати… – Мужчина посмотрел на начальника отдела недоуменно: – Ты же Олег? Она вроде и тебя упоминала…
Наконец они уехали. Олег и Алиса проводили родственников Нади, уверив их, что, конечно, будут держать в курсе расследования. Когда за ними закрылась дверь квартиры, оба вздохнули спокойнее.
– Можешь оценить шторм по десятибалльной шкале, – предложил Олег вместо вопроса «как ты?».
– Вряд ли, – подумав, призналась Алиса. – Честно, не разобралась даже. Сначала эта Ольга казалась невыносимой бесчувственной сукой, а потом…
Девушка пожала плечами.
– Знаешь, когда она заплакала, – продолжала она. – Я вдруг так остро ощутила, что Нади больше нет…
Олег нахмурился. Ему это не понравилось. Нет, он не боялся, что его напарница сейчас расклеится. Он просто не любил, когда ей было плохо. Сам полицейский лечил свои душевные раны просто. Он приходил в дом Хель, обнимал свою подругу, чувствовал ее тепло, и становилось легче. Сейчас это же нужно было ей. Но… гордая Королева Мертвых так себя не вела. Возможно, потому, что полицейский никогда не давал ей возможности так поступить. Как теперь дать ей понять, что он готов помочь?
– Я растерялась, – продолжала девушка. – И, наверное, не спросила у Ольги многое из того, что положено узнавать. Ну, там… где она была вчера, когда последний раз видела сестру. Полицейские вопросы.
Алиса усмехнулась. Очень натянуто. Олег просто чуть раскинул руки, приглашая ее к себе. Ему было приятно, когда в глазах Хель мелькнуло удивление, но потом девушка шагнула к нему в объятия, обвила его шею руками, уткнулась лицом ему в грудь.
– Пользуйся на здоровье, – тихо прошептал он. – А что до вопросов… Оно и хорошо. Их допросят позже. Глаз или Витька. Я не хочу, чтобы это делала ты или Валька. На всякий случай.
– Ты их подозреваешь? – В ее тоне не было удивления.
– Вне подозрения только ты и сотрудники моего отдела, – весомо заявил полицейский. – И то только потому, что у вас всех подтвержденное алиби.
Хель чуть отстранилась и слушала его с ироничным интересом.
– Это поганое дело, – недовольно поморщившись, продолжил Олег. – И не только потому, что погибла Надюха. Это классический вариант поганого дела. Слишком малый круг общения жертвы. Но при этом хорошо спланированное преступление. Убийца рядом, но вычислить его очень трудно.
– Такой же классический вариант, как «Десять негритят» или убийство в закрытой комнате? – предположила девушка.
– Оба случая – чисто литературные преступления, – надменно усмехнулся полицейский. – Логические задачки для любителей жанра.
– Кстати, о жанре. – Хель отступила от своего напарника. – Может, уже заберем то, за чем пришли?
Он снова поморщился, вспомнив, почему вообще согласился ехать сюда. Книги. На которые указала Хель и… погибшая невеста самого Олега. Он достал из кармана перчатки, заранее подготовленный пакет для улик и неохотно подошел к стеллажу.
– Их тут всего-то три, – осматривая книги, заметил он. – Ты говорила, в цикле должно быть шесть романов.
– А ты говорил, что мы ищем не маньяка, и все это не имеет значения, – возразила Хель. – Кстати, Ольга даже не знала, что тут есть эти детективы. Она сказала, вся библиотека Надюшки хранится у них в доме. Сестра считала, что здесь Надя только работает.
– Идем отсюда. – Олег упаковал книги, и больше его в квартире погибшей подчиненной ничего не задерживало. Здесь было слишком мало места. И как-то… неуютно. – Я хочу быстрее вернуться в отдел. Если хочешь, могу сам сесть за руль.
– Я не парализованная и не безумная, – надменно отреагировала его напарница. – Моя машина, я и вожу.
Полицейский даже не стал это комментировать.
7
На этот раз в дороге он сам вернулся к обсуждению расследования.
– Ты сказала, что вначале сестра Надюхи вела себя как бесчувственная стерва, – напомнил Олег.
– Да. – Девушка сразу поняла, к чему этот вопрос. – Все выглядело очень естественно. Ее упреки, ворчанье, слезы. И вообще, они не могли дозвониться до Нади, потому пришли ее искать. Все выглядит натурально.
– Слишком натурально, – уточнил полицейский. – Вот… Давай сыграем. Представь, что ты решила убить кого-то из своих родственников.
– И кого мне убивать? – иронично поинтересовалась Хель, на миг оторвав взгляд от дороги, чтобы послать напарнику усмешку, очень похожую на его собственную фирменную. – Мама и отчим в Италии. Это трудно. Сестер и братьев у меня нет. Даже двоюродных. Ваньки тоже теперь нет.
– Хорошо. – Теперь и он позволил себе кривую ухмылку. – Забудь про родственников и близких. Давай представим, что ты решила убить меня.
– О! – Идея подняла девушке настроение. – Щедро! И интересно… Сейчас.
Она аккуратно вписала автомобиль в дорожный поток на центральном проспекте города и только после этого вернулась к разговору.
– Ну, тебя я бы точно не убивала бы в своем доме, – стала рассуждать Хель. – Во-первых, по-любому, последствия и грязь убирать пришлось бы мне. И еще это слишком подозрительно.
– Логично, – одобрительно признал полицейский.
– Лучше всего это сделать где-то на пути от твоего управления до моего дома, – продолжала девушка. – Рискованно, но… Я позвонила бы тебе, попросила зайти в магазин. Ну, не знаю! Майонез купить!
– Ягоды или фрукты, – подкорректировал он. – Ты не ешь жирные соусы.
– Пусть так. – Идея убийства увлекала ее все больше. – Ты слишком гордый, чтобы брать такси и проезжать всего два квартала до дома. Тут и стоит нападать. Выбраться с моего участка незаметно можно через задний двор. Ведь напротив калитки – камера. Пройти по соседней улице, на перекрестке встретить тебя. Выстрелить из-за угла.